Готовый перевод Eternally Regressing Knight / Вечно регрессирующий рыцарь - Архив: Глава 281 – «Чёрный Клинок» преуспевает в политике (3)

— Глазастик, — окликнул Энкрид бормочущего Крайса.

Крайс моргнул, глядя на него.

Что же вызывает такую тревогу?

Причина в том, что его ломали с самого детства. Один неверный шаг – и ты либо мёртв, либо получаешь соответствующую рану.

«Я слышал, есть те, кто норовит нацелиться тебе в зад, когда им вздумается».

Почёсывая щеку, Энкрид думал, что мир не принимает незапятнанных людей.

Чистые легко портятся.

Если пролить чернила на чистый холст, их уже не стереть. Крайс не был исключением.

Чтобы избежать наихудшего исхода, он всегда предсказывал наихудшее.

Но когда Крайса загоняли в угол, его голова отключалась. Она переставала нормально работать.

Энкрид знал это по опыту, особенно по тем случаям, когда Крайс чуть не погиб, бестолково стоя посреди поля битвы.

Энкрид видел это раньше: голова парня снова сломалась.

Это было всего лишь предположение, но, если бы оно оказалось верным, убедить его было бы легко.

— Заткнись. Хочешь драться — дерись. Хочешь умереть — умри, — заговорила Дунбакель. Её прямолинейный тон и манера держаться словно рассекли воздух.

Возможно, её это раздражало. Крайс говорил так, будто всем им предстояло немедленно умереть.

Что ж, это вполне могло случиться.

Получить удар шальным мечом на поле боя и погибнуть? Разве это не слишком распространённое явление?

Энкрид знал и это.

Можно погибнуть, но можно и выжить.

Не всё идёт так, как хочется. Нужно просто изо всех сил стараться добиться желаемого.

Для этого был необходим Глазастик.

А точнее, нужен был не сломленный Глазастик.

— Этот дурак просто околдован. Дай-ка я его шлёпну, чтобы привести в чувство, — проговорил Рем, лежа на боку, словно гусеница.

Зима превращала варвара в гусеницу. Эту картину они наблюдали каждый год.

Предложение казалось разумным, но насилие было излишним.

Они это уже пробовали.

Даже когда они били его по лицу прямо на поле боя, он не мог прийти в себя.

Аудин, стоявший поблизости, сложил руки и сказал:

— Молись. Если будешь молиться, всё наладится.

Конечно, молитва ничего не решит.

Даже если бы они применили божественную силу, они не смогли бы исправить нынешнее состояние Крайса.

К счастью, Энкрид знал, как действовать, и принял меры.

Его рот открылся.

— Эй, если дела пойдут совсем плохо, мы все просто убежим.

— ...А?

Крайс перестал моргать и недоверчиво посмотрел на него. Его дрожащие ноги тоже замерли.

— Если всё пойдёт наихудшим образом, нас не составит труда вытащить тебя и сбежать. Рэма или остальных – о них и говорить нечего. Ты что, думаешь, остальные собираются здесь умирать?

Крайсу нужна была не боязнь, а уверенность.

Пальцы, которые зависли у его губ, размышляя, не стоит ли ему погрызть ногти, опустились.

Крайс повернул голову в сторону.

Его взгляд скользнул от Рэма к Рагне, Джаксену и Аудину.

Как ни крути, он не верил, что они умрут.

А как насчет Терезы?

Полугигант, бормочущая о том, что она странствующая Тереза, и носящая железную маску в казармах, – разве она так легко умрёт?

Наконец, Дунбакель... что ж, она, возможно, и умрёт, но...

— Тебя не волнует, если эта звероженщина погибнет, — слова Энкрида прозвучали в самый нужный момент.

Встревоженный разум, который метался от наихудших сценариев, начал возвращаться в исходное состояние.

Его зрение прояснилось. Туман, застилавший обзор, рассеялся.

Дрожащие ноги, неуверенные руки – всё остановилось. Монотонно мигающие глаза заблестели, как обычно.

Дрожащие зрачки вернулись в нормальное положение, и фокус был восстановлен. В то же мгновение глаза со светло-карими радужками смягчились в улыбке.

