— Это ты меня спрашиваешь? Да кто из нас двоих здесь коренной житель? — усмехнулся Аэдрик и пояснил: — Насколько мне известно, деревья Старого Леса прожили слишком долго. Они пустили корни и проросли в Эриадоре ещё до того, как Валар покинули Средиземье, — по меньшей мере шесть или семь тысяч лет назад. Столь долгие века, возможно, даровали им совершенно иную жизнь: они научились радоваться, гневаться, печалиться и наслаждаться и не терпят вырубки и вторжений. Поэтому они сами нападают на путников, что осмеливаются приблизиться к Старому Лесу.
— А! Я понял — они, должно быть, мстят! — воскликнул Бильбо, очевидно, приняв это объяснение.
Он снова достал маленькую печку и, пытаясь её разжечь, продолжил:
— В архивах Мичел-Делвинга записано, что, когда жители Бакленда расчищали земли, они сожгли огромные участки леса и срубили множество деревьев для постройки домов и оград. Это, несомненно, разгневало движущиеся деревья Старого Леса. Неудивительно, что здесь всегда пропадали люди — так вот в чём причина.
Аэдрик вскинул брови, подумав: «Недаром эти ветви рисковали быть изрубленными, лишь бы добраться до тебя, хоббит! Так, значит, была такая история».
— Должно быть, так, — кивнул Аэдрик, снимая промокшую верхнюю одежду, чтобы высушить её у печки. Затем он достал платок и принялся стирать с Митрелета капли воды и зелёный сок.
Это был драгоценнейший дар и оружие, требующее должного ухода.
— Хотел бы я, чтобы мы не приближались к Старому Лесу, — пробормотал Бильбо и вдруг, вскинув голову, встревоженно спросил: — Кстати, а Кристина и Сарадок могут быть в опасности?
Трут в печке вспыхнул, и языки пламени взметнулись, облизывая чёрный уголь.
— Нет, — отогревая руки, успокоил его Аэдрик. — Проделав такой путь, мы не нашли брошенной лодки. Сарадок, выросший в Бакленде, должен знать, что деревьев Старого Леса следует избегать. Скорее, это наши потери значительны — у нас нет вёсел.
В лодке было лишь одно весло. Когда Бильбо, вцепившись в него, ушёл под воду, оно так и не всплыло, а лодку тем временем отнесло на некоторое расстояние. Искать его теперь было бы бесполезно.
— Что же делать? — Бильбо с минуту хмурился в отчаянии, а затем извлёк из своего рюкзака сковородку и принялся грести ею, как веслом.
Поразительно оптимистичные и стойкие хоббиты всегда находили неожиданные решения. Хотя грести сковородкой оказалось не так уж эффективно, это было определённо лучше, чем голыми руками. Лодка и впрямь сдвинулась с места и поползла вперёд вдоль западного берега, вместо того чтобы кружиться на месте.
Аэдрик взял в руки зелёную ветвь. Она больше не светилась, вобрав весь фосфоресцирующий свет глубоко внутрь. На вид она казалась полной жизни, словно по ней струились живительные соки. В руке ветвь оказалась удивительно гибкой, свободно сгибаясь, но не ломаясь, подобно кнуту из лучшей кожи. Поистине необычный материал.
— Не совсем бесполезная находка. — Аэдрик обмотал ветвь вокруг талии. Если представится возможность посетить Ривенделл, он мог бы попросить нолдорских мастеров взглянуть на неё — возможно, они сумеют смастерить какую-нибудь волшебную вещицу. Вроде верёвки Сэма, оказавшейся весьма занятной и полезной.
Время шло, и над водой начал расстилаться редкий туман. Восточное небо постепенно светлело, словно пролитое на тёмный стол молоко. Уголь в печке раскалился докрасна. Почувствовав волны тепла, Аэдрик невольно зевнул.
Со вчерашнего вечера он непрерывно грёб, потом сражался с деревьями Старого Леса. Это было довольно утомительно. Затем они с Бильбо некоторое время барахтались в воде. Теперь он устал и хотел спать.
Медленно-медленно он закрыл глаза и начал видеть сон. Аэдрик знал, что спит: он парил в воде, но дышал свободно, а это противоречило всякому здравому смыслу. Следовательно, это был сон.
Фигура, улыбавшаяся и махавшая ему из воды, появилась снова.
Златеника.
Мысли Аэдрика были на удивление ясны, и он мгновенно вспомнил, кто она. Дочь Речной Девы, обитающая в глубинах Ветлянки, что течёт через Старый Лес, — не из Айнур, но всё же своего рода дух. Её мужем был Том Бомбадил. Существо, появившееся вместе с Ардой, беззаботное и простодушное, поступающее так, как велят ему радость и веселье. Его происхождение было весьма загадочно.
