Готовый перевод Eternally Regressing Knight / Вечно регрессирующий рыцарь - Архив: Глава 222 – Солдат, Положивший Конец Войне

«Какие бы слухи они ни распускали…»

Энкрид почувствовал нечто тревожное в глазах стоявшего перед ним человека. Это был не просто спарринг, где проверяют мастерство. В этом взгляде читалась жадность – голод, рожденный эгоистичным желанием.

— Солдат, Положивший Конец Войне, значит? Тебе не кажется, что это немного самонадеянно?

Наемник Иварн поднял свою моргенштерну, и в его тоне слышалась неприкрытая враждебность.

Его поза и манеры безошибочно выдавали хищника, оценивающего добычу. Язык его тела словно говорил: «Это оружие может раздробить твой череп, знаешь ли».

— Возможно, — спокойно ответил Энкрид, даже не шелохнувшись.

— Уверен в своих силах, я полагаю?

Иварн выглядел так, будто готов атаковать немедленно, но его промедление выдавало попытку оценить противника. Энкриду эта тактика не нравилась.

— В некоторой степени, — небрежно ответил он.

Его полнейшее равнодушие заставило Иварна нахмуриться.

— Ах ты, самодовольный ублюдок, — выплюнул Иварн. Это было намеренное, рассчитанное оскорбление, призванное вывести противника из равновесия — прием, который Энкрид сам часто использовал в прошлом.

В те времена Энкрид для выживания полагался не только на меч, но и на острый язык.

— РА-А-АХ!

Иварн не выдержал. Он рванулся вперед, размахивая моргенштерной изо всей мочи.

Так вот кто такой «Сдерживающий Иварн», силач городского класса?

Подход наемника был до смешного медленным — по стандартам Энкрида, разумеется. По сравнению с кем-то вроде Рема, Иварн мог бы вообще стоять на месте.

Тем не менее, Энкрид не собирался относиться к этому легкомысленно. Если он сражается, то выкладывается полностью. В этом заключался его принцип: всегда делать все возможное, независимо от обстоятельств.

Только так он и достиг того, где находится сегодня.

«Внешность может быть обманчива», — напомнил он себе.

Возможно, все это было частью более сложной тактики. Имитация слабости, чтобы усыпить бдительность противника — излюбленный прием в наемническом бою.

Когда моргенштерна начала опускаться, Энкрид шагнул в сторону, его левая нога плавно скользнула из зоны поражения. Развернув тело, он одним движением выхватил меч.

Дзынь!

Клинок сверкнул, рассекая воздух.

Иварн, слишком поздно осознавший, что его занесло, попытался отменить замах. Тяжесть и натиск его моргенштерны сделали это невозможным, из-за чего его движение застопорилось.

— Ух! — простонал наемник со шрамом на лице, бросил оружие и отшатнулся в сторону, едва избежав клинка Энкрида. Меч разрезал пустоту, но так было задумано.

Энкрид не собирался ослаблять бдительность, подозревая, что Иварн может притвориться отступающим, чтобы начать внезапную атаку.

Но ничего не последовало.

«Почему он не атакует?»

Энкрид не то чтобы открылся полностью, но возможность для атаки была, если бы у Иварна хватило навыка ею воспользоваться.

— Давай голыми руками, — внезапно объявил Иварн, окончательно бросив оружие.

Энкрид мгновенно понял правду.

«Пустышка».

Позже он узнал, что прозвище «Сдерживающий Иварн» возникло из-за его прославленной силы хвата. Но против Энкрида, чьи руки были закалены до железа с помощью Техники Изоляции, эти хваленые ладони оставили лишь легкие следы на коже.

Когда Энкрид ответил, резко вывернув Иварну запястье, наемник завыл от боли.

— А-А-АХ!

Все было кончено.

Репутация Иварна оказалась ложью, построенной на пустых хвастовствах и невежестве других.

— Хм, — низко протянул Крайс, наблюдавший со стороны.

Несколько солдат второй роты собрались посмотреть на так называемого «первого претендента».

Рем, не впечатленный, покачал головой.

— С такой скоростью к нам будут приходить только идиоты.

Джаксен молчал. Рагна и Аудин — тоже.

То, что должно было привлечь достойных противников, пока приводило лишь мошенников.

— Мы закончили? — спросил Энкрид, поворачиваясь к Иварну.