— А, точно. Ну, Дунбакель, держись. Ты должна держаться, если хочешь выжить, — сказал он с улыбкой.

— Может, мне убить тебя первым?

Дунбакель в мгновение ока выпустила когти.

— Рем, звероженщина меня достаёт.

— И что?

Это был снова прежний Крайс. Тот самый Глазастик, который только что отчитывал Рэма за то, что тот так с ним поступает, но когда «гусеница» заворочалась и, казалось, собралась подняться, он спрятался за Энкридом.

— Капитан, мы не идём на военное совещание? Грэм, командир батальона, сейчас голову потеряет, — спросил Крайс.

— Да.

— Пойдём вместе.

— М-м.

Энкрид ушёл, взяв Крайса с собой.

Среди оставшихся первым рассмеялся и заговорил Аудин.

— Командир, брат — поистине удивительный человек.

Когда он понял, что одна лишь молитва не решает всех проблем?

Это произошло не тогда, когда он работал инквизитором.

Начало всего было здесь, на поле боя и в казармах. Всё началось с одного человека.

Это был тот, кто не отступал, тот, кто умел смотреть по сторонам.

Его меч был предназначен не только для него одного.

«Что такое Рыцарь?»

«Что такое священник? Что такое слуга богов?»

Внезапное озарение заставило Аудина глубоко задуматься.

Никто из членов отряда не беспокоился о предстоящих сражениях или войнах.

Кто на нас идёт? Тогда мы просто будем драться.

Большинство людей мыслили такими простыми категориями.

И вот Рем, подобно гусенице, спокойно погрузился в дневной сон.

Рагна снова вытащил свой меч.

Казалось, он больше не сможет сдерживаться.

Он не видел, как капитан тренируется, как Безумец.

Он лишь видел, как несколько слов успокоили Крайса, а потом тот ушёл.

Вот и всё. И всё же он чувствовал что-то. Что-то неописуемое щекотало его в груди.

Все погрузились в собственные мысли.

Тереза тоже почувствовала, как в ней растет желание драться.

«Я хочу драться».

Сейчас было неважно, ради Энкрида или нет. Кровь Гиганта влекла её на поле битвы, и меняющийся воздух, казалось, воспламенял каждый нерв в её теле.

— Да какая разница, — Дунбакель по-прежнему выглядела равнодушной, но, как ни странно, сейчас это казалось правильным.

Джаксен, как обычно, оставался невозмутимым, хотя внутренне соглашался со словами Аудина.

«Интересный человек», — подумал он.

Эстер уже пробралась в казармы и, свернувшись калачиком в углу, наблюдала за происходящим. Больше всех таинственная аура Энкрида удивила именно Эстер. Одно слово Энкрида вернуло ясность умам вокруг неё. То, что он сказал, могло быть заклинанием или чем-то подобным.

Кырр.

Эстер лизнула лапу — привычка, оставшаяся у неё с тех пор, как она была в облике леопарда. Она вытянула передние лапы, легла и почувствовала, как тепло меха успокаивает тело.

Изменение атмосферы в части чувствовалось каждым солдатом роты. Нет, оно было очевидно во всех казармах. Но ничего не изменилось. Те, кто собирался бежать от надвигающейся битвы, уже ушли.

Это стало ясно сразу же, как только они вошли в зал военного совещания.

Командир Грэм реорганизовал роту тяжёлой пехоты в независимое подразделение под своим командованием. Он назначил Пальтора командиром первой роты, а также заполнил должности командиров второй и третьей рот, что позволило Вендженсу стать командиром третьей роты.

Ранее он набрал большое количество солдат, поэтому реорганизация позволила проявить больше гибкости.

Вендженс, новоиспечённый командир третьей роты, тут же заметил, что многих людей, присутствовавших на прошлой встрече, не хватает.

— Кажется, есть свободные места.

— Они бежали.

— Что?

— Они забрали свои вещи и сбежали прошлой ночью, — ответил Пальтор, поскольку в настоящее время он отвечал за поддержание порядка в части.

— И их отпустили тихо? — спросил Вендженс, его гнев нарастал. Неужели так они собираются с этим справляться? Разве их не следовало убить или избавиться от них? Отступление знати от Пограничья во время кризиса было непростительно.

