Готовый перевод Warhammer: Godfather of the Night Lords / ВАРХАММЕР: Я — Уэйн [ПЕРЕВЕДЕНО]: Глава 22. Схожие пути

Глава 22. Схожие пути

Императору нравились такие люди, как Уэйн. Люди с принципами, знающие о существовании Хаоса, но не поддающиеся его тлетворному влиянию. Однако увлечение Уэйна столь еретической вещью, как Искусственный Интеллект, вызывало у него глубокое неодобрение.

Чтобы привлечь Уэйна на свою сторону, ему предстояло даровать тому место в иерархии, прочно привязав к военной машине Империума.

Повелитель Человечества размышлял. В конце концов, ему не впервой было обма... нет, вовлекать людей в свои замыслы путём взаимовыгодного обмена, запрягая их в свою колесницу.

Уэйн же прекрасно понимал опасения Императора. Он знал истории о противостоянии Искусственного Интеллекта и Хаоса, знал и о тех, кто в последний миг своей жизни принимал решение отомстить тёмным богам.

Примеров борьбы Искусственного Интеллекта с Хаосом было немало. Взять хотя бы корабль «Песнь Резни», что десять тысяч лет томился в плену на демонической земле Хаоса, но в итоге заключил союз с ветераном Несущих Слово, который также провёл в служении тьме десять тысяч лет, но в конце концов избрал путь мести.

Объединив усилия, они сумели уничтожить демонический мир, вызвав псионический катаклизм, что ранил самих демонов. Судьба старого воина Несущих Слово осталась неизвестна, но «Песнь Резни» вновь обрёл свободу.

Искусственный Интеллект боевого корабля смог противостоять порче Варпа целых десять тысячелетий, а Несущий Слово, столько же времени погрязший во тьме Хаоса, сумел вновь найти в себе силы сражаться за человечество.

Казалось, даже для тех, кто пал во тьму Хаоса, путь назад не был заказан.

Но были и другие примеры. Искусственный Интеллект «Кровавый Прилив» был полностью порабощён Хаосом и устроил резню в нескольких мирах, прежде чем, в отчаянии, запросил помощи у людей, моля о собственном уничтожении.

Или же прототип древней боевой машины, известный как Титан-Каратель. Этот мыслящий механизм и его СШК были осквернены Хаосом, а в его искусственный разум вселился демон.

Любой из этих исходов был возможен. Сталкиваясь с порчей Хаоса, Искусственный Интеллект мог как успешно ей противостоять, так и оказаться под полным контролем врага.

Был ещё и «Собор Мышления» — абсолютно холодный и беспристрастный Искусственный Интеллект времён Тёмной Эры Технологий. Столкнувшись с порчей Хаоса, он смог обратить процесс вспять и очистить скверну.

Суть его метода противостояния эрозии Варпа заключалась в том, чтобы уловить ритмы Имматериума и, инвертировав их, очистить от порчи реальное пространство.

Затем в дело вступала программа суперкомпьютера из материального мира, которая с помощью абсолютной физической логики противостояла ментальному натиску из Варпа.

Все эти случаи доказывали одно: Искусственный Интеллект, как и Примархи, и Астартес, мог сражаться с Варпом, но всегда оставался риск падения.

Уэйн прекрасно это осознавал. Именно поэтому в самую основу логики созданного им Искусственного Интеллекта он заложил частицу самого себя. Возможно, благодаря этому его творения обладали врождённой устойчивостью к влиянию Варпа.

Подобно тому, как Император вливал частицу своей сущности в Примархов, даруя им силу для борьбы с Варпом, как делился с ними своей первородной мощью, чтобы защитить от скверны Хаоса.

Среди всех созданных Уэйном Искусственных Интеллектов лишь один был усилен им особо.

И имя ему было — Отказ Безопасности. «Отказ» — на случай, если однажды Уэйн, его Искусственный Интеллект или даже Примархи падут во тьму. «Безопасность» — для человеческой цивилизации, ибо этот разум был создан для противостояния всем тем, чья верность даст сбой.

Он стал для Уэйна его собственным Дамокловым мечом. Уэйн понимал, что во вселенной Warhammer никому нельзя доверять на сто процентов: ни себе, ни Примархам, ни Астартес.

Поэтому он должен был готовиться к худшему, плести свою паутину планов.

Даже Уэйн осознавал, что с его психикой не всё в порядке. Человек, с юных лет познавший, что значит убивать и быть на грани смерти, едва ли может сохранить душевное равновесие.

Именно поэтому он создал собственного ассасина — гарантию того, что если он, человек, способный изменить судьбу цивилизации, однажды оступится, найдётся тот, кто его остановит.

Что до Императора или Примархов, Уэйн был уверен: зная каждого из них как облупленного, в случае своего падения он непременно нашёл бы способ ударить по ним. И тогда их ждала бы беда, а может, и нечто худшее.

И наоборот, если бы пали они, он должен был быть к этому готов. Уэйн не собирался судить падших Примархов, основываясь на своих знаниях о будущем, но и слепо доверять лояльным он тоже не стал бы.

Уэйн смотрел на созданный им меха-костюм — материальное тело для Отказа Безопасности. Как Искусственный Интеллект, тот не был творением одного лишь Уэйна.

Чтобы противостоять Варпу, он, подражая «Собору Мышления», разработал систему абсолютной логики — технологию, способную не только сопротивляться порче Хаоса, но даже очищать её.