— Нет! Больше не надо! — пробормотал Иварн, его бравада была полностью разрушена.

Энкрид на мгновение подумал, что даже Белл справился бы с этим боем. Слегка пожав плечами, он отвернулся.

— Не слишком расстраивайся, — сказал Крайс с пожатием плеч. — Говорят, любое великое путешествие начинается с деревни. Нельзя ожидать совершенства от первого же куска.

Это была старая восточная поговорка: «С первого кусочка сыт не будешь».

Энкрид рассеянно кивнул, его мысли были заняты другим.

Он думал о Реме, диком и неистовом.

О Джаксене, чье равнодушие скрывало смертоносную остроту.

О Рагне, чье мастерство как во владении мечом, так и в стратегии делало его грозным противником.

Об Аудине, природном силаче с экстраординарным физическим контролем.

Каждый из них по-своему подталкивал его к росту.

И все же он жаждал чего-то нового — этот голод вел его вперед в поисках недостающего. Это была инстинктивная потребность, такая же естественная, как дыхание.

А это что?

«Пустышка».

Разочарование, возможно, но оно не могло по-настоящему сломить дух Энкрида. Он был человеком терпеливым, способным пережить нечто куда худшее.

«Ничего страшного», — пробормотал он про себя.

Из следующих пяти претендентов, пришедших к нему, четверо были ничем не лучше — глупцы, стремившиеся присвоить его репутацию себе.

— Если я побью тебя, я стану командиром роты?

— Так ты сражаешься? Ты выглядишь тренированным, но тебе чего-то не хватает.

— Ты не вынимаешь меч? Если я тебя убью, не вини меня.

И так далее.

Энкрид добавил свою приправу к столу, накрытому Крайсом, действуя по-своему.

Те, кто бросал ему вызов, обладая жалкими навыками, уходили с переломами. Некоторые были наемниками с солидными именами, другие — бродягами, называвшими себя мечниками, стремящимися к личностному росту, а еще несколько — бывшими оруженосцами, высокомерно хвастающимися своим прошлым.

Но большинство были наемниками, многие из которых жаждали заполучить титул «Солдата, Положившего Конец Войне».

Прибыло еще семь претендентов, но не было ничего ценного, чему можно было бы у них научиться. Большинство из них были жалкими, хуже обычных солдат.

Среди них единственным мало-мальски приличным противником был зверолюдь по имени Баракал.

Баракал принадлежал к зверолюдям, говорил неуклюже, но обладал исключительными физическими способностями.

Он был одним из немногих, кого Энкрид мог считать настоящим испытанием. Зверолюди использовали когти — лезвия, выступающие из суставов пальцев — в качестве оружия и умело применяли их непредсказуемым образом.

Он часто поднимал колени, чтобы отвлечь противника, рубя когтями вниз, или опускал стойку и бросался на них снизу.

Было очевидно, что такие атаки стали возможны благодаря его природной атлетичности.

Энкрид изучал его движения, набираясь опыта.

В целом, это была неплохая сессия.

Даже если бы этот день не повторился, время, потраченное на изучение, проверку и тренировку, имело свою ценность.

Без всяких угроз и преград Энкрид продолжал жить так, словно повторял этот день снова и снова, всегда стараясь сделать все возможное.

Рем, тем временем, безжалостно преследовал Данбакел. Это было уже не просто поддразнивание, а настоящее истязание.

— Если ты не сделаешь это правильно, ты умрешь, зверолюдь.

Сначала это была шутка, но теперь — вопрос жизни и смерти.

А как иначе с ней справиться?

Данбакел, как и другие, похоже, не хватало дисциплины, чтобы правильно использовать свою Силу.

Так какое же решение?

Оттолкни ее к краю обрыва, и она инстинктивно напряжется, чтобы не упасть.

Именно это Рем и делал.

Сражаясь, он также размышлял:

«У нее есть потенциал».

Ее природные физические способности были экстраординарными. У нее была определенная скорость и инстинкт в физическом бою.

Но она была очень далека от уровня Энкрида.

Разница в Силе воли и выносливости была очевидна.

— Я больше не могу…

После еще нескольких раундов жестокой тренировки Данбакел рухнула, находясь в полубессознательном состоянии. Если у нее и была какая-то выносливость или Сила воли, она бледнела по сравнению с Энкридом.