— Они бежали свободно, — подтвердил Пальтор.

Девиз Вендженса заключался в том, чтобы отплачивать за обиду десятикратно. Он не мог допустить, чтобы такая мразь ушла безнаказанно.

На его слова глаза Пальтора сузились. Его что, допрашивают? Напряжение в комнате нарастало, и казалось, что любая искра может воспламенить ситуацию. Затем тишину нарушил чистый голос:

— Мы должны просто отпустить их.

Голос прозвучал из-за спины Энкрида. Все взгляды обратились к Крайсу, который считал бессмысленным тратить время на пустяковые дискуссии.

— Если всё пойдёт не так, командир обещал, что вытащит нас, — добавил Крайс, демонстрируя уверенность. Он не боялся смерти; по крайней мере, его безопасность была гарантирована. Даже без командира у него уже был разработан маршрут отхода. Тем не менее, представление наихудшего сценария вызывало у него беспокойство.

— Это абсурдная мысль, — признался он.

Он представлял себе стаю волков, охраняющих туннель для побега, или убийцу, поджидающего его по приказу «Чёрного Клинка». Но теперь? Это уже не казалось таким пугающим.

— Как думаете, эти трое будут сотрудничать? — внезапно спросил Вендженс, возвращая разговор к сути дела.

Дискуссия вернулась к началу. Энкрид находил прямолинейный подход Крайса уникальным.

— Если кто-то подрывает внутреннее единство, с ним следует разобраться быстро. Разве командир Маркус не хотел их выслать?

Вендженс не знал; он не был особенно сообразителен, но был настойчив и предан.

— Это правда, — сказал Грэм, кивая. Он выглядел измождённым, с тёмными кругами под глазами. Он повернулся к Крайсу.

— Вы из независимого подразделения?

— Крайс, — ответил Крайс. Независимое подразделение Энкрида было хорошо известно своей силой, а Крайс, хоть и был в тени этой силы, являлся человеком, которого узнали бы только те, кто знал его по-настоящему.

Грэм знал его, но только по имени. Он обратил внимание на замечание Крайса и теперь повернулся к нему за разъяснениями.

Крайс говорил по-деловому.

— Аспен не станет действовать немедленно. Им будет слишком дорого уничтожать всё в Зелёной Жемчужине.

— Командир, размещённый в Зелёной Жемчужине, уже запросил поддержки, — добавил Грэм, но Крайс встал рядом с Энкридом.

Без Маркуса ситуация была критической. Крайсу нужно было действовать, чтобы избежать наихудшего сценария. По крайней мере, ему нужно было понять, о чём думает военное руководство.

— Похоже, они думали мало, — пробормотал Крайс. — По крайней мере, они не используют свои головы.

Грэм сделал всё возможное. Он собрал войска, распускал слухи для поддержания боевого духа, усилил патрули и использовал разведчиков. Любого солдата, пойманного за распространением слухов или созданием проблем, немедленно наказывали дубинками.

Речь шла не только о поддержании порядка: даже сейчас импровизированные отряды наблюдали за окрестностями. В остальном они просто ждали.

— Командир в Зелёной Жемчужине, скорее всего, говорит так, потому что Аспен прямо перед ним. Но реальная проблема здесь, — добавил Крайс. — Кроме того, я не думаю, что эти трое поладят.

Совещание вернулось к словам Крайса. Энкрид пододвинул стул и сел.

Вендженс сел рядом с ним.

— Кто этот парень? — спросил Вендженс.

Энкрид, скрестив руки, ответил:

— Крайс.

— Разве не он раньше подторговывал всяким барахлом?

Вендженсу Крайс казался солдатом, который подрабатывал, проворачивая подпольные делишки.

— Верно.

Вендженс глубоко задумался, нахмурив брови и упрямо глядя на Крайса. Вероятно, он пытался что-то понять.

Большинство таких людей имели подобное отношение.

Грэм и Пальтор лишь сильнее нахмурились. В конце концов, они были проницательны.

