Готовый перевод The Regret of the Nobleman / Раскаяние дворянина: К. Часть 54

Цзинси была близка с императором Цзиннином, поэтому двор без возражений отпустил врачиху.

С тех пор как она прибыла в усадьбу, то начала ежедневно приносить Сун Синъюэ лекарства. Раньше та пила их безропотно — ведь сама мечтала зачать ребёнка. Но теперь один вид снадобий вызывал у неё головную боль.

Едва они вернулись с банкета у семьи Цянь, как кто-то уже принёс очередную порцию лекарства.

Горький запах мгновенно наполнил комнату.

Сун Синъюэ уставилась на чашу, брови её сдвинулись.

Она собиралась вылить снадобье, как только Се Линсюй выйдет.

Но тот, похоже, не собирался уходить. Более того, он взял книгу и устроился в углу, погрузившись в чтение.

Сун Синъюэ, видя, что он остаётся, решила отлучиться под предлогом полива цветов, но он остановил её:

— Пусть служанки сделают это. Иди пей лекарство.

Понимая, что не отвертится, она вернулась к столу, но никак не могла заставить себя поднести чашу к губам.

Внезапно она заговорила:

— Почему только я должна пить лекарства? А ты? Почему все решили, что проблема во мне?

Бесплодие — проблема обоих, почему же винят только её? И почему лишь она должна ежедневно пить эту гадость?

Се Линсюй сидел в резном кресле из красного дерева, длинные ресницы отбрасывали тени на его лицо. Он равнодушно ответил:

— Врачиха не сказала, что я болен.

Сун Синъюэ огрызнулась:

— Конечно, не сказала.

Кто посмеет сказать ему такое? Всю вину за отсутствие детей сваливали на неё.

Она мрачно пробормотала:

— А вдруг проблема в тебе? Тогда я могу пить эти лекарства до смерти, но ребёнка так и не будет. Это несправедливо.

Се Линсюй даже не поднял глаз:

— Хорошо. Раз тебе так неспокойно, что я не пью их, я велю приготовить и для себя. Тогда будет справедливо.

Она не ожидала такой лёгкости согласия. Подозревая обман, но зная, что он не станет лгать в таких вещах, она предупредила:

— Эти лекарства очень горькие...

Скорее даже пригрозила.

— Я не ты.

Он не был похож на неё — не собирался поднимать бунт из-за горького лекарства.

Се Линсюй не придавал значения этому, но вдруг поднял на неё взгляд:

— Раньше ты сама хотела ребёнка. Почему теперь так сопротивляешься?

Разве он не знал, что каждый раз, когда она приставала к нему, то надеялась зачать?

Она действительно хотела ребёнка — его ребёнка. Конечно, он понимал, что не из-за любви к нему, а потому что это укрепило бы её положение в семье Се.

Сун Синъюэ помешивала ложкой тёмное зелье, но так и не сделала глотка. Услышав его слова, она усмехнулась:

— Ты же сам говорил о разводе. Если у нас появится ребёнок, а ты вдруг передумаешь и выгонишь нас — что тогда?

Она замолчала, затем вздохнула:

— Я... Я начала тебя бояться.

Он был непредсказуем, переменчив, и она совершенно не знала, как с ним справляться.

После сегодняшнего она больше не доверяла ему ни на грош.

Он никогда не слушал её, никогда не учитывал её чувств.

Ребёