Готовый перевод Hogwarts: A Handbook of Witch Education / Хогвартс: Руководство по воспитанию ведьм: Глава 11. Медово-лимонный чай

Миновав длинные лестничные пролеты, профессор Макгонагалл остановилась перед огромной и на редкость уродливой каменной гаргульей.

— Шипучие шипучки!

Услышав верный пароль, гаргулья отпрыгнула в сторону. С глухим ударом стена за её спиной раскололась надвое, открывая вид на винтовую лестницу, плавно движущуюся вверх.

Шон последовал за профессором Макгонагалл в кабинет директора. Помещение было заставлено стеллажами с книгами и алхимическими приборами, а стены украшали портреты бывших директоров Хогвартса.

Он огляделся: всё осталось точно таким же, как в годы его учебы. В кабинете директора почти ничего не изменилось.

В этот момент Дамблдор склонился над столом, что-то сосредоточенно изучая и, казалось, совершенно не замечая пришедших.

— Кхм-кхм, — профессор Макгонагалл нарочито кашлянула, привлекая внимание Дамблдора, и слегка подтолкнула Шона вперед. — Директор Дамблдор, мистер Филлипс прибыл.

Дамблдор с явной неохотой отложил то, что держал в руках.

Шон прищурился, пытаясь разглядеть предмет. Похоже, это была книга… причем её обложка показалась ему подозрительно знакомой.

Вроде бы…

Шон скосил глаза на руки профессора Макгонагалл – та все еще держала экземпляр, который он только что ей вручил.

Ну конечно…

Дамблдор только что читал его книгу.

Более того, она была точь-в-точь такой же, как та, что он подарил профессору Макгонагалл.

Наконец Дамблдор поднял голову и встал, чтобы поприветствовать гостей.

Он был высоким и худым; его серебристые волосы и борода были такой длины, что их можно было заправить за пояс. Длинный нос профессора был перебит в нескольких местах, но больше всего внимания привлекали его очки-половинки, за которыми ярко сияли пронзительные небесно-голубые глаза.

Встретившись с ним взглядом, Шон на миг почувствовал головокружение. Он инстинктивно применил Окклюменцию и быстро выстроил в голове пласт ложных воспоминаний.

Похоже, это было естественной реакцией любого попаданца при встрече с Дамблдором.

Если Локонс был мастером Забвения, то он, его младший коллега, лучше всего владел Окклюменцией.

В этом он был абсолютно уверен: даже такой могущественный волшебник, как Дамблдор, не сможет выудить из его головы информацию, которой он не желал делиться.

Эта уверенность наполовину основывалась на его собственных трудах, а наполовину – на его едва живой системе.

— Филлипс, давно не виделись, — Дамблдор стремительно подошел к Шону и тепло поздоровался.

Только сейчас Шон подметил еще одну черту Дамблдора.

Как говорят в Китае – широта души и умение ценить таланты? Шон слишком долго не был на родине и начал забывать точные идиомы.

В любом случае, Дамблдор обладал природной харизмой лидера: даже со своим бывшим учеником, который был младше него на добрую сотню лет, он держался как с равным.

Это было поистине редким и ценным качеством.

И ценность эта заключалась в том, что Дамблдор, обладая колоссальной магической мощью и будучи величайшим волшебником мира, сохранял простоту в общении.

Шон понимал: Дамблдор был скромным не вопреки своей силе, а благодаря ей. Сила порождала мудрость, а мудрость – смирение.

Причина стала следствием, следствие – причиной, и они дополняли друг друга.

Шон с некоторым стеснением пожал руку Дамблдору. Это было их первое рукопожатие.

Прежде чем они успели продолжить беседу, профессор Макгонагалл, стоявшая рядом, обратилась к директору:

— Альбус, я пойду, у меня дела…

Дамблдор кивнул, и профессор Макгонагалл стремительно покинула кабинет.

— Профессор Макгонагалл – очень ответственный человек, она всегда печется о благе школы, не так ли? — Дамблдор задорно подмигнул Шону, взмахнув при этом волшебной палочкой. — Присаживайтесь, Филлипс, не стесняйтесь. Хотите чего-нибудь выпить?

— Медово-лимонный чай, спасибо.

На самом деле Шон предпочел бы бутылочку холодного чая из мира магглов, по возможности того, что подороже.

Стоило Шону договорить, как на кофейном столике перед ним из воздуха возникла чашка дымящегося чая. Вместе с напитком появились разноцветные сладости и изысканные пирожные, аккуратно разложенные на фарфоровом блюде.

Шон сделал глоток. Аромат чая, смешанный со сладким медом и свежестью лимона, мгновенно поднял настроение.

Если покупной холодный чай был сладостью промышленного подсластителя, то этот напиток обладал тягучей, натуральной сладостью меда… Разница была колоссальной.

Допив чай, Шон словно что-то вспомнил и достал из портфеля несколько прозрачных пластиковых коробочек с деликатесами из разных стран.

Разумеется, в основном это были сладости.

Угодить чужим вкусам – дело не зазорное.

— Профессор Дамблдор, это деликатесы, которые я нашел во время своих путешествий по миру, — начал Шон. — Я подумал, что вам могут быть интересны эти вкусы, и привез немного с собой.

При упоминании еды глаза Дамблдора мгновенно заблестели. Он с интересом принялся рассматривать коробочки, и на его лице отразилось любопытство вперемешку с восторгом.

— О, Филлипс, вы необычайно внимательны, — воскликнул Дамблдор, после чего указал на одну из коробок:

— Это… восточные сладости? Кажется, я где-то их видел…

— Да, профессор. Я нашел их в маленьком городке в Азии. Это лунный пряник, символ единения и счастья, — объяснил Шон, открывая коробку и демонстрируя изящную выпечку. — Бывают разные вкусы: с розой, с османтусом, ореховая…

— Прямо как… драже «Берти Боттс»? — Дамблдор отдернул руку, засомневавшись.

Он не слишком жаловал эти драже, так как в молодости ему попалась конфета со вкусом рвоты, что на всю жизнь отбило у него охоту к подобным «сюрпризам».

— Нет-нет, — поспешно замахал руками Шон. — Это совсем не то. Здесь все вкусы очень приятные и популярные…

Услышав это, Дамблдор взял один лунный пряник, осторожно откусил кусочек и довольно улыбнулся.

— Хм, действительно уникальный и чудесный вкус, — похвалил он, а затем посмотрел на Шона с искренним одобрением в глазах. — Вы всегда умеете удивить, Филлипс.

Шон скромно улыбнулся, ничего не ответив.

Когда Дамблдор доел пряник и запил его глотком чая, их разговор перешел к делу.

— Филлипс, я читал ваши труды последних лет, — Дамблдор взял со стола ту самую книгу. — Должен признать, истории в ней захватывающие. Ваша жизнь после школы была весьма насыщенной.

— Еще раз спасибо за похвалу, — отозвался Шон.

— Вот только… — Дамблдор внезапно замолчал и устремил на Шона пронзительный взгляд. Его голос стал весомым, он четко выговаривал каждое слово:

— Какая часть из всего этого правда?

http://tl.rulate.ru/book/158256/9548787