Готовый перевод Kidnapped by Ancient Empress: Soft Girl Melts Cold Heart / Похитил основательницу секты — Теперь она Меня Не Отпускает!: Глава 27

За пределами двора собралось несколько десятков человек, разделившихся на две группы: представители семей Е и Гун.

Перед семьей Е, заложив руки за спину, стоял мужчина средних лет. Его взгляд, устремленный на поместье, был совершенно спокоен. Это был нынешний глава семьи Е — Е Хун.

Рядом с ним плечом к плечу стоял тучный мужчина с лицом, заросшим жирными складками, и издевательской ухмылкой на губах.

Толстяк был главой семьи Гун по имени Гун Е, и именно он выкрикивал те призывы ранее.

Ждать пришлось недолго: Сяо Юэ выкатила Е Цзинтяня из ворот и остановилась перед толпой.

Е Цзинтянь поднял взор и мельком взглянул на Е Хуна — в его глазах не было ни радости, ни печали, лишь холодное безразличие, словно он смотрел на незнакомца.

— Тянь-эр, как ты поживал в последнее время? — с притворной заботой спросил Е Хун, нацепив на лицо фальшивую улыбку.

Е Цзинтянь не ответил. Он повернулся к Гун Е и сухо бросил:

— Есть дело?

Е Хун слегка прищурился от того, что его проигнорировали, но не придал этому значения, будто давно привык к подобному отношению.

Гун Е холодно усмехнулся. Его аура внезапно всколыхнулась, высвобождая мощь пика царства Небесного Духа. Он прорычал:

— Злодей Е Цзинтянь! Вчера ты хладнокровно убил собственную жену. Столь вопиющее попрание морали... признаешь ли ты свою вину?!

Е Цзинтянь смотрел на него со спокойствием, в котором читалась насмешка. Он ровным голосом переспросил:

— Жену?

— Не те ли это слухи, что твоя семья Гун распускала повсюду? Что касается «законного брака по всем правилам», то я, Е, что-то такого не припомню.

Оказалось, что полгода назад семья Гун прислала свадебный кортеж с восемью носильщиками, доставив Гун Цзяочу в дом Е. Семья Е, явно договорившись заранее, широко распахнула ворота, привлекая толпы зевак. Семья Гун во всеуслышание объявила о союзе двух кланов, назвав женихом и невестой Е Цзинтяня и Гун Цзяочу. Бездействие семьи Е и тот факт, что Е Цзинтянь постоянно сидел взаперти и не интересовался внешним миром, привели к тому, что ложь разрослась и со временем стала восприниматься как истина.

Гун Е, казалось, ожидал такого ответа. Ничуть не смутившись, он презрительно хохотнул:

— Не смеешь признать собственную жену? Похоже, так называемый первый гений семьи Е — всего лишь пустышка.

— Впрочем, неважно. Гун Цзяочу была ключевым членом нашей семьи. Ты убил ее, и разве ты не должен дать мне за это ответ?

— Ответ... — тихо прошептал Е Цзинтянь. Его пальцы мерно постукивали по подлокотнику. — Глава Гун, если хочешь обмануть других, начни с того, чтобы обмануть самого себя...

— Насколько мне известно, минимальный уровень культивации для ключевого ученика семьи Гун — царство Земного Духа. Ее же развитие едва достигало стадии Закалки Костей. С чего бы ей вдруг стать ключевым учеником?

— Более того... в другое время я бы закрыл на это глаза. Но она пользовалась моим именем, называясь женой Е Цзинтяня, и предавалась блуду прямо у меня под носом. Скажите, глава Гун, разве не заслуживала она смерти?

— Смерти? — Гун Е снова хмыкнул.

— За поступки членов моей семьи отвечает сама семья Гун. И не тебе, постороннему, решать, кому из них жить, а кому умирать.

Сказав это, он повернулся к Е Хуну. Его тон мгновенно изменился, на лице заиграла улыбка:

— Глава Е, а какова ваша позиция?

— Эх... — Е Хун тяжело вздохнул. Посмотрев на Е Цзинтяня, он изобразил на лице глубокое разочарование.

— Тянь-эр, сейчас для семьи Е наступили непростые времена. Тебе ни в коем случае не следовало убивать ученицу семьи Гун...

