Готовый перевод Going Back to Early Tang to Become an Immortal / Культивация: Притворяюсь Вангой со знаниями от системы!: Глава 19. Раб-куньлунь, постигший путь ассасина

*Десять лет точил я меч, не зная часа своего.*

*Сегодня я явил клинок — кто здесь обижен, для кого?¹*

Пока Цинвэй под покровом ночи рыскал по Чанъаню, убеждая грешников встать на путь истинный, группа крепких мужчин в чёрных одеждах, с лицами, скрытыми тканью, незаметно перебралась через стену храма Чжуанъянь. Прижимаясь к стенам кварталов, они бесшумно скользили в сторону квартала Гуйи.

Эти люди в чёрном, казалось, знали окрестности храма Чжуанъянь и квартала Гуйи как свои пять пальцев. Они даже были в курсе расположения всех дозорных на стенах и точно представляли себе секторы их обзора.

Перебегая от тени к тени, они ловко избегали всех патрулей и без единой помехи добрались до угла стены, окружавшей квартал Гуйи.

Предводитель, мужчина крепкого телосложения, огляделся по сторонам и, убедившись, что вокруг никого нет, провёл рукой по глинобитной стене. Он нащупал что-то и дважды глухо постучал.

В ответ на стук большой кусок стены бесшумно отодвинулся вглубь, открывая тайный проход. Из него высунулась бритая голова монаха в серой рясе и поманила их рукой.

Мужчины в чёрном один за другим просочились в лаз. Когда последний из них скрылся внутри, глинобитная плита вернулась на место, вновь делая проход невидимым.

Минуту спустя вся группа во главе с бритоголовым монахом уже стояла возле небольшого дворика в квартале Гуйи — того самого, где Цинвэй оставлял на хранение свой гадальный столик.

— Старший брат, — прошептал монах в серой рясе возбуждённым голосом, — всё спокойно. После ухода того даоса раб-куньлунь запер ворота и больше не выходил. Деньги наверняка всё ещё там.

— Отлично сработано, — мужчина в чёрном хлопнул монаха по плечу. — Ты разузнал про этого раба-куньлунь? Он не из какого-нибудь знатного дома?

— Не беспокойся, старший брат. Днём я под предлогом чтения молитв и благословений обошёл весь квартал и всё разузнал, — уверенно заявил монах, ударив себя в грудь. — Этот старик не принадлежит никакой знатной семье. Он был рабом в поместье Ян Су. Когда Ян Сюаньгань поднял восстание, рабов из поместья распродали. Этот старик был уже немощен, и власти позволили ему выкупить себя. Теперь он зарабатывает на жизнь, торгуя на Восточном рынке Порошком Пяти Камней².

— Порошок Пяти Камней? — услышав это, другой громила в чёрном возбуждённо протиснулся вперёд. — Я слышал, эта штука стоит недёшево. Старший брат, может мы...

— Хех, не ожидал я, что, выйдя подзаработать на стороне, мы наткнёмся на такую удачу... — Предводитель провёл рукой по своему обмотанному тканью черепу, и в его глазах вспыхнул алчный огонёк. — В наше время найти того, кто умеет готовить Порошок Пяти Камней, непросто. Когда войдёте, действуйте поосторожнее. Это же ходячее денежное дерево!

— Хе-хе... — раздался смех из-за его спины.

— Цзинмин, ты молодец! В этом деле главная заслуга — твоя, — предводитель снова с удовлетворением похлопал монаха по плечу. — А теперь оставайся здесь на стрёме. Следи, чтобы патрульные нас не заметили. Мы с остальными братьями зайдём и заберём *наши* деньги.

— О патрульных можно не беспокоиться, — усмехнулся монах. — Вечером я угостил местных стражников дешёвым вином. Сейчас они все спят как убитые. Если вы, старшие братья, не будете слишком шуметь, никто и не сунется сюда.

— Цзинмин, а ты малый не промах! — с одобрением посмотрел на него предводитель. — За это я лично распоряжусь, чтобы твою долю от добычи удвоили.

— Благодарю, старший брат, благодарю! — закивал монах, рассыпаясь в благодарностях.