Рем, думая теперь об Энкриде, почувствовал сдвиг в своих мыслях.

Он понял, что способности Энкрида значительно возросли.

Он больше не был тем, с кем можно легко справиться, даже для Рема. Малейшая оплошность могла привести к катастрофе.

Когда он обдумывал прогресс Энкрида, на ум пришло слово:

— Рыцарь.

Путь, по которому шел Энкрид, был в некотором смысле тем, по которому Рем шел раньше.

Конечно, это был не тот Рыцарь, о котором обычно говорили на континенте.

У племени Рема было свое толкование того, что значит быть Рыцарем.

В последнее время Рем размышлял больше обычного, поэтому он так сурово обходился с Данбакел.

Ему нужно было подталкивать других, чтобы он мог подталкивать и себя. Так работал Рем — через давление и испытания.

— Ты что, с ума сошла? Лежишь? Спишь? Ты серьезно спишь посреди тренировки?

Он крикнул, заставляя Данбакел с трудом подняться на ноги. В сознании Рема он легко мог поверить, что кто-то назовет его демоном, восставшим из глубин проклятых земель.

***

Солдат, Положивший Конец Войне.

— Это он, тот ублюдок, — пробормотал в северной части Пен-Ханила член культа «Священного Места», что-то замышляя в подсобке маленького паба.

Паб был почти пуст, так как время было раннее.

На столе перед культистом лежал рисунок с лицом Энкрида.

«Это он постоянно вмешивается в наши планы».

Тот, кто уничтожил колонию в пограничной деревне и убил инквизиторов.

Тот, кто убил мантикор и их погонщиков, посланных ими для его устранения.

«Он помеха».

Член культа принял решение. По совпадению, эта помеха сама распустила странные слухи о себе, прося людей найти его.

— Отправляйтесь и убейте его, — приказал предводитель культа.

Простая задача — уничтожение колонии для них ничего не значило. Их Силы было более чем достаточно для этого.

Но у них была Сила, превосходящая даже это.

На приказ культиста ответила женщина, сидевшая за столом напротив.

Она была крупной, с плечами шире, чем у большинства мужчин, и бедрами, как стволы деревьев.

Ее глаза были узкими, зрачки почти неразличимы, а губы — еще тоньше.

Воительница, воспитанная культом «Священного Места», не имевшая таланта к магии, но поднявшаяся до своего нынешнего положения исключительно благодаря физической доблести.

— Да, — сказала она, поднимаясь с места.

Она выглядела как Гигант, и ее истинная мощь исходила от крови Гигантов, текущей в ее жилах. Культ проводил над ней эксперименты, вливая ей кровь Гиганта.

Если бы не Воля, ее физические способности и боевая доблесть могли бы считаться наравне с Рыцарем.

У нее не возникнет проблем с убийством Энкрида. В наемном убийце не было нужды — она сама обо всем позаботится.

И если он захочет умереть в бою, она исполнит и это.

Бандиты Чёрного Клинка, больше всего на свете, понимали важность репутации.

— Мы же не можем просто оставить это, будучи побитыми и отступившими, верно? Если мы отступим, мы не сможем просто тихо ускользнуть.

Маркус уже уладил этот вопрос внутри основной группы Чёрного Клинка.

А один из воров Чёрного Клинка был замешан в тех же делах, что и культ.

«Что, если мы убьем того, кого выдвинул Маркус?»

Было много знатных особ, имевших связи вплоть до столицы. Судьба Энкрида была переплетена с ними. Это уменьшит влияние Маркуса.

Все дело в выполнении контрактов.

Если понадобится, возможно, придется убить и самого Маркуса.

Но прежде разберутся с тем, кто действовал первым.

Пока они это обдумывали, скрытая фигура в Пограничье начала делать нечто странное.

— Неужели он пытается спровоцировать нас на бой? — обсуждали они.

В рядах бандитов Чёрного Клинка было много умелых бойцов.

Основная группа решила послать одного из них.

Мужчину с каштановыми волосами и ничем не примечательной внешностью.

Его прозвище было «Клинок Ласточки».

Его прозвали так из-за впечатляющей манеры владеть мечом одной рукой.

— Он справится, — решили они.

Он был Безумцем, который находил удовольствие в убийстве, часто ухмыляясь, вонзая меч кому-то в горло.

