Готовый перевод Invincible Healer: Fists Speak Louder Than Prayers / Целитель-Берсерк — Лечу Союзников, Крушу Врагов!: Глава 20

Юй Цинхань проигнорировал Чэнь Ана, хлопнул в ладоши и скомандовал: «Построение!»

Поскольку в военных школах Поднебесной всегда царил казарменный режим, даже новобранцы вроде Чэнь Ана выстроились ненамного медленнее, чем старшекурсники.

Группа новичков во главе с Чэнь Аном стояла в полном замешательстве, не понимая, что задумала Юй Цинхань.

Она не обратила на них внимания. Колечко на безымянном пальце правой руки блеснуло, и в её ладони возникла знакомая Чэнь Ану треугольная карточка.

Она была точно такой же, как приглашение в Академию Тяньцзэ, которое они получили, отличался лишь цвет. Приглашение Чэнь Ана было чисто золотым, а карточка в руке Юй Цинхань — выточена из нефрита.

— Знакомо? — с улыбкой окинула Чэнь Ана Юй Цинхань, стоявшая у каменной стелы. — Ваши приглашения — это, по сути, ваши пропуски студента Академии Тяньцзэ. Когда вы поступите, Управление по делам образования заменит их. Смотрите, не потеряйте их, это ключ для входа и выхода из академии.

Сказав это, Юй Цинхань поднесла свою нефритовый пропуск к каменной стеле.

Внезапно ничем не примечательная стела вспыхнула ослепительным светом, и перед ними возник пространственный портал!

— Пошли, провожу вас на регистрацию.

Юй Цинхань прошла сквозь портал первой, за ней гуськом потянулись старшекурсники, а оставшиеся новички сгруппировались позади, ведомые Чэнь Аном, что стоял впереди.

Когда Чэнь Ан переступал через мерцающий пространственный барьер, его охватило таинственное ощущение, будто его бросило в бушующий океан, где его несло и швыряло морскими волнами.

— Фу-у-у...

Когда он открыл глаза и увидел перед собой величественные ворота академии, Чэнь Ан молниеносно направил свою духовную энергию, чтобы побороть невесомость.

Остальные новички, не успевшие среагировать, повалились на землю и принялись неудержимо извергать содержимое желудка.

Ощущения от перехода были непередаваемо жуткими, словно их забросили в барабан стиральной машины и принялись колбасить.

— Вообще-то, Академия Тяньцзэ не расположена ни в одном месте Голубой планеты. Пространство, в котором она находится, образовалось после смерти одного из наших предшественников, который обладал пространственными способностями.

— Из-за причин его ухода, проход в это пространство немного тряский, но не волнуйтесь, вы привыкнете, если вас будет так сильно тошнить.

Юй Цинхань с наслаждением смотрела на новобранцев, корчащихся в приступах рвоты. Она сама прошла через это в своё время.

Однако Чэнь Ан, который стоял, осматриваясь, и Суй Сяо, чей лик был бледным, но взгляд по-прежнему горделивым, заставили её опешить.

Вспомнив тех, кто стоял с надменным видом в строю, когда она сама впервые попала сюда, образы Чэнь Ана и Суй Сяо начали невольно переплетаться с ними...

Вспоминая прошлое, в обычно легкомысленных глазах Юй Цинхань промелькнула тень скорби.

— Ладно, прекращайте рвать, руководство академии вас ждёт!

Не понимая внезапной резкости в тоне Юй Цинхань, непрекращающие рвать новички поспешно подавили тошноту и последовали за ней в академию.

Ворота Академии Тяньцзэ не сверкали ослепительным светом, как у других военных университетов, напротив, они излучали атмосферу древней, необъятной мощи.

Войдя за ворота, Чэнь Ан уставился на гигантскую каменную стелу, на которой иероглифы «Тяньцзэ» — возможно, благодаря какому-то иллюзорному сверхъестественному воздействию — постоянно сменялись картинами.

Когда он поднял взгляд, перед ним замелькали сцены ожесточённых сражений между могущественными воинами Поднебесной и вторгшимися цивилизациями — и мужчины, и женщины.

Картинка была настолько реалистичной, что даже звуки битвы были отчётливо слышны.

— Это все выпускники Академии Тяньцзэ. И вы, и я в будущем будем изображены на этих сценах.

Заметив замешательство в глазах Чэнь Ана, Юй Цинхань тихо пояснила: — Эти сцены записаны на боевые браслеты сослуживцами тех, кто сражался в пространственных разломах после выпуска. Учителя Отдела пропаганды, владеющие иллюзорными способностями, воссоздали их с помощью своей силы.

