Готовый перевод Warhammer : Macragge's Glory / Вархаммер: Величие Макрагга (Путь Ультрамарина): Глава 6

Арку украшали изысканные барельефы, изображавшие славную историю ордена Ультрамаринов: от Великого Крестового Похода до Ереси Хоруса, от обороны Макрагга до недавних войн с тиранидами.

— Это Зал Святынь, — голос сержанта Тейна стал торжественным. — Здесь хранятся самые драгоценные реликвии и воспоминания Ордена. Вход дозволен лишь Ультрамаринам и кандидатам в рекруты.

Тяжёлые двери бесшумно разъехались, и изнутри донёсся аромат ладана, смешанный с запахом древнего металла. Гай затаил дыхание.

Зал оказался ещё величественнее, чем он себе представлял. С высоких сводчатых потолков свисали знамёна прошлых магистров Ордена; боковые стены были инкрустированы золотыми пластинами с тысячами имён — именами всех Ультрамаринов, павших на службе; в дальнем конце зала за массивной стеклянной витриной парил израненный силовой доспех.

— Это запасной доспех примарха Робаута Жиллимана, — тихо произнёс сержант Тейн. — Он носил его во времена Великой Ереси и сразил предателя Люция в Битве при Калте.

Гай невольно шагнул к витрине. Каждый шрам на броне рассказывал историю эпического сражения, каждая заплатка — о том, как удалось чудом избежать смерти. Он чувствовал, как от этой древней реликвии исходит некая сила, отчего кровь быстрее побежала по жилам.

— История Ордена — это ваша родословная, — продолжал сержант Тейн, ведя их мимо рядов витрин. — Каждый Ультрамарин — звено в этой славной цепи. Сегодня вы узнаете о её начале.

Следующие несколько часов новобранцы погрузились в историю Ордена. Они увидели оружие времён Великого Крестового Похода, боевые штандарты времён Ереси Хоруса и трофеи с войн против орков. Каждый экспонат сопровождался голографическими записями, подробно описывающими соответствующие кампании и героические деяния.

Гая особенно увлекла запись об обороне Макрагга. На кадрах Ультрамарины, несмотря на огромное численное превосходство врага, держали оборону против лавины тиранидов. В самый критический момент сержант по имени Агман в одиночку удерживал мост почти час, выигрывая время для эвакуации гражданских.

— Что с ним стало потом? — спросил Гай.

Сзади раздался голос сержанта Тейна:

— Он пожертвовал собой, но спас пятьсот тысяч гражданских. В ордене Ультрамаринов это не трагедия, а высшая честь.

Перед концом экскурсии сержант Тейн отвёл их в небольшую комнату в самой дальней части зала. Здесь не было искусных витрин — лишь простые надписи на стенах и каменный алтарь в центре. На алтаре лежала массивная металлическая книга, обложку которой украшала Имперская Аквила.

— Это Кодекс Астартес, — голос сержанта Тейна стал почти благоговейным. — Написанный лично примархом Жиллиманом, он содержит все знания, тактики и традиции Ультрамаринов. Каждый новый член Ордена должен поклясться следовать его учениям.

Гай смотрел на священный фолиант и вдруг понял, зачем сержант Тейн их сюда привёл. Это была не просто экскурсия, а посвящение, призванное дать им понять, насколько глубоки и священны традиции, к которым они приобщаются.

Покидая Зал Святынь, Гай почувствовал, как что-то неуловимо изменилось в нём. Тренировки перестали быть просто борьбой за выживание — они обрели более глубокий смысл. Он коснулся Имперской Аквилы в кармане, впервые представляя, каково это — носить сине-белую силовую броню, стоя в одном строю с теми героями.

Однако сержант Тейн быстро вернул их к реальности.

— Завтра начинается второй этап тренировок, — объявил сержант, когда они шли по коридору обратно в казарму. — Финальный отбор перед генной модификацией. Пройдут только шестеро из вас.

В ту ночь в казарме было необычайно тихо. Все девять новобранцев знали, что завтрашнее испытание определит, кто пойдёт дальше, а кто выбудет. Гай лежал на своей койке, вспоминая всё, что видел и слышал в Зале Святынь. Дориан ворочался на койке под ним, а Элиза тихо протирала тренировочный кинжал.

— Как думаете, что они проверят? — наконец нарушил молчание Дориан.

Гай покачал головой:

— Что бы это ни было, оно точно будет сложнее всего, что мы испытывали.

— Я слышала, — прошептала Элиза, — что на финальном отборе иногда... бывают смертельные случаи. Ордену нужны только лучшие носители геносемени.

Гай вспомнил новобранцев, которые падали в обморок на тренировках и которых уносили прочь, и холодные слова сервочерепа: «Протокол извлечения геносемени активирован». Он невольно содрогнулся.

На следующий день, ещё до рассвета, новобранцев доставили на базу в самых высоких горах Макрагга. Пронизывающий холодный ветер мешал открыть глаза, а разреженный воздух превращал каждый вдох в борьбу.

