Готовый перевод The Hundred Reigns / Сто царствований: Глава 6: Школа обреченных (1)

Глава 6: Школа обреченных (1)

Наконец-то Саймон был волен уйти.

Прошли дни, но никто так и не заметил его класс Владыки и не обратил на него внимания. Луи и Эуфемия запретили придворным упоминать как о смерти отца, так и о его предполагаемом завещании, хотя Саймон понимал: правда выплывет наружу – это лишь вопрос времени. К посыльным и солдатам уже летели приказы разыскать и арестовать любого, кто зовется Лораном Ленконню. Саймон пожелал бы им удачи, если бы не знал, насколько тщетны их усилия.

Настал день, когда он должен был отправиться в Имперскую Военную Академию. Свои пожитки он паковал с огромным воодушевлением – возвращаться он не собирался. Юноша знал, что особо скучать по нему не будут. Лишь Лориана зашла навестить его, и дело было не только в родственных чувствах.

— Ты уверен, что больше ничего не помнишь из своего сна? — Спросила Лориана.

— Я же говорил: все, что осталось в памяти, – это слова «яд» и «анти-исцеление», а затем тело отца. — Саймону претило лгать сестре, но его класс в буквальном смысле убил бы его, попытайся он выдать подробности. — Клянусь, если вспомню что-то еще, сразу пришлю весточку.

— Буду признательна. — Лориана скрестила руки на груди. — Пусть это останется между нами, но Огнежезл подтвердил: клинок, убивший отца, действительно был зачарован на эффект анти-исцеления.

Значит, тот, кто отравил его в прошлом цикле, скорее всего, и был убийцей отца. Заговор становился все сложнее. Если повезет, Луи или Эуфемия найдут убийцу за него.

— Я до сих пор не понимаю, зачем отцу отдавать свой класс какому-то проходимцу, — пожаловалась Лориана. — В какую игру он играл? Может, это испытание для нас?

— Есть подвижки на этом поприще?

— Если я расскажу больше, это подвергнет тебя опасности, особенно если ты намерен держаться подальше от борьбы за престол.

— Справедливо, — Саймон вздохнул. — Что ж, тогда прощай. Я буду скучать.

— Я тоже, — заверила его Лориана, и ее взгляд немного смягчился. — Жаль, что не смогу проводить тебя до самого корабля, но твои вассалы обеспечат твою безопасность вместо меня.

Саймон удивленно моргнул:

— Мои… вассалы?

Его замешательство позабавило Лориану:

— Тебе не сказали? Перед отъездом в академию отец счел нужным приставить к тебе двух ратников: Леонарда Декарабиа и Мередит дОзе.

В прошлой петле он их не встречал. Неужели придворные фракции держали их подальше от него, когда вскрылась правда о его классе?

— Я думал, мне полагается ехать в Академию одному, — ответил Саймон. У всех его братьев и сестер были личные вассалы, но отец, казалось, всегда воспринимал его как досадную помеху и в юности никого к нему не приставлял.

— Полагаю, каким бы бастардом ты ни был, ты все равно остаешься членом Дома Магнос и заслуживаешь защиты. По крайней мере, я так думаю. — Лориана вздохнула. — Мы уже не можем спросить отца о его мотивах.

Это было по-настоящему странно. Не связано ли это с его решением сделать Саймона наследником?

— Декарабиа – это маркизат, обязанный Дому Пеймон, — Саймон нахмурился, вспоминая детали. — А Озе – баронский титул.

— Именно так, — подтвердила Лориана. — Леонард отличился в кампаниях в Сканланде и Магволии, сражаясь в авангарде Моблана, а Мередит подавала большие надежды во время миссий по подавлению в Теллурии, за что и получила баронство.

Дворянство в империи строилось по довольно простой схеме. На вершине мира стояли «принцы крови» – императорский Дом Магнос, их родственники и Дом Пеймон. Сразу за ними шли герцоги – главы великих домов и правители обширных территорий. Ниже стояли маркизы, представлявшие собой пеструю смесь из сенаторов, министров, архиепископов Света, советников, генералов и прочих сановников; они, в свою очередь, возвышались над еще более многочисленными графами, составлявшими административный костяк государства.