— Вперед, — скомандовал предводитель бандитов Чёрного Клинка, отправляя «Клинок Ласточки» на миссию.

«Клинок Ласточки» был родом из оруженосцев. Он был известен как трагический гений, которого изгнали после того, как он совершил слишком много убийств. Если бы он не присоединился к Чёрному Клинку, то, вероятно, давно был бы мертв.

«Я потратил много крон, чтобы держать его рядом».

Дворяне, которых они намеревались убить, были принуждены, и много крон было потрачено на то, чтобы спрятать их и обеспечить всем необходимым.

В конце концов, они точили клинки, чтобы использовать их.

На этот раз это было необходимо.

Но не только они посылали людей.

Несколько человек выдвинулись также под знаменем графа Мольсена.

— Затеял что-то веселое, да? Неужели нет воина, который может доказать, что клинок графа лучше, чем его?

По просьбе графа отправились два его сына и воин. Один из сыновей был тем самым человеком, которого Энкрид в прошлом победил.

— Я пойду.

Сына не стали останавливать.

Было важно заявить о себе, неважно, в позитивном или негативном свете.

Но и это было не все. Даже места, совершенно не связанные с графом Мольсеном, Чёрным Клинком или культом, слышали об Энкриде.

«Неужели он действительно так сильно вырос?»

Эти мысли принадлежали человеку, который когда-то служил мечником-рапиристом, охранявшим купеческую группу Рокфрида.

Он рассеянно поглаживал усы — жест, который он делал много раз прежде.

Теперь усов не было вовсе. Отсутствие усов заставляло его руку чувствовать себя пустой.

— Судя по всему, — ответил подчиненный.

Закончив свои дела, он обнаружил, что у него появилось свободное время.

«Стоит ли мне навестить его?»

Он не ожидал особого роста от Энкрида, но если тот действительно значительно улучшился, возможно, в нем было нечто большее. Может, он даже продал свою душу какому-нибудь демону.

Но он не мог просто так это оставить. Было искреннее любопытство, как изменился Энкрид.

В конце концов, это было по пути.

— Стоит ли нам сделать крюк? — спросил один из его подчиненных.

Мечник-рапирист сделал паузу и посмотрел на карту, прежде чем ответить:

— Разве это не по пути?

Подчиненный на секунду задумался и кивнул.

— Да, похоже, что так.

Все согласно закивали.

Учитывая авторитет и положение этого человека, никто не осмелился бы возразить ему.

Это будет хороший способ освежить голову.

Человек, любопытствуя, как изменился Энкрид, продолжил путь.

После того, как Иварн был повержен, многие наемники приходили искать Энкрида. Сначала он принимал кого угодно, но теперь все изменилось.

***

— Это кажется бессмысленным. Я буду драться только после того, как они побьют хотя бы кого-то вроде Белла.

Крайс внес это предложение, и его поддержали.

— Следующий!

Во время тренировок выступил не только Белл, но и несколько других солдат.

Хотя некоторые солдаты проигрывали, их место занимали более высокопоставленные.

— Если это все, на что ты способен, тебе со мной не совладать! — крикнул командир взвода, у которого на щеке виднелся шрам от меча.

— Ух ты! Вот это да! Как и ожидалось! Пальто! Пальто! — раздавались крики поддержки.

Такие возгласы теперь стали обычным явлением.

Трактирщик Аллен, который поначалу был смущен, теперь считал все это вполне рутинным.

— Дополнительного пива!

Он был занят подачей напитков тем, кто пришел посмотреть.

Жизнь по большей части казалась размеренной.

Затем появилась воительница, победившая Пальто, командира взвода.

Женщина-воительница стояла перед Энкридом.

Позади трактира, на тренировочной площадке, собралось много местных торговцев, чтобы посмотреть.

— Гигант? — спросил Энкрид, оглядывая противницу. Он никогда не видел никого выше Аудина, и тот факт, что это женщина, удивлял еще больше.

— Смешанная кровь, — ответила женщина хриплым голосом, хотя ее женственность все еще была очевидна.

Энкрид поднял свой меч. Он держал его острием вверх, а его вес был Центрированный на середине стоп.

Инстинкты подсказали ему, что это будет нелегкий бой.

Женщина тоже подняла свое оружие.

Меч и сплошной железный щит.

Один лишь вид ее оружия выдавал невероятную силу.

http://tl.rulate.ru/book/150358/8942323