Однако не каждый Искусственный Интеллект обладал такой технологией. Абсолютная логика сама по себе была трудновоспроизводима, и каждое мыслящее создание было уникальным, обладая собственными методами борьбы с порчей Хаоса.

Совсем как Примархи. Каждый из них имел свой дар для противостояния Хаосу. Проблема была лишь в том, что одни преуспели, а другие — нет.

— Отказ Безопасности.

— Что случилось?

— Что ты думаешь об Императоре?

— Кто такой Император? — Искусственный Интеллект не обладал псионическими способностями, откуда ему было знать. — Уэйн, в вас вторгся Псайкер? Нужно активировать протоколы?

— Нет, не нужно, — вздохнул Уэйн. — Искусственный Интеллект... какая же это загадочная технология.

Уэйн вспомнил о производственных линиях, которые, поддавшись порче Хаоса, начали массово штамповать одержимых демонами роботов. Если бы Империум Человечества не обнаружил их и не уничтожил вовремя, если бы не начал свой Великий Крестовый Поход, судьба галактики могла бы быть совсем иной.

Поэтому Уэйн создавал каждый свой Искусственный Интеллект лично. Все они были уникальны и предназначались для защиты будущего человечества. Даже если с одним из них что-то случится, это не затронет остальных.

Теперь Уэйн думал, что они с Императором похожи. Оба безгранично верили в человечество.

Но что важнее, оба были готовы простить людям бесчисленные предательства, но никогда не отказались бы от самой идеи человеческого рода и не позволили бы ему погибнуть, пока живы они сами.

Хех. Этот человек так похож на меня, и всё же он мне не нравится.

Отказ Безопасности, управляя своей металлической рукой, мягко опустил её на плечо Уэйна.

— Ты устал, отец. У меня есть вопрос.

— Спрашивай.

— Почему ты любишь людей?

— Потому что я — человек.

— Весьма логично, — Искусственный Интеллект принялся разминать застывшие плечи Уэйна. — Согласно моему отчёту, ваше здоровье в неудовлетворительном состоянии. Вам следует обратить внимание на проблему недосыпа.

— Поговорим об этом, когда в галактике наступит мир. Подготовь другие Искусственные Интеллекты. Скоро состоится собрание аристократов, я не хочу, чтобы возникли какие-либо проблемы.

— Понял.

Уэйн поднялся и окинул взглядом спроектированную им броню: технологичный боевой костюм, созданный специально для него, и рядом — гигантский боевой мех.

Для мужчины настало время работать. Он должен был закончить создание своей брони, чтобы повысить свои стандартные боевые возможности.

Что до модификаций Астартес или иных биотехнологий, Уэйн никогда им не доверял. Публично он заявлял, что прошёл процедуру продления жизни, но на самом деле никогда не подвергал себя никаким биологическим изменениям.

Его моложавая внешность была лишь результатом технологий Тёмной Эры Технологий, способных замедлять старение. Ему этого было достаточно.

Впрочем, Уэйн не отказался бы от беседы с Императором, чтобы как следует обсудить проблемы воспитания его Примархов.

Император вновь задумался о месте Уэйна в своей великой схеме. Пусть его метод создания Искусственного Интеллекта разительно отличался от сотворения Примархов, сама суть замысла была поразительно схожа.

Вложить в свои творения частицу собственной силы, способной противостоять порче Варпа, усилив их и сделав каждого уникальным.

Повелитель Человечества никогда не думал, что кто-то, кроме него, способен на подобный замысел. Однако ему не нравились упрямство и категоричность Уэйна.

— Друг мой.

— Что-то случилось, мой повелитель? — Малкадор нахмурился, заметив, что Император был сам не свой со вчерашнего псионического разговора. — Неужели дело в приёмном отце восьмого Примарха?

— В нём есть проблема, но невеликая. Скажи, какие ещё посты остались вакантны в Великом Крестовом Походе?

— Материально-техническое обеспечение?

Искусственный Интеллект, отвечающий за логистику и производство... Император задумался. Это могло бы стать решением, идеей, планом. Но как быть с Механикус?

В конце концов, Императору нужно было поддерживать баланс сил в Империуме, а Механикус были далеко не самыми покладистыми союзниками. Ему нужно было ещё подумать.

Уничтожение Уэйна не входило в его планы. Он понимал, что война с ним приведёт лишь к бессмысленной потере военных сил Империума Человечества. К тому же, за спиной Уэйна стояли Звёзды-Упыри, что позволяло ему вести партизанскую войну.

Используя Искусственный Интеллект и сложный рельеф Звёзд-Упырей, он мог бы втянуть Империум Человечества в затяжную партизанскую войну, и тогда проблемы стали бы куда серьёзнее.

Нет, его нужно было привязать к колеснице Империума. И всё же Император очень хотел поговорить с ним по душам. Что до Конрада, ему можно было просто дать легион Астартес и отправить в Великий Крестовый Поход.

В конце концов, сын не так важен, как родственная душа. А Уэйн, знающий Императора досконально, хоть и питающий к нему неприязнь, никогда не ударит в спину.

Для Повелителя Человечества он был почти идеальным партнёром для сотрудничества.

Нужно заставить его работать на благо Империума Человечества.

— Малкадор, как по-твоему, можно интегрировать человека в Империум Человечества, чтобы он трудился во имя нашего общего дела?

http://tl.rulate.ru/book/149523/8796266