И, наконец, в самом низу находились бароны. В отличие от прочих благородных, бароны не владели землями, и хотя они получали жалованье от государства вместе с гербовым камнем вассального класса, их титул не наследовался. Это было почетное звание, которое обычно даровали рыцарям и другим личностям, отличившимся на поле боя.

— Ты сказала, отец лично выбрал их для меня? — Осведомился Саймон. Очередная его уловка? Отец как минимум сообщил еще одному человеку в Теллурии, что Саймон унаследует класс Владыки.

— Либо он, либо Моблан, признаться, я не слишком вникала в этот вопрос, — ответила Лориана, пожав плечами. — Я понимаю, что ты хочешь дистанцироваться от своего наследия, но, учитывая обстоятельства, советую держать их при себе. Немногие студенты в академии смогут похвастаться тем, что их наставники – обладатели классов.

— Каковы их классы? Политические взгляды?

— Леонард – дредноут, он открыто поддерживает Партию Войны. Я сама думала завербовать его в свои Домочадцы, пока отец не решил отправить его к тебе. Мередит – валькирия, и хотя она помалкивает, в прошлом ее часто видели в кругах Партии Церкви. — Лориана усмехнулась. — Не волнуйся, я слышала, они ладят куда лучше, чем Луи и Эуфемия.

Планка была не слишком высока. Саймон гадал, не приказали ли кому-то из этих вассалов шпионить за ним. Он сомневался в этом, ведь он находился на самом дне придворной иерархии, но бдительность терять не стоило.

— Я слышал, в подземелье сидят шестеро пленников, — сказал Саймон. — Подумал, может, завербовать одного-двух, пустить в дело.

Лориана фыркнула:

— Преступники – сомнительные спутники, и боюсь, ты опоздал. Луи уже приказал увести их для немедленной казни.

Вот как? Саймон предположил, что раз во дворце не осталось Владыки, Луи решил использовать их, чтобы дать своим войскам последнюю крупицу опыта. Это не сулило императрице ничего хорошего в будущем.

Что ж, это больше не его забота. Во дворце его волновала только Лориана, а она умела постоять за себя.

Этот цикл правления должен стать временем мира, спокойствия и свободы.

Саймону еще никогда не доводилось летать на мановом воздушном судне, и этот опыт оказался весьма приятным.

Магические технологии почти полностью резервировались для военных нужд, но несколько воздушных линий обслуживали имперскую знать, богатых купцов и сановников, путешествующих между мегаполисами. Рейс, на который сел Саймон, связывал столицу Мартрон с княжеством Белет в северной Теллурии. Отец создал эту административную территорию специально для своего второго сына, Дассейна, и перенес туда Имперскую Военную Академию, чтобы офицеры оттачивали навыки в стычках со зверолюдами.

Как бы то ни было, вид массивного крылатого гиганта у причала, подъем по трапу и то, как окружающее Мартрон озеро медленно превращалось в лужицу в иллюминаторе, когда они взлетели, – все это обещало остаться одним из лучших воспоминаний в его жизни.

Напротив, шикарный вестибюль, хоть и прекрасно обставленный, не слишком впечатлил его после роскоши замка Стена Страха. Тем не менее, персонал зарезервировал для него отдельную зону и столик, где он мог встретиться со своими новыми ратниками за чашкой фаблинского чая.

Леонард Декарабиа и Мередит дОзе выглядели… ну, примерно так, как он и представлял себе двух благородных обладателей классов. Оба казались на несколько лет старше Саймона – впрочем, ненамного – и носили пурпурно-золотую форму личной гвардии Дома Магнос.

Леонард был красив той поджарой и гибкой красотой грациозного бойца; гладко выбритое лицо, способное растопить сердца многих дев, и безупречно зачесанные густые каштановые волосы. Кожа его была чуть темнее бледного лица жителей центральных регионов империи – вероятно, в роду у него были выходцы из Уё. В его уверенной улыбке и янтарных глазах сквозила странная острота. Почему-то он напомнил Саймону ястреба на насесте, чувствующего себя в небе как дома.