— Что ж, сын неотесан — вина отца. Это я не доглядел за тобой. Раньше я бездействовал, но сегодня я покажу тебе, что твой отец лишь терпел невзгоды ради общего блага. Сейчас я буду стоять с тобой плечом к плечу.

Как только слова сорвались с его губ, от Е Хуна хлынула сокрушительная мощь поздней стадии царства Таинственного Мастера. Стоявший ближе всех Гун Е резко изменился в лице и поспешно отпрянул.

— Глава Е! Вы что, собираетесь пойти против моей семьи и семьи Чу?!

— Хм! — Е Хун холодно фыркнул и, взмахнув рукавом, громко провозгласил:

— Плевать на семью Чу! Сегодня я, глава семьи, буду защищать Тянь-эра до конца!

Услышав это, члены обоих кланов мгновенно окрысились друг на друга. Атмосфера накалилась до предела, все замерли в ожидании резни.

Гун Е помрачнел. Он то и дело бросал встревоженные взгляды на дорогу, ведущую к поместью, и мысленно ругался:

«Проклятье, почему этот старый лис Чу Гоу до сих пор не явился?!»

Е Хун чувствовал то же самое. Произнеся пафосную речь, он слегка нахмурился, краем глаза косясь на ту же дорогу.

По плану Чу Гоу должен был появиться сразу после этих слов, надавить на него силой, а Е Хун должен был разыграть сцену «горького самопожертвования»...

И вот он все сказал, а Чу Гоу нет. Что делать дальше? В воздухе повисла неловкость, буквально написанная на его лице.

Внезапно раздался смешок. Следом послышался безжизненный голос Е Цзинтяня:

— Какая бездарная актерская игра...

Мускул на лице Е Хуна дернулся. Его фигура мгновенно исчезла и в следующее мгновение возникла прямо перед Гун Е. Он схватил толстяка за шиворот, приподнял над землей и едва слышно прошептал:

— Глава Гун, планы изменились. Придется тебе немного пострадать...

Лицо Гун Е перекосилось от ужаса, жирные щеки затряслись. Он не знал, что там изменилось в планах, он понимал только одно — ему конец!

Не успел он вымолвить и слова, как его грузное тело взмыло в воздух. Е Хун стрелой метнулся следом и нанес сокрушительный удар в живот.

— Кха!.. — Гун Е выплюнул струю крови. Свернувшись калачиком, он отлетел назад. В его глазах, устремленных на Е Хуна, читалась жгучая ненависть. Губы его дрожали в беззвучных проклятиях.

Е Хун мельком взглянул на Е Цзинтяня. Увидев, что тот по-прежнему невозмутим, он решился. Подняв руку, он сконденсировал из ци призрачный лазурный меч и прокричал:

— Сегодня я, глава семьи, восстановлю справедливость для Тянь-эра!

— Да ты что творишь?! — закричал Гун Е, вскакивая с земли. При падении он собирался прикинуться мертвым, но теперь его щеки тряслись от ярости и шока. — Е, старый пес, ты это всерьез?!

Е Хун прищурился, в глазах мелькнула жажда убийства. Не колеблясь, он направил два сомкнутых пальца на Гун Е и резко опустил их вниз.

— Казнить!

В то же мгновение лазурный меч над его головой, подобно стреле, выпущенной из лука, с невероятной скоростью сорвался с места.

Зрачки Гун Е сузились. Он отчаянно пытался выстроить защиту, крича во все горло:

— Е, старая собака, ты действительно хочешь моей смерти?!

Его крик захлебнулся. Лазурный меч завис прямо над его головой, обрушивая чудовищное давление. Еще до того, как клинок коснулся плоти, защита Гун Е разлетелась вдребезги. Он рухнул на колени, содрогаясь всем телом.

Вспышка лезвия — и голова покатилась по земле. Глава семьи Гун был мертв.

Е Хун убрал пальцы и безразлично обвел взглядом побледневших от ужаса учеников семьи Гун. Не обращая на них больше внимания, он плавно опустился перед Е Цзинтянем с мягкой улыбкой:

— Тянь-эр, глава семьи Гун мертв. Теперь ты доволен?

Е Цзинтянь посмотрел на него без тени эмоций. Он указал пальцем на выживших людей клана Гун и спокойно произнес:

— Но ведь остались и другие?

http://tl.rulate.ru/book/155154/9624297