Быть может, какая-то вольная мысль Эру Илуватара, вырвавшаяся на свободу? В конце концов, все Айнур были лишь частицами его великого разума. Даже хорошо известные Гэндальф и Саруман не были исключением.
Аэдрик улыбнулся и кивнул ей. Он был уверен, что Златеника не желала зла ни ему, ни Бильбо и даже оказала им помощь. То, что они вынырнули из воды прямо у лодки и вдали от восточного берега, было, несомненно, не простой удачей. Возможно, это была помощь, оказанная ради Ульмо, Владыки Вод?
Но как только Аэдрик собрался произнести слова благодарности, её облик неуловимо изменился. Всё те же золотые волосы.
Луна?!
— Аэдрик, я жду тебя в Серых Гаванях, — сказала она.
— Аэдрик! Аэдрик!
От всё более настойчивых возгласов Аэдрик открыл глаза. Полностью рассвело, деревья выстроились по обоим берегам чистой голубой реки. На завтрак был большой сэндвич с беконом и помидорами, а его одежда была аккуратно сложена рядом. Всё — плоды стараний Бильбо. Очевидно, он проспал действительно долго.
— Аэдрик, отсюда нам нужно повернуть на восток и продолжить путь по тому ручью, чтобы выйти прямо к Могильникам. — Проследив за пальцем Бильбо, Аэдрик увидел тёмно-зелёный ручей, текущий из горных долин, по берегам которого росли более густые и высокие деревья.
Их ветви тоже были толще и длиннее. Если они вздумают колотить людей, будет, вероятно, больнее?
— Однако сначала нам нужны нормальные вёсла. Я слышал, долина Ветлянки — самое жуткое и таинственное место в Старом Лесу, где пропадает большинство людей. Хотя днём безопаснее, нам лучше не задерживаться.
Бильбо поднял свою сковородку, и на его лице отразилась боль. Он дорого заплатил за неё гномьему каравану; сковорода была выкована в Синих Горах, в чертогах Торина. Там стояла великая кузница, собравшая множество гномьих мастеров. Бесчисленные превосходные изделия из железа, выкованные там, расходились по Ширу, Бри, Линдону и даже попадали в Ривенделл и дикие земли. Хорошие сковородки должны готовить вкусную еду, а не грести воду.
Аэдрик был озадачен. Одолжить? Где? Неужели делать крюк до Бакленда? Для этого пришлось бы целую вечность идти через Старый Лес — слишком долго. Бильбо не стал бы предлагать такой план. Были ли поблизости поселения? В недоумении он огляделся.
Вода неслась вперёд, увлекая лодку мимо густых лесов. За зеленью, на пологом склоне западного берега, показался трёхэтажный дом из кирпича и дерева. Аккуратная черепица блестела на солнце, а на деревянных вывесках были вырезаны тяжёлые золотые колосья. К востоку тянулась дорога, по которой резвый конь поднимал пыль, скача на север, а несколько повозок составляли медленный караван с мехами и деревянными сундуками. У берега виднелась грубая пристань с маленькой лодкой для переправы пассажиров в Бакленд.
— Таверна «Золотой Пшеничный Сноп» — последняя таверна на южной границе Шира. Их эль довольно знаменит, — Бильбо грёб к берегу, добавляя: — У них наверняка найдутся запасные вёсла, и мы могли бы спросить, не проезжали ли здесь Кристина и Сарадок.
— Хорошо, ты — проводник, тебе и решать. — Аэдрик оделся и поднял верёвку, лежавшую у него под ногами.
Лодка медленно вошла в док. Бильбо спрыгнул на доски, тщательно привёл себя в порядок, чтобы выглядеть солидным джентльменом, и направился к таверне.
Аэдрик немного задержался. Едва он закончил одеваться, привязал лодку и ступил на берег, как услышал яростный рёв.
— Ах ты, паршивец мелкий! Слов не понимаешь, да?!
Крупный детина в грубой одежде, у которого одна половина лица заплыла жиром, а другая была покрыта шрамами, словно от кипятка, высоко занёс левую руку, чтобы ударить Бильбо. Другой хоббит с обычной внешностью попытался вмешаться, но его отшвырнули пинком, и он покатился по земле. Бильбо Бэггинс отступал, уворачиваясь от ударов и в полной мере демонстрируя проворство и ловкость хоббитов.
Но громила неумолимо наступал, используя своё преимущество в росте, чтобы пнуть снова. И тут подскочил Аэдрик и в прыжке нанёс свой удар.