Мередит же была типичной жительницей имперской глубинки: молодая красавица с бледной кожей и платиновыми волосами, напоминавшими текучее серебро; они доходили ей до талии, а по бокам лица спускались две тонкие косички. Она была стройной, с пышной грудью и изящными ногами. Ее светло-серые, почти голубые глаза оценивали Саймона с настороженностью и, возможно, легким опасением.

Почему отец выбрал именно этих двоих из всей имперской армии? Были ли они шпионами Луи и Эуфемии? Или знали больше, чем показывали? Дал ли им отец секретные приказы?

Более того, чем дольше он смотрел на Леонарда, тем более знакомым тот казался…

— Мне кажется, я видел вас раньше, Леонард, — заметил Саймон. — Вы ведь состояли в личной гвардии лорда Пеймона несколько лет назад?

— Я удивлен, что Его Высочество помнит меня, — учтиво ответил Леонард. У него был на редкость успокаивающий голос для человека, который был старше Саймона всего на пару лет. — Я действительно служил лорду Моблану до нынешнего назначения. Моя сестра Тиэлла сейчас сопровождает его дочь, леди Анну, в качестве горничной. Они обе должны поступить в Имперскую Военную Академию вместе с Вашим Высочеством в этом году.

— Удачное совпадение. — Саймону нравилась Анна: она была добра и не лишена здравого смысла. — А что скажете вы, Мередит?

— Ваше Высочество – мое первое назначение, — вежливо ответила она.

— Понятно. Давал ли мой отец вам какие-то особые указания?

Леонард едва заметно приподнял бровь:

— Я никогда не имел чести беседовать с Его Величеством. Свое нынешнее назначение я получил указом, пока служил домашним рыцарем.

— Со мной то же самое, — добавила Мередит. — Я видела Его Величество только во время церемонии возведения в дворянство.

Значит, отец не передал им послания… или, если и передал, они будут держать язык за зубами. Разочаровывающе, но ожидаемо. Мудрый человек не стал бы доверять чувствительную информацию двору, кишащему шпионами.

Факт оставался фактом: он официально выбрал этих двоих для службы Саймону. В них должно быть нечто большее, чем кажется на первый взгляд, учитывая, что за плечами отца была сотня жизней.

— Нахожу интересным, Ваше Высочество, что вы, похоже, ожидали от Его Величества особых распоряжений на ваш счет, — произнес Леонард. — Я не слышал слухов о вашей близости с Его Величеством, и все же вы верите, что ваше назначение – знак особого внимания с его стороны.

А парень-то востер. — Это поэтому вы приняли назначение?

— Помимо того, что мудрые не противятся воле Владыки, признаюсь, мной движет определенное любопытство. — Леонард переплел пальцы. — Большинство благородных родов сочли бы службу бастарду оскорблением, однако у Его Величества никогда не было повода гневаться на Дом Декарабиа или наказывать его, и мы получим щедрое вознаграждение за службу вам. Эта ситуация кажется мне весьма необычной.

— Ясно. — С этим типом Саймону стоило попридержать язык. Он был куда умнее, чем казался, и мог догадаться о лишнем. — А вы, Мередит?

Она выпрямилась в кресле:

— Я лишь желаю служить.

— Достойная причина. И, полагаю, истинная причина в том, что близость к члену Дома Магнос принесет вам желанное внимание? — Ее смущенный вид подтвердил догадки Саймона. — Все в порядке, я не против. Я не осуждаю.

— Мои искренние извинения, — сказала она с порозовевшими щеками. — Признаю, я ищу благородного мужа, так как мой баронский титул продлится лишь одно поколение, но клянусь, мои поиски не помешают исполнению обязанностей.