— Не стоит. Ты это заслужил. — Предводитель повернулся к остальным и произнёс властным тоном: — За правое дело положена награда. Это касается всех вас. Говорю прямо: кто сейчас проявит себя, тому я тоже распоряжусь выделить дополнительную долю.

При этих словах толпа в чёрном загудела от воодушевления.

— Чего же мы ждём...

— Пошли, старший брат!

Увидев, что боевой дух братьев поднят, предводитель уверенно махнул рукой в сторону дома.

— Братья, наши деньги и наше денежное дерево — там! В атаку!

По его команде громилы, обгоняя друг друга, ринулись к стене и в три счёта перемахнули через неё.

Глядя им вслед, предводитель удовлетворённо кивнул.

«Вот это настрой... Боевой дух на высоте!»

Если его братья... то есть, младшие братья по вере, сохранят этот запал, то он непременно сможет совершить ещё большее деяние во славу босса Хун Лэя... то есть, достопочтенного наставника Фачжэна.

Но его радостные мысли были прерваны громоподобным рёвом, донёсшимся из двора:

— Кто вы, ночные воры, что осмелились вторгнуться в чужой дом?!

Вслед за криком через стену перелетела чёрная тень и с глухим стуком рухнула на землю у их ног. Человек был жив, но, судя по всему, повредил ногу и теперь катался по земле, стеная от боли.

В тусклом лунном свете предводитель узнал в нём одного из своих.

— Младший брат Цзинфа, что случилось?

— Старший брат, — прохрипел лежавший на земле Цзинфа, стиснув зубы и хватаясь за бедро. — С этим рабом-куньлунь что-то не так...

Не успел он договорить, как из-за стены снова раздался яростный крик, и ещё одна тень с воплем вылетела наружу, приземлившись рядом с первым бедолагой.

— Младший брат Цзинфу...

Увидев, что и второй его человек выведен из строя, предводитель не мог больше оставаться в стороне.

— Цзинмин, присмотри за Цзинфа и Цзинфу, я пойду проверю, — бросил он монаху.

Подобрав полы своего одеяния, он в несколько шагов достиг стены, подпрыгнул и, уцепившись за край, легко перевалился на ту сторону.

В этот момент набежавшая туча скрыла луну, погрузив двор во мрак.

Приземлившись, предводитель обнаружил, что все его люди, ворвавшиеся во двор, уже валялись на земле в разных углах. Ни один из них не стоял на ногах.

И всё это — за какую-то минуту...

Кто же этот раб-куньлунь, сумевший за столь короткое время одолеть его братьев, опытных бойцов?

— Старший брат... — с трудом проговорил один из поверженных, лежавший у двери. — Осторожнее, с этим рабом-куньлунь что-то не так.

— Что именно не так?

Услышав это предупреждение во второй раз, предводитель напрягся. Он начал осторожно продвигаться вперёд, зорко осматривая двор, но не видел и тени противника.

Внезапно со спины на него налетел ураганный порыв ветра. В следующую секунду он почувствовал, как по спине будто ударили молотом. Острая, жгучая боль пронзила его, а от мощного удара он пошатнулся и чуть не упал.

Однако, будучи опытным бойцом, он не стал разворачиваться, а вместо этого сделал кувырок вперёд, уходя с линии атаки, и лишь затем оглянулся.

Но он ничего не увидел...

Пока предводитель напряжённо всматривался в то направление, откуда пришёл удар, со свистом ветра сбоку от него появилась чья-то чёрная нога, возникшая будто из самой ночи.

*Бам!*

Он снова получил удар, на этот раз ещё более сильный. Его тело отбросило в сторону, и он рухнул на землю.

— Какая мощная техника "Железного тела"... — раздался из темноты двора старческий голос раба-куньлунь. — Вы не обычные грабители. Единственное место поблизости, где могут быть бойцы вашего уровня... Вы — воины-монахи из храма Чжуанъянь?

Получив второй удар, предводитель наконец понял, что имели в виду его братья.

Этот раб-куньлунь, стоя в ночной тени, был практически невидимым. В слабом свете луны, пробивавшемся сквозь тучи, было невозможно разобрать, где он находится.

— Как такое возможно? Раб-куньлунь, постигший путь ассасина?

http://tl.rulate.ru/book/157050/9202913