— Тот факт, что эти трое не ладят, означает, что они все следят друг за другом. В такой ситуации нам нужно сделать так, чтобы мы выглядели немного крупнее, чем есть на самом деле, — заявил Крайс.

Пришло время показать врагу свою силу.

Испугались ли они «Чёрного Клинка», высшего общества или угроз Аспена?

Если да, они станут лёгкой добычей для тех, кто подползает.

Но что, если они точат зубы? Что, если они прячут оружие и ждут, чтобы нанести удар?

— Они не станут атаковать безрассудно.

— И что мы сможем сделать, выиграв время таким образом?

Крайс моргнул своими большими глазами в ответ на вопрос Грэма. Он мягко улыбнулся, и когда его губы и глаза нежно изогнулись, появились ямочки. Это была улыбка, которая раньше покоряла многих женщин.

— Накопим опыт реального боя. А может, нам удастся убрать и ключевых игроков.

О чём думал Крайс? Энкрид считал, что это необходимый план.

Опыт реального боя.

Были и те, кто закалился в битвах, был закалён, как сталь, тренировками.

Их общая сила не была слабой.

Маркус не просто так пренебрежительно отмахнулся от сил «Чёрного Клинка». Он знал, что расправиться с этой благородной свиньёй — лишь вопрос времени.

Однако многим из них не хватало боевого опыта.

Например, Пограничье — это воинское подразделение, сформированное под командованием Энкрида. Они были сильны благодаря жестоким тренировкам, но им не хватало боевого опыта.

Крайс хорошо это знал.

Единственным недостатком было отсутствие закалённых в боях ветеранов.

Были солдаты, пережившие битву с Аспеном, но многие пришли из наёмников или присоединились, услышав о подвигах Независимого Подразделения.

Всё ещё было много новобранцев с небольшим опытом на поле боя.

Это было поле боя, где люди легко умирали.

«Мы должны знать свои слабые места».

Вопрос заключался в том, чтобы прикрыть эти слабости и сражаться, опираясь на сильные стороны.

Это было похоже на искусство владения мечом. Энкрид думал об этом, слушая Крайса. Одно дело — знать, что нужно скрывать свои слабости и демонстрировать силу, но совсем другое — применить это на практике.

В таких ситуациях редко можно было найти кого-то, кто мыслил бы так ясно.

На континенте большинство тактик сводилось к грубой силе или засылке шпионов.

Крайс, однако, шёл на шаг дальше.

Если им не хватало опыта, они его получат.

Если были слабости, они их устранят.

— Мы разделим подразделение на две части. Дневной отряд и ночной отряд. Дневной отряд будет сражаться, а ночной — отдыхать. Затем ночной отряд будет сражаться, а дневной — отдыхать. Мы будем чередовать бои, но не вступать в полномасштабное сражение.

— ...То есть вы предлагаете мелкомасштабные стычки? — серьёзно спросил Грэм. Возможно, говорила усталость.

— Если мы сразу бросимся в крупное сражение, потери будут велики. Прежде чем это случится, нам нужно «подготовиться».

Крайс положил руку на стол, растопырив пальцы, и указал на одну из сторон военной карты.

— Сразимся здесь. А затем отступим сюда.

Он не просто подкидывал идеи; Крайс говорил ясно, будто всё уже было решено.

Энкрид был увлечён планом, осознавая, что нужно делать.

В мелкомасштабных стычках Энкрид не понадобится.

А точнее, Независимому Подразделению не придётся действовать.

— Подразделение эльфиек и Подразделение Безумцев будут двигаться отдельно.

Крайс в деталях представил наихудший сценарий, позволив страху и неуверенности поглотить его. Этот страх основывался на информации, и из неё он предсказал, что произойдёт дальше.

Пока он говорил, комнату начала заполнять странная напряжённость. Крайс впервые активно участвовал в планировании операций подразделения, но в его словах не было ни малейшего колебания.

— Я добавлю ещё кое-что: кое-что должен сделать командир.

Крайс повернулся к Энкриду со своим последним замечанием.

Энкрид кивнул.

Будь то владение мечом или необходимость в одиночку выйти, чтобы уничтожить десятки чудовищ, он был готов сделать всё, что потребуется.

http://tl.rulate.ru/book/150358/8942441