Готовый перевод I Can't Hide My Abilities Anymore / Я просто хотел жить тихо, но моя сила рвётся наружу: Глава 82. Это хорошая вещь

В посте было подробное описание сегодняшнего происшествия, а также прикреплено видео.

На видео движения Тан Сюаня были очень чёткими: удар кулаком, удар коленом, удар ногой в прыжке, и вот уже несколько несчастных парней стонут на земле.

Автор видео был студентом Цинхуа, знал Тан Сюаня и его статус.

Поэтому, как только пост появился, он вызвал бурю обсуждений.

«Раньше мы знали, что председатель Тан талантлив, многогранен и богат. Сегодня мы поняли, что это лишь верхушка айсберга. У него обострённое чувство справедливости, а его кунг-фу просто поражает. Противники, должно быть, серьёзно пострадали».

«Верхнему посту: убери слово "должно быть". Пострадавшие получили очень тяжёлые травмы: руки, ноги, подбородки деформированы, множественные переломы неизбежны. Не спрашивайте, откуда я так хорошо знаю. Я с юридического факультета, специализация — судебная медицина».

«Ничего себе! Его забрали в полицию, дело серьёзное. Замешаны иностранцы, да ещё и тяжкие телесные. Председателю Тану придётся несколько дней питаться бесплатной едой».

«Верхний пост, ты несёшь чушь! Нужно понимать, что председатель Тан совершил героический поступок, и это была необходимая самооборона».

«Братан! Даже если ты во всём прав, всё равно будут допросы, расследование, определение квалификации и так далее. В это время председатель Тан разве не будет питаться бесплатной едой? Конечно, я и сам переживаю за него, но факты есть факты».

«Я с юридического факультета, магистрант. Готов бесплатно представлять интересы председателя Тана в суде».

«Младший курс, в этом деле нельзя ошибаться. Я аспирант юридического факультета, завтра отправлюсь в полицию».

«После обеда этим делом уже занялись два профессора юридического факультета, и команда юристов студента Тана тоже на месте. Кстати, студент Тан уже покинул полицейский участок. Разве еда в полиции может сравниться с нашей, в Цинхуа?» — ответил администратор Гань Нин. Этот ответ был выделен красным цветом.

Гань Нин, посовещавшись с ректором и членами университетского совета, опубликовал официальное объявление, а заодно заглянул на форум и оставил свой комментарий.

«Поймали шишку! Кстати, наш Цинхуа просто крут! Разве можно сравнить еду в Цинхуа с полицейской?»

«Поймали шишку! Поймали лизуна! Но с лизуном я согласен».

«Вы упустили главное! Вы не заметили, что вице-ректор Гань сказал о команде юристов? Не один юрист, а целая команда! У председателя Тана есть на что нанимать людей».

«В светлом мире нужна справедливость. Если столкнётесь с подобным, вы тоже можете действовать. Цинхуа — ваша опора», — снова ответил Гань Нин.

Форум кипел. Все были очень рады, потому что университет занял твёрдую позицию, поддержав студента и справедливость. Будучи студентами Цинхуа, все гордились этим.

Проснувшись после ночного сна, Тан Сюань купил несколько банок хорошего чая, поехал в университет, поздоровался с профессором Чэнь Юем и сказал, что идёт к Гань Нину за консультацией по поводу научной статьи.

— Хорошо, в последнее время можешь не приходить отмечаться каждый день. Поторопись закончить статью, — посмотрев на Тан Сюаня, профессор Чэнь Юй дал ему зелёный свет.

В кабинете Гань Нина тот обсудил с Тан Сюанем формат статьи и её основные акценты.

— Тех студентов-иностранцев с Маленького острова университет решил отчислить, а затем передать дело в полицию. Что будет дальше, нас не касается. Юридический факультет будет следить за этим делом. Ты — председатель студенческого совета нашего Цинхуа, образец для подражания, и мы не допустим такого несправедливого обращения, — закончив с обсуждением статьи, сказал Гань Нин Тан Сюаню.

— Спасибо этим двум профессорам. Вот несколько банок чая, вице-ректор Гань, передайте им по одной коробке, — Тан Сюань указал на принесённый им чай.

— Это не очень хорошо, — посмотрев на пакет Тан Сюаня, Гань Нин нахмурился.