Сержант Тейн и несколько инструкторов уже ждали их в окружении различного снаряжения.

— Сегодняшнее испытание простое, — голос сержанта Тейна звучал отчётливо даже на ледяном ветру. — Нести 100 килограммов, преодолеть 100 километров по горной местности и добраться до финиша в течение суток. Первые шестеро финишировавших продолжат обучение.

Гай взглянул на выданный каждому рюкзак: он был набит металлическими блоками и действительно весил 100 килограммов. Нести такой вес в столь суровых условиях казалось почти невыполнимой задачей.

— Маршрут загружен в ваши навигаторы, — добавил сержант Талос. — На пути пять контрольных точек, их нужно пройти по порядку. Отказ от испытания или отклонение от маршрута означает автоматическое исключение. Попадёшься на обмане — будешь казнён!

Без дальнейших объяснений испытание началось.

Первые десять километров прошли довольно гладко. Гай поддерживал ровный темп, стараясь беречь силы. Дориан и Элиза шли рядом, образовав молчаливую тройку. Остальные новобранцы рассредоточились, каждый сосредоточившись на собственном ритме.

На тридцатом километре условия начали ухудшаться. Высота росла, а температура опустилась ниже нуля. Пальцы на руках и ногах Гая онемели, губы потрескались и кровоточили. Лямки рюкзака глубоко врезались в плоть, каждый шаг отдавался пыткой.

На пятидесятом километре рухнул первый новобранец. Это был крепкий парень с агромира, который до этого показывал отличные результаты. Он внезапно упал на колени, его неудержимо рвало, а потом он рухнул лицом вперёд и больше не поднялся. Медицинский сервочереп быстро унёс его, оставив на снегу лужу крови.

На семьдесят пятом километре группа Гая достигла первой контрольной точки. Это был грубый аванпост, где инструктор лишь отсканировал данные с их наручных устройств и холодно махнул рукой, поторапливая их.

На восьмидесятом километре начался настоящий ад. Мышцы бёдер Гая начало сводить судорогой, а зрение затуманилось от нехватки кислорода. Лицо Дориана побледнело, Элиза что-то бормотала себе под нос, проклиная всё на свете. Они больше не разговаривали, сберегая каждую крупицу энергии, чтобы двигаться вперёд.

На девяносто пятом километре Гай впервые подумал о том, чтобы сдаться. Лёгкие словно горели огнём, сердце бешено колотилось в груди. Вес рюкзака, казалось, удвоился и постоянно давил его к земле.

Именно в этот момент он коснулся Имперской Аквилы в кармане.

Перед глазами всплыло умирающее лицо матери. «Она защитит тебя», — сказала она. Гай вспомнил свою обычную жизнь на Кронусе IV, страх в день вторжения орков и последнее желание матери на смертном одре.

Необъяснимая сила хлынула в его конечности. Гай стиснул зубы и заставил себя идти дальше. Шаг, ещё один. Дориан и Элиза последовали за ним, и втроём, поддерживая друг друга, они вскарабкались на крутой склон.

Последние пять километров стали самой долгой пыткой. Гай больше не чувствовал своего тела, лишь механически передвигал ноги. Сознание начало уплывать: он то возвращался на фермы Кронуса, то снова стоял перед доспехом Примарха в Зале Святынь.

И тут, словно чудо, в поле зрения показалась финишная черта. Там стояли сержант Тейн и несколько инструкторов рядом с большим таймером.

Гай, Дориан и Элиза пересекли финишную черту почти одновременно. Они рухнули на снег, жадно хватая ртом воздух, — не было сил даже на радостный возглас.

Таймер показывал: 18 часов 42 минуты.

Они прибыли третьим, четвёртым и пятым. Вслед за ними, в последние несколько минут, испытание завершили ещё трое новобранцев. Остальные трое так и не появились — позже Гай узнал, что двое сошли с дистанции, а один умер от остановки сердца на сорок восьмом километре.

Сержант Тейн посмотрел на шестерых выживших и кивнул:

— Добро пожаловать на этап генной модификации, новобранцы.

Гай лежал на кровати в медицинском отсеке, ощущая холодок питательной жидкости, поступающей в вены. Каждый сантиметр его тела болел, но сердце было наполнено небывалым чувством свершения. За окном в небе высоко висела луна Макрагга — холодная и прекрасная.

Имперская Аквила в кармане лежала на его бедре, словно молчаливое благословение матери. Гай знал, что настоящее испытание только началось. Завтра он сделает первый шаг на пути к тому, чтобы стать космодесантником — его ждала первая операция по имплантации геносемени.

Он закрыл глаза, и ему приснилось, будто он в сине-белой силовой броне произносит клятву перед священным образом примарха Робаута Жиллимана. На этот раз во сне он не чувствовал страха — лишь непоколебимую решимость.

http://tl.rulate.ru/book/150592/8679106