Готовый перевод Beware Of Chicken / Осторожно, Петух!: Осторожно, Петух!. Часть 42

Юнь Рен дал ему сушёную хурму, и зверь обрадовался ещё больше, тычась мордой в ноги парня.

Как же он отличался от царственного петуха, который кланялся и настаивал на вежливости.

С тропы за ними наблюдала ещё одна свинья. Наверное, Пеппа, если она правильно помнила странные имена, которые давал Цзинь. Самка не подошла, но, казалось, была вполне довольна лаской, которую получал Толстяк.

Наконец, Толстяку надоело их приветствовать, он хрюкнул, развернулся и затрусил по тропе. По расчищенной тропе. Снегоступы им больше не требовались — похоже, здесь потрудились и лопата, и свинье рыло.

— Почему ты не сказал нам, что поросёнок брата Цзиня так вымахал? — прорычал Го Рен на брата.

— Потому что так было смешнее, — весело ответил Юнь Рен и, насвистывая, зашагал вперёд.

Мэйлин и Го Рен переглянулись. И кивнули.

Нога Мэйлин врезалась Юнь Рену под колено, а Го Рен обеими руками толкнул его в плечи.

Юнь Рен полетел головой вперёд в сугроб.

Минуту спустя он догнал их, хмуро вытряхивая снег из-за шиворота.

По расчищенной тропе, ведомые вепрем Цзиня, они двигались на удивление быстро. Самка куда-то исчезла, вероятно, ускакала вперёд.

Прибыли они ближе к полудню и снова остановились перед оградой.

У таблички «Берегись Петуха» появился сосед — резной листок.

Го Рен прищурился, а затем пожал плечами.

— Кленовый лист какой-то? Больно уж он колючий, таких я раньше не видел.

Мэйлин мгновение изучала его, прежде чем узнала очертания.

— У нас в северном лесу растут клёны с такими листьями. Кажется, их называют Гигантскими Киноварными Клёнами. По крайней мере, отец так говорил, — сказала она и тоже пожала плечами.

Юнь Рен снова самодовольно ухмыльнулся.

— Брат Цзинь назвал его Сахарным клёном.

— Что? Сахарным клёном? — Го Рен заметно оживился. — Он как сахарный тростник? Его надо срубить и выжать?

Они подошли к ограде, на которой сидел петух.

Путники поклонились ему, и он поклонился в ответ. На этот раз он не стал преграждать им путь на холм, оставшись на заборе. На этот раз от него пахло как-то… странно, немного едко, с лёгким ароматом целебных трав.

— Не знаю, я не спрашивал, как это работает. Узнал только название. Кажется, он что-то говорил о… Какого чёрта?

Юнь Рен замер, взобравшись на вершину холма. Го Рен расхохотался. Мэйлин приложила ладонь к лицу.

Перед ними, на соседнем холме, возвышалось исполинское сооружение из снега, выше Императорского дворца в Зелёном Холме. Выше любого здания в городе, что доводилось видеть Мэйлин. Оно имело грубо вылепленную человеческую фигуру. Глаза и пуговицы были из золы и сажи, руки — из целых древесных веток, а связка морковок образовывала поистине великолепный острый нос. Рядом даже строилась какая-то странная шляпа. Высокая, цилиндрическая, с широкими полями, сделанная из сухой травы.

На голове этого чудища, уперев руки в бока и скалясь, как безумец, стоял Цзинь. На нём была ярко-красная шапка и комковатые варежки.

— УЗРИТЕ! — прогремел он, и его голос разнёсся над всей фермой. — ГЕНЕРАЛА, ПОВЕЛЕВАЮЩЕГО ЗИМОЙ!

Мэйлин была ошарашена. Она вскинула руки в недоумении, пока Юнь Рен рядом с ней уже давился от смеха, а она всё пыталась понять — ну зачем?

Какая же это была глупость. Эта дурацкая улыбка, и вид у него был такой гордый.

В конце концов она сдалась и тоже рассмеялась. Слишком уж это было нелепо.

Снежок шлёпнулся Го Рену в грудь.

— Вы смеете насмехаться над Великим Генералом, Повелевающим Зимой?! — в притворном гневе вскричал Цзинь. Он спрыгнул в сугроб, тут же вскочил на ноги, и следующий снежок угодил Юнь Рену прямо в лицо, заставив того отфыркиваться.

Парни немедленно развязали войну, объединившись против Цзиня.

Она вздохнула. Мальчишки и их игры, никогда не повзрослеют…

Снежок ударил её прямо в лоб.

— Я убью вас, сукины дети!

Мэйлин ринулась в бой.

***

Всё закончилось тем, что они, промокшие до нитки и вымотанные, стояли на пороге дома Цзиня. В холодную погоду это сочетание могло стать смертельным, если бы не его жилище.

И она должна была признать: Юнь Рен не так уж и кривил душой, называя его дворцом. Дом был большой. Определённо больше, чем у её отца, и в нём было целых два этажа.

Внутри царило невероятное тепло: в камине весело потрескивал и пощёлкивал огонь. Не было ни единого сквозняка, и когда дверь закрылась, казалось, словно стихия осталась где-то далеко за порогом.

— Так, давайте согреваться! — скомандовал Цзинь, и они стянули с себя мокрую одежду.

Их укутали в одеяла, согретые у огня. Они прислонились к толстым подушкам, сшитым из мешков из-под риса и набитым кедровым волокном.

В мыслях Мэйлин на месте Юнь Рена и Го Рена вдруг представила двоих детишек. Одного — с зелёными глазами, а второго — с её, фиалковыми. Она тряхнула головой и, покраснев, плотнее закуталась в одеяло.

Цзинь заварил им чаю и налил по миске рыбного супа, который томился над огнём.

Он рухнул на подушку рядом с Мэйлин и зачерпнул полную ложку.

Го Рен с энтузиазмом оглядывался.

— Отличное у тебя место, брат Цзинь! Юнь Рен не преувеличивал, когда назвал его дворцом!

Цзинь покраснел.

— Ну, может, я немного переборщил с размером, но зато теперь могу принимать больше гостей. Брат Юнь Рен, брат Го Рен, вы всегда желанные гости, так что беззастенчиво пользуйтесь моим гостеприимством.

http://tl.rulate.ru/book/148992/8346268