— Дарить подарки — это то, что не нравится ректору и профессорам. Но я не такой. Это — уважение к учителям и образованию, и это то, что наш ЦинхуА должен поощрять. Если бы я хотел дать взятку, разве я дарил бы чай? В конце концов, на моём банковском счёте несколько нулей после цифр, — видя, что Гань Нин нахмурился, сказал Тан Сюань.

— Хорошо сказано! Этот чай мы примем! — услышав слова Тан Сюаня, Гань Нин улыбнулся. Инстинктивно он не любил подарки, но после слов Тан Сюаня он понял, что это не взятка, а знак уважения.

Выйдя из университета, Тан Сюань связался с Лань Ци, и та прислала ему своё местоположение.

Подъехав к входу на антикварный рынок, Тан Сюань увидел Лань Ци.

Припарковавшись, он вернулся ко входу и увидел Лю Юэ. Она ходила за водой и купила три бутылки, одну из них для Тан Сюаня.

— Спасибо, — взглянув на Лю Юэ, сказал Тан Сюань. Первое впечатление о ней у него было не очень хорошим. Тогда она хотела выписать ему штраф. Если бы он действительно был виноват, он бы смирился, но она действовала на эмоциях.

— Прости за тот случай. У меня просто плохое впечатление о некоторых избалованных богачах, поэтому я тебя неправильно поняла, — глядя на Тан Сюаня, сказала Лю Юэ. Она была не дура. Вчера за ужином Тан Сюань с ней не разговаривал, что явно указывало на его недовольство.

— Я удивлён, что ты заговорила об этом. Это изменило моё прежнее мнение о тебе. После прогулки — шикарный ужин, — услышав извинения Лю Юэ, сказал Тан Сюань.

Перекинувшись парой фраз, они втроём вошли на антикварный рынок. Панцзяюань был крупнейшим рынком антиквариата и предметов искусства в стране, но, конечно, здесь было полно всякого — рыбы и драконы перемешались.

Тан Сюань и Лю Юэ просто гуляли, а Лань Ци вела расследование.

Идя и осматриваясь, Тан Сюань лишь качал головой. Многие вещи были явными подделками, смотреть было не на что.

Проходя мимо магазина «Четыре сокровища кабинета», Тан Сюань увидел хорошую вещь — старый дуаньский камень для туши.

Дуаньский камень был наравне с таоским, шэским и чэнниским. Почему старый дуаньский? Потому что Тан Сюань увидел на нём следы выветривания и естественного износа.

Войдя в магазин, Тан Сюань спросил цену на кисти. Хорошая кисть из волчьей шерсти стоила больше трёх тысяч.

Спросив цену, Тан Сюань взял в руки старый дуаньский камень. Увидев на нём несколько иероглифов, он убедился в своей догадке.

— Кисть за тысячу, а камень в подарок, как насчёт этого?

— Парень, у тебя хороший глаз. Этот старый камень дороже кисти из волчьей шерсти, так что купить кисть и получить камень в подарок невозможно. Посмотри на следы выветривания, ему уже много лет. Четыре девятки, и забирай, — сказал хозяин, взглянув на Тан Сюаня.

— За какие-то следы выветривания ты хочешь четыре девятки? Ты что, думаешь, это чистое золото? — услышав цену, сказала Лю Юэ.

— Ха-ха! Округлим до десяти тысяч, и кисть в подарок, — усмехнулся Тан Сюань. Слова Лю Юэ были довольно забавными и помогли разрядить обстановку в торге.

Подумав, хозяин согласился. Если бы он не согласился, Лю Юэ утащила бы Тан Сюаня, не дав ему ничего купить.

Упаковав покупку, Тан Сюань заплатил и вышел с Лю Юэ из магазина. Лань Ци ждала их снаружи, внимательно осматривая прохожих.

— Лань Ци, он потратил наши деньги на шикарный ужин! За десять тысяч купил какую-то так себе кисть и сломанный камень для туши. Тан Сюань, хочешь, я тебе из камня вырежу такой же? Не за четыре девятки, а за две, — язвительно сказала Лю Юэ.

— Если ты сейчас вырежешь, то через тысячу с лишним лет он действительно будет что-то стоить, — усмехнулся Тан Сюань. Камень в его руках был вещью тысячелетней давности.

http://tl.rulate.ru/book/155406/8988524