Готовый перевод Reborn Emperor: Too Weak to Rule, Too Strong to Fall / Возрождение императора — Слабое Тело, Непобедимый Дух!: Глава 14

На берегу реки Минцзян тянулась извилистая тропа, утопающая в густом бамбуковом лесу. Высокие стебли, сомкнувшиеся кронами, заслоняли небо, и лишь сквозь редкие прорехи меж листьев с трудом пробивались лучи солнца, оставляя на земле пятна света. Вдоль этой тихой дороги в тот час двигалась величественная императорская процессия — мы возвращались во дворец после поклонения Будде.

Отряд впечатлял своим размахом: пятьсот доблестных гвардейцев охраняли нас, облачённые в золотые латы и вооружённые тяжёлыми драконами мечами; их строй был безукоризнен, осанка горда. За ними следовали пятьдесят придворных фрейлин, осторожно ступающих по утоптанной земле. Возглавлял шествие командир императорской гвардии Сюн Юэшэн — в руках он держал меч Цинлун, а зоркий взгляд настороженно скользил по окружающему лесу.

Неожиданно тишину пронзил резкий свист — следом из чащи обрушился град стрел.

— Засада! Защитить императрицу и наследника! — громогласно крикнул Сюн Юэшэн, и его голос эхом разнёсся меж бамбуковых стволов.

Мгновение спустя раздались крики боли. Острые стрелы без пощады пронзали тела — фрейлины и евнухи падали один за другим, заливая кровью пышные одеяния. Кто-то рухнул сразу, поражённый в горло, кто-то, раненный в ногу, катался по земле, издавая душераздирающие стоны. Ровный строй рассыпался, процессия обратилась в хаос.

А тем временем глава убийц клана Фэнтянь, Чэнь Чао, повёл своих лучших людей прямо к карете, где находились мать‑императрица и я — ещё младенец. Сяо Ин без колебаний встала перед повозкой.

— Даже не думайте тронуть императрицу и наследника! — вскрикнула она, выхватывая гибкий меч. Лезвие дрожало, будто живая змея, готовая к броску.

Чэнь Чао презрительно фыркнул.

— Встанешь у меня на пути — умрёшь! — с этими словами он обрушился на Сяо Ин.

Меч и клинок столкнулись с оглушительным звоном. Сяо Ин едва успела отразить удар — её оружие обвилось вокруг клинка противника, сорвав атаку. Но Чэнь Чао был мастер боевого искусства: мгновенно сменив стойку, он обрушил новую серию ударов.

Сяо Ин, стиснув зубы, отражала их из последних сил. Её меч описывал в воздухе изящные дуги, но каждый раз удар Чэнь Чао становился всё яростнее. Кинувшись в очередную атаку, он рассёк ей руку, кровь скользнула по рукаву, но в её взгляде не дрогнуло ни капли страха.

Императрица в карете держала меня на руках, бледная, охваченная ужасом и тревогой.

В тот миг Сюн Юэшэн, пробившись сквозь ряды убийц, прорвал окружение и бросился к карете.

— Полководец, спасите нас! — вопили фрейлины в отчаянии.

Он спешил изо всех сил, но нападавшие накатывали новой волной. Вся бамбуковая дорога содрогалась от звона металла, криков, хрипов — словно само пекло распахнуло ворота.

Посреди этого ада Чэнь Чао снова метнулся на Сяо Ин.

— Сегодня твой день смерти! — рявкнул он.

— Мечтай! — резко ответила она, отбивая удар.

Оба вскочили в воздух, опираясь на гибкие бамбуковые стволы. Тонкие стебли под их шагами дрожали, листья сыпались вниз, придавая сражению трагическое величие.

Сяо Ин ударила, клинок изогнулся и оплёл руку противника. Тот вырвался, но потерял равновесие. Она обрушила шквал атак, загнав его в оборону, однако вскоре он восстановился и вновь пошёл в наступление.

— Ты… ты из тайной стражи Иньлун! — внезапно воскликнул Чэнь Чао, уловив знакомые движения. — Император так опекает наследника, что приставил Иньлун даже к нему!

— Да, и что с того? — бросила Сяо Ин, не прекращая бой. — Господин император любит сына, и вам, мятежникам, не суждено его коснуться!

— Даже если ты из Иньлун, — усмехнулся Чэнь Чао, — сегодня смерть настигнет и тебя!

Они вновь сомкнулись в ожесточённом поединке. Силы покидали Сяо Ин: её движения замедлялись, рука дрожала от боли. Чэнь Чао заметил бреши и ударил — клинок рассёк ей плечо, меч едва не выскользнул. Следующие атаки обрушились на неё, как буря. Отступая, она потеряла опору — бамбук под ногами треснул, и девушка рухнула вниз. Чэнь Чао спикировал следом, ударом в спину пригвоздил её к земле. Кровь брызнула изо рта Сяо Ин.

Тем временем Сюн Юэшэн был окружён. Клинки нападали со всех сторон; его меч вздымался всё медленнее, новые раны прорезали тело.

— Полководец, держитесь! — кричали солдаты, но помощь не могла пробиться.

Падая на колено, Сюн Юэшэн всё ещё пытался подняться, опираясь на меч, но новый град ударов повалил его в кровавую грязь.