— Я тоже на это надеюсь. — «Хотя и не верю». Саймон не знал, что и думать о любопытном рыцаре и карьеристке у себя на службе. Любой из них мог быть опасен или поднять тревогу, узнай они правду о его классе. — Что сказано в вашем контракте?

Леонард усмехнулся:

— Условия довольно просты. Мы должны служить Вашему Высочеству, пока оно в нас нуждается.

— Нам также поручено следить за вашими тренировками и помочь вам поднять уровень, как только вы получите класс, — добавила Мередит.

О? Эта часть удивила Саймона. Ожидалось, что все выпускники Имперской Военной Академии получат гербовый камень после финального испытания, но отец предпринял шаги, чтобы Саймон унаследовал класс Владыки…

Было ли это дымовой завесой, чтобы у Саймона были наставники для обретения силы, или отец надеялся, что Саймон прокачается в другом классе до того, как примет мощь Владыки? Его собственная смерть могла стать неожиданностью.

«В какую игру ты играешь даже после смерти, старик? Хочешь, чтобы я за тебя отомстил или что-то в этом роде?» Саймон покачал головой. Какими бы ни были намерения отца, сейчас их интересы совпадали.

— По правде говоря, я хочу отточить боевые навыки в сражениях еще до начала занятий в Академии, — сказал Саймон.

— Разумная цель, — похвалил его Леонард. — Возможно, Ваше Высочество согласится на спарринг, чтобы мы могли оценить его и понять, как лучше подготовить к учебе?

Саймон кивнул. Поскольку у него не было оружия, кроме кинжала на экстренный случай, Леонард одолжил ему запасной меч и пригласил на короткий поединок; Мередит осталась единственным зрителем. Саймон немедленно перешел в наступление и быстро заметил улучшения, которые даровал ему класс Владыки. Он никогда не был хорошим фехтовальщиком – уроков Лорианы было явно недостаточно, – но сейчас казалось, будто он тренировался годами. Его сила и скорость также возросли, хотя и не шли ни в какое сравнение с той мощью, которой он обладал в доспехах Владыки.

На самом деле, улучшения были слишком заметными. Саймону пришлось заставлять себя сдерживаться, даже наперекор инстинктам. Демонстрировать силу сейчас означало навлечь на себя подозрения, поэтому он решил проиграть бой.

Он все равно не был ровней Леонарду, который с небрежной легкостью парировал все удары, а затем стремительно просунул клинок сквозь защиту Саймона и прижал лезвие к его горлу. Дредноут отстранился, нахмурившись.

— У Вашего Высочества есть класс? — Осведомился он.

Саймон удивленно расширил глаза:

— С чего вы взяли?

Он тут же понял свою ошибку, когда Леонард кивнул самому себе, подтверждая подозрения:

— То, как вы двигаетесь, характерно для людей со средним навыком владения холодным оружием. Боевые классы наделяют стандартными умениями, которые тренированный глаз узнает мгновенно.

— Понимаю. — Проклятье, Саймон об этом не знал. Даже поддавки не помогли скрыть перемены в его боевом стиле. — Но нет, у меня нет класса.

Леонард секунду всматривался в его лицо, затем кивнул:

— Разумеется.

Он не поверил Саймону, но настаивать не стал. Саймон мысленно выругался, заметив, как Мередит прищурилась, глядя на него. Нужно было придумать какую-то историю, чтобы не копать себе могилу еще глубже.

— Послушайте, здесь кроется больше, чем вы оба знаете, но мне пока не разрешено говорить, — произнес Саймон. — Я сообщу подробности, когда смогу.

Глаза Мередит чуть расширились:

— О, понимаю. — Она откашлялась. — Да, Ваше Высочество.

— Я понял, — ответил Леонард с нечитаемым взглядом. — Нам ждать других приказов в ближайшее время?

— Возможно, — ответил Саймон. Как он и подозревал, напустив туману и намекнув на приказы от невидимых вышестоящих лиц, он заставил этих двоих поверить, что их миссия выходит за рамки простой охраны бастарда Владыки; что их выбрали для чего-то настолько важного, что детали должны оставаться в тайне. — Пока что ваша обязанность – помочь мне стать сильнее.