— Хоть это и иллюзии, но сцены подлинные. Кто-то из них всё ещё жив, а кто-то погиб в разломах. Кому повезло, того тело вернулось на родину, а кому нет... семья даже останков не увидела.

— Учителя Отдела пропаганды говорят: «Тех, кто зажигает огонь ради всех, нельзя допустить, чтобы они замерзли в метели». Они сражались за свои убеждения, и последующие поколения должны это помнить.

Слушая объяснение Юй Цинхань, Чэнь Ан на мгновение погрузился в свои размышления.

Эта страна — Поднебесная — была удивительна. В ней всегда могли находиться «черви», подтачивающие её основы, но она всё равно гордо стояла.

И каждый раз, когда на страну обрушивалась смертельная угроза, всегда находились те, кто, выкрикивая лозунги о долге перед родиной, спокойно шел на смерть, только ради того, чтобы услышать: «Да здравствует Поднебесная!»

Мысль, которую с детства вбивали в головы Чэнь Ану, да и всем новому поколению Поднебесной, была одна: укреплять армию, укреплять армию, и чёрт возьми, укреплять армию!

Только когда армия Поднебесной станет настолько могущественной, что её враги будут разгромлены, как только она направит острие своего клинка, их семья сможет жить спокойно, не опасаясь, что страна падёт, а им придётся скитаться и каждый день бороться за жизнь.

Но в сердце Чэнь Ана всегда сидела заноза: вы жертвуете собой ради защиты своих близких, а ради кого воюю я?

Возможно, в решающий момент он и готов сражаться за Поднебесную, поскольку она его воспитала, и все блага, которыми он пользуется, предоставлены государством. Он готов отплатить долги, но вряд ли готов отдать жизнь.

Или, даже если он пойдёт напролом, то это будет ради защиты дедушки-директора, или, может быть, ради Сунь Юаня и Сунь Цянь?

По сути, разницы нет, просто Чэнь Ан зациклился на своём статусе сироты.

Но когда Пэй Чанпин нашёл его и показал ему повреждённый боевой браслет его отца, эта заноза в его сердце исчезла.

Он не был сиротой!

У него тоже были родители. Его мать погибла, защищая его, а отец, узнав о его существовании, даже отложил военные действия, чтобы найти его.

К сожалению, он так и не сумел увидеть своего долгожданного ребёнка...

Глядя на мелькающие перед глазами кадры, взгляд Чэнь Ана сфокусировался.

На одном из кадров мужчина в военной форме был ненамного старше тридцати. Он размахивал длинным копьём, сражаясь с похожим на чудовище созданием с четырьмя руками.

Позади него лежали десятки трупов солдат Поднебесной!

Кадр слегка дрожал, словно солдат, носивший браслет, менял позицию.

— Уходите! Хватит сражаться, он специально оставил меня, чтобы заманить вас на смерть!

Солдат, носивший браслет, сдавленным голосом прокричал: — Почему вы меня не послушали? Вы все могли уйти... Гу Чанцзюнь, какая тебе к черту разница, что ты из Академии Тяньцзэ! Ты не достоин, ты, черт побери, не достоин быть нашим командиром! Ты ведёшь их на убой!

На записи мужчина по имени Гу Чанцзюнь на мгновение потерял бдительность, и когда он рубил четырёхрукого монстра, тот в предсмертной агонии нанёс ему удар когтем, пробив брюхо.

Гу Чанцзюнь, шатаясь, подошёл к камере, словно помогая владельцу браслета.

— Мы и так шли в глубокий рейд, куда нам ещё идти? Сукины дети, эти твари ещё и тактикой пользуются. — Гу Чанцзюнь снял браслет, записавший эту сцену, и поправил немного растрёпанную причёску. — Умрём вместе, так нашим людям будет удобнее собирать трупы.

— Девять лет... Когда я поступал, старшие сказали, что мы можем сами выбирать видео для записи на стелу Тяньцзэ. Я всегда хотел найти что-нибудь покрасивее, но сейчас... пусть будет этот отрывок. Это послужит уроком для будущих курсантов: если боишься смерти — не берись за задания по глубокому проникновению.

— Я! Гу Чанцзюнь! Десять лучших выпускников Академии Тяньцзэ! На военной службе девять лет, под моим копьём пало сто семьдесят восемь тысяч двести пятьдесят одна голова! Я чертовски отважный!

В конце этого иллюзорного фрагмента, когда сцена сменилась, Гу Чанцзюнь надел этот боевой браслет и бросился в атаку на вновь появившееся отряд монстров...

http://tl.rulate.ru/book/154125/10734149