Я, завернутый в пелёнки, не плакал — только, широко распахнув глаза, смотрел на происходящее. Воздух пропитался густым запахом крови; меня затошнило, и я исторг молоко. Внутри шумело от ужаса и неверия. «Разве я не попадал в этот мир снова из спокойного, мирного общества? Как мог очутиться среди настоящего побоища?» — мелькнуло в голове.

Перед глазами мелькали картины гибели, вопли, кровь. Я с болезненной тоской вспоминал прошлую жизнь — ту мирную эпоху, где подобное видел лишь в фильмах.

Но сейчас думать было некогда. «Живым бы остаться!» — только это стучало в сердце. Я послал мысленный приказ своему духу-помощнику Цюэ Эр:

«Ты чего ждёшь? Твой маленький господин сейчас погибнет!»

И в тот же миг небо переменилось. Стая голубей и воробьёв, словно чёрное облако, закрутилась в воздухе, взбивая гулкими взмахами воздух. Из леса откликнулись волчьи вои и тигриные рёвы — протяжные, зловещие, от которых дрожала земля. Следом над вершинами загудел рой ос — чёрная воронка смерти.

Столь странное, устрашающее зрелище заставило всех замереть. Стальные клинки зависли в воздухе, глаза убийц расширились от изумления. Да и наши люди — гвардейцы, фрейлины — оцепенели.

Сяо Ин, изнемогая, подняла голову, глядя на небо, где клубилось безумное облако пернатых. Чэнь Чао застыл на бамбуке, лицо его искривилось от непонимания. Даже Сюн Юэшэн, окровавленный, заставил себя поднять голову, поражённый видением.

Всё вокруг стихло. Лишь шум крыльев, вой и гул роя сплелись в одну неумолимую симфонию.

И вдруг птицы камнем полетели вниз. Их помёт обрушился на убийц как ливень, заставив тех исчезнуть под грязной массой.

— Проклятье! — вопили они, ослеплённые, вытирая глаза.

Следом налетел рой ос. Ярость природы обрушилась без пощады — жала вонзались в лица и руки. Кожа покрывалась вздутыми шишками, вопли боли сотрясали лес.

Тут из чащи вырвались волки. Глаза их сверкали зеленью, клыки — холодным блеском. Прыгнув, они смяли передние ряды убийц. Крики отчаяния утонули в рычании и хрустящих звуках рвущегося мяса.

Чуть позже появились тигры — четыре гиганта с черными полосами, будто молниями. Один бросился на бегущего, сбил его с ног, другой вырвал плечо и отбросил тело высоко в воздух, после чего трофеи жадно растерзали звери.

Кровь потекла по земле рекой, смешавшись с зеленью травы. Но удивительным образом ни один из гвардейцев не пострадал. Они лишь стояли, оцепенев, испуганно оглядываясь.

Чэнь Чао, охваченный ужасом, тщетно пытался отбиться. Птицы осыпали его сверху без конца; он кричал, размахивал мечом, но рой не унимался. Осы жалили его лицо, руки распухли. Из чащи снова вылетели волки — один за другим. Он рубил, стоная от усталости, но их было слишком много. Кровь струилась по телу, движения замедлялись. «Я не умру здесь!» — проносилось в его голове, но силы покидали его. Тогда тигры ринулись на него одновременно. Один впился в ногу, другой в грудь… последние звуки его криков вскоре заглушило рычание и чавканье.

Когда всё стихло, дорогу покрывали тела. Убийцы были полностью уничтожены — некоторые рассечены пополам, другие обезображены до неузнаваемости. Среди мёртвых лежали и павшие звери, и слуги, погибшие, защищая госпожу. Волки, унесшие добычу, растворялись в бамбуковой мгле.

Ветер прошелестел по листве — и лишь тогда тишину нарушил стон. Сюн Юэшэн и Сяо Ин, шатаясь, подошли к карете.

— Это… выше человеческого понимания, — произнёс Сюн Юэшэн, глядя на поле бойни. — Как могли эти звери появиться и спасти нас?

Сяо Ин покачала головой.

— Не знаю. Слишком странно, словно само небо вмешалось.

Императрица крепче прижала меня к груди; её лицо всё ещё бледнело, но в глазах блеснуло благоговение.

— Верно, — прошептала она. — Это Будда услышал мои молитвы и послал существ спасти нас.

Сюн Юэшэн и Сяо Ин обменялись взглядами — не до конца веря, но не находя другого объяснения. Повисла долгая, гнетущая тишина.

Наконец императрица с усилием собралась и произнесла, обретая власть в голосе:

— Сюн Юэшэн, Сяо Ин, немедленно прикажите собрать тела павших воинов и слуг. Похороните их с почестями, а их семьям выплатите щедрое вознаграждение.

— Как прикажете! — ответили они в унисон.

Императрица перевела взгляд на тела зверей.

— Эти животные — тоже участники битвы. Позаботьтесь об их останках. А настоятелю монастыря Линъянь передайте: впредь пусть кормят волков и тигров в этих лесах и не убивают их. Они помогли нам — достойны милости.

Все склонились в знак повиновения и принялись за работу, очищая окровавленное поле, где недавно бушевала смерть.

http://tl.rulate.ru/book/154635/9336524