Чем больше уровней он наберет, тем лучше сможет защититься от любого ассасина или чересчур ретивого родича-убийцы.

Путешествие длилось едва ли пять часов и пролетело так быстро, что Саймон почти не заметил его. Большую часть времени он обсуждал план тренировок со своими ратниками. Леонард будет обучать его владению мечом и булавой, а Мередит сосредоточится на копье и основах зачарования оружия.

— Я не уверен, что смогу творить такие заклинания, — предупредил он ее.

— Любой может творить заклинания, Ваше Высочество, — ответила Мередит. — Классы просто сокращают время обучения с десятилетий до лет, месяцев или недель.

— К тому же, понимание дает силу, — добавил Леонард. — Научится Ваше Высочество их использовать или нет, оно должно хотя бы знать, как им противостоять.

Справедливо. В этом вопросе он доверял их опыту.

Последние минуты пути Саймон провел у иллюминатора, разглядывая равнины Теллурии и княжество Белет, где ему предстояло провести остаток года. Расположенный у переправы через великое море трав, которое зверолюды считали своим домом, Белет был городом, рожденным для войны. Изрыгающие дым литейные и кузницы коптили небо так высоко, что гарь достигала воздушного судна, а центральный замок – где правил единокровный брат Саймона, Дассейн – возвышался над рвами и каменными укреплениями, отделявшими внутренние районы от фермерских полей и растущих трущоб. Сверху улицы казались расчерченными по линейке, вероятно, для облегчения передвижения войск. Внутри кольца черных башен и фортификаций прямо рядом с замком Белета Саймон увидел то, что принял за центральное здание и двор Имперской Военной Академии – место, где он проведет следующий год своей жизни.

Вскоре воздушный корабль приземлился в порту среди имперских галер, складов и рыбных лавок. Саймон сошел на берег вместе с ратниками и другими пассажирами, после чего нанял карету до академии. Они ехали по серым каменным улицам, пока не достигли так называемого «центрального района», где и располагалась Академия.

— Вы остановитесь здесь, — сказал Саймон своим вассалам. — Отнесите мои вещи в жилой корпус. Я догоню вас позже.

Мередит едва не подпрыгнула на месте:

— Куда вы направляетесь, Ваше Высочество?

— Вам этого знать не положено, — уклонился Саймон.

— Ваше Высочество, я настоятельно советую вам передумать, — очень спокойно произнес Леонард. — У вашей семьи есть враги, а наш священный долг – защищать вас.

— Со мной все будет в порядке. — По крайней мере, он на это надеялся. Его таинственный связной с Дьявольским Клеймом заверил, что Саймон будет в безопасности, но настоял, чтобы тот пришел один. — Я встречусь с кое-кем и вернусь к закату.

Мередит открыла рот, чтобы возразить, но Леонард одним взглядом заставил ее уступить.

— Как пожелает Ваше Высочество.

Саймон проводил взглядом двоих ратников, с явной неохотой выходящих из кареты, а затем повернулся к кучеру-человеку:

— Мне нужно по адресу в Ониксовом районе.

— В Ониксовом районе? — Поперхнулся кучер. — Сударь, там же полно отребья и злонамеренных чернокнижников!

— Неужели? — Что ж, именно таких людей его отец и жаловал. — Я доплачу.

Лишняя серебряная монета убедила кучера выполнить просьбу и отвезти его в самый западный дистрикт. Саймон быстро подметил несколько пугающих деталей. Мало того, что большинство зданий были сложены из черного и красного кирпича, обожженного углем, так еще и у большинства прохожих на шеях красовались рабские ошейники, усыпанные рунами. Совсем не то, что легко скрываемые печати, которые его отец ставил на своих личных слуг.

Вскоре карета остановилась у тупика, прямо перед черным домом, зажатым между стенами двух переулков так тесно, что экипаж не мог проехать внутрь. В здании не было окон, лишь единственная деревянная дверь с прибитым над порогом черепом барана. Весьма гостеприимное местечко.