Ударив вторым, он достиг цели первым, попав мужчине в живот. Громила отлетел назад, словно его сшиб боевой конь, проковылял несколько шагов и с громким стуком врезался в стену, после чего медленно сполз вниз, раскинув руки и ноги. Но это был ещё не конец. Его лицо побагровело, он тужился и наконец с громким «у-а-а!» изверг свой завтрак на землю. Неопознанные субстанции смешались с элем и мочой, пачкая ему брюки и сапоги.
— Ты в порядке? — Аэдрик протянул руку, помогая Бильбо подняться.
Он не знал, что произошло, — поднявшись на склон, он увидел эту сцену. Какая наглость! Неужели они думали, что в их компании нет высоких людей?
— Я не ранен, — покачал головой Бильбо, указывая на стонущего и блюющего громилу, — но он…
— Будет жить, — Аэдрик взглянул на мужчину. Он сдержал силу удара.
Хотя результат превзошёл ожидания — детина блевал, мочился, стонал и был без сознания, — это было не смертельно. Вероятно.
Не успели они и слова сказать, как из таверны донёсся шум. Аэдрик обернулся, и его лицо мгновенно стало серьёзным. Правая рука легла на рукоять меча, левой он прикрыл Бильбо.
Из дверей вывалилась толпа — в основном путники с кружками эля или хлебом в руках, среди которых был и рыжеволосый гном, куривший трубку. Затем из толпы вышли трое уродливых мужчин. Один с треугольными глазами и плоским носом, вооружённый коротким кинжалом. Другой — с оттопыренными ушами, сжимавший в руке табурет. Третий, здоровяк, едва выше хоббитов, держал нож для мяса.
Все трое были настроены враждебно и с недобрыми намерениями смотрели на двух незваных гостей. Лицо Аэдрика похолодело. Не то чтобы он судил по внешности, но в любом мире эта троица походила на отъявленных негодяев.
— Кто тут шумит у дверей нашей таверны?!
Появилась женщина, одетая как хозяйка. У неё были винно-красные волосы, узкие глаза, высокий нос и соблазнительные алые губы — очаровательная и обольстительная. Её фигура была полной и соблазнительной, она покачивалась при ходьбе, приковывая взгляды окружающих клиентов. Только голос у неё был резкий и пронзительный, а глаза всегда сощурены, словно у хитрой лисицы, высматривающей добычу.
Увидев мужчину, распластавшегося на земле, она на миг изумилась. Затем перевела взгляд на двух «гостей» — одного высокого, другого низкого — и обиженно произнесла:
— Хмф! Вы двое без причины избили нашего человека. Не объяснитесь — не ждите, что уйдёте отсюда просто так!
Аэдрик сжал губы. Он не верил, что Бильбо спровоцировал конфликт. Однако он не собирался тратить слова на споры. Происшествие случилось у входа — она наверняка знала, что произошло, но вела себя так, будто это они затеяли драку. Тогда и обсуждать нечего. Учитывая нравы Средиземья, общественные порядки и её алчный взгляд, это было в порядке вещей. Доводы были совершенно бесполезны. Более того, высокие задирают низких — какие тут могут быть объяснения!
Аэдрик махнул левой рукой, подавая Бильбо знак отступить, а правой слегка обнажил клинок.
Дзынь! Митрелет на полфута вышел из ножен, сверкнув на солнце так ярко, что чуть не ослепил.
Он крепко стоял на ногах, каждый мускул напрягся. Мгновенная готовность к бою. Эта поза была красноречивее всяких слов.
Хозяйка почувствовала, как на неё надвигается непреодолимое давление, словно приливная волна, а она — всего лишь одинокая, беззащитная лодка. У неё перехватило дыхание, сердце сжалось, и она невольно отступила на шаг. Затем, оглядевшись, она обнаружила, что её люди делают то же самое.
— Это… — Хозяйка была женщиной бывалой. Сглотнув, она подавила готовые сорваться с языка слова «взять их» и, мгновенно расплывшись в улыбке, поправилась: — Но с другой стороны, «Золотой Пшеничный Сноп» — заведение коммерческое, с какой стати нам беспокоить клиентов?
— Хозяйка, они ещё не клиенты! — выкрикнул из-за спины какой-то смутьян.
— Закрой рот! Скоро будут! — рявкнула на него хозяйка, а затем повернулась к ним с заискивающей улыбкой: — Что бы господам ни потребовалось, мы постараемся удовлетворить.
http://tl.rulate.ru/book/149291/8412949
Сказали спасибо 33 читателя