Саймон встал перед домом, затаил дыхание и сосредоточился на телепатической связи с таинственным контактом. «Я снаружи».

Он простоял на пороге мгновение, пока не услышал движение за дверью. Та отъехала в сторону, явив красивую молодую женщину с пугающе бледной кожей; черная вуаль, украшенная золотой тиарой в форме черепа демона, прикрывала длинные каштановые волосы, спадавшие на грудь. Она была одета в зелено-темные одежды с невероятно глубоким вырезом до самого пупа, увешанные множеством амулетов и колец.

Она с минуту оценивала его взглядом лиловых глаз, напомнивших Саймону какую-то рептилию, после чего пригласила войти.

— Входи, — сказала она голосом настолько тихим, что его едва ли можно было назвать шепотом. — Мой отец ждет тебя.

Саймон сжал челюсти и вошел. Женщина мягко закрыла за ним дверь, провела по коридору, устланному изящными коврами, в уютную гостиную, согретую большим камином. Там за столом с чашкой чая ждал старик. Высокий и худощавый, слегка сутулый, с морщинками вокруг лиловых глаз, седыми волосами под красным тюрбаном и козлиной бородкой. Одет он был в простые, но просторные серые одежды, и от него пахло травами.

— Спасибо, Кассандра, — сказал он женщине с отеческой улыбкой, а затем повернулся к гостю. — Прошу, присаживайтесь, лорд Магнос. Добро пожаловать в нашу скромную обитель.

— Благодарю, полагаю, — осторожно ответил Саймон. От этой парочки у него по спине бежали мурашки. — Однако боюсь, мне неизвестно ваше имя.

— Душар Гонорий, смиренный слуга Вашего Величества. — Мужчина приложил руку к груди и кивнул, но Саймон чувствовал холодный расчет за этой учтивостью. — Можете ли вы… показать мне? Моя дочь умеет держать язык за зубами.

Саймон на мгновение заколебался, но решил, что старик и так знает правду. Он воззвал к доспехам Владыки и облачился в темную броню своего проклятого класса. Кассандра в шоке прикрыла рот рукой, а ее отец удовлетворенно кивнул.

— Значит, это правда, Его Величество скончался. — Душар некоторое время изучал доспехи Саймона. Тот почувствовал, как некое заклинание пытается проанализировать его характеристики, но наталкивается на Анафемскую Скрытность. — Вы ли сразили его, часом?

Он спросил об этом так буднично, будто ему было все равно, что немало удивило Саймона. Он втайне опасался, что этот человек окажется последним орудием Бальзама Магноса, решившего нанести удар преемнику из могилы.

— Нет, не я. — Саймон поспешно отозвал доспехи, на всякий случай. — Впрочем, я надеялся, что вы скажете мне, кто мог это сделать.

— Понимаю… — Старик погладил бородку. — Боюсь, это знание от меня ускользает. Мои отношения с Его Величеством были чисто деловым предприятием, видите ли. Он поручил мне хранение определенного наследия и проведение исследований от его имени в обмен на финансирование моих… инноваций.

То, как он запнулся перед последним словом, заставило Саймона содрогнуться. — Как же вышло, что я никогда не слышал об ученом с вашим именем?

— Я не слишком забочусь об академическом признании… да и мои изыскания часто шокируют слабонервных. — Старик склонил голову набок, словно любопытная сова. — Быть может, желаете увидеть сами?

Каждая фибра души Саймона вопила, что нужно отказаться, но он понимал: проявление слабости перед таким человеком лишь навлечет новые беды. Подобные ему уважали только знания и силу. — Показывайте.

Душар едва заметно кивнул, поднялся со стула и засучил рукав. На его морщинистой коже был начертан знак в форме рога, чернее чернил. Саймон инстинктивно узнал в нем Дьявольское Клеймо, связывающее их, – дело рук его покойного отца.

Пламя в камине внезапно стало синим и вмиг исчезло. В полу, закручиваясь спиралью, возникла лестница, ведущая в подвал. Душар раскрыл ладонь и призвал призрачный блуждающий огонек, зажатый между пальцев для освещения, после чего начал спускаться. Саймон настороженно последовал за ним, а Кассандра молча замыкала шествие.

Лестница уходила вниз на добрых шестьдесят футов под землю и заканчивалась в крипте, тускло освещенной белыми фонарями на стенах. Воздух для такой глубины был на диво свежим – вероятно, благодаря магии, – а на камнях были вырезаны колдовские символы. Ряды крепких деревянных дверей уходили далеко во тьму.

Это место было огромным.

— Вы сказали, ваши отношения с отцом были деловыми, — заговорил Саймон. — Он финансировал постройку этого комплекса, когда возводил город для Дассейна?

— Именно так. Мне было позволено пользоваться им на досуге, пока я хранил определенные объекты в безопасности по его поручению. — Душар прищурился, когда в коридоре эхо разнесло чьи-то шаги. — А вот и мои последние работы.

Саймон застыл от ужаса, увидев их. Существа на первый взгляд напоминали ходячие золоченые скелеты, но внутри ребер пульсировал и извивался густой клубок обесцвеченных внутренностей. Эта отвратительная масса органов тянулась вверх и высовывалась из челюстей, подобно языкам, а в пустых глазницах теплился бледный свет. Они остановились перед группой, не проявляя враждебности.

— Потрясающе, не правда ли? — Осведомился Душар, и в мерцании фонарей тени заплясали на его зубах. — Их желудки почти как живые.

— Вы некроманты? — Настороженно спросил Саймон, не слишком удивившись. Отец регулярно поднимал трупы, чтобы те сражались за него… но Саймон не смог сдержать дрожь отвращения, когда Кассандра погладила одно из существ по языку-внутренности, словно кошку.

Душар слабо улыбнулся:

— Хотелось бы нам ими быть. Увы, гербовый камень Некроманта и его обладатель находятся в Вальне, на другом конце света. Нам же приходится довольствоваться вассальными классами, такими как чернокнижник и ведьма.

— Оба класса специализируются на некромантии, ведовстве и темной магии. — И они были жестко ограничены даже в имперской армии. — Отец дал вам ваши гербовые камни?

— В ту же неделю, как взошел на трон. До того я проводил свои исследования… обычным путем. Как Его Величество узнал об этом, мне неведомо, но я вечно буду благодарен за его дар. — Душар хмыкнул про себя. — То, что он мне показал, молодой человек… вы бы глазам своим не поверили.

Саймон решил, что с него хватит этой парочки. — Какое наследство оставил вам мой отец?

— Там. — Душар указал на дверь в самом конце коридора. — Я сложил все там.

Саймон подошел к двери, открыл ее и оказался в помещении, представлявшем собой нечто среднее между библиотекой, кабинетом и сокровищницей. Уставленный книгами стеллаж соседствовал со столами, заваленными наспех набросанными заметками и диаграммами. На постаментах покоились диковинные предметы: рубины, слабо светящиеся в лучах фонарей, изумрудные таблички, перстень-печатка, законсервированный в банке вместе с пальцем, разбитая золотая сфера и даже пара пугающе реалистичных человеческих статуй, навеки застывших в плотских объятиях. Непропорционально много вещей было посвящено астрономии: планисфера созвездий, телескоп и маленькая модель планеты с ее лунами.

— Его Величество проводил здесь целые дни в последние несколько лет, что-то записывая и разговаривая сам с собой, — сказал Душар. — Как ни велико было мое любопытство, я так и не смог взломать код, который он использовал.

Саймон гадал, о чем он говорит, пока не заметил классную доску в самом конце странной экспозиции. Слова и диаграммы были написаны на неизвестном Саймону языке, который он, тем не менее, понимал благодаря навыку Владыки «Всевидящий» – это был свод заповедей одного Владыки своему преемнику.

Воля Владыки:

Покори мир.

Укроти племена.

Поработи богов.

Захвати Врата.

Низвергни небеса.

http://tl.rulate.ru/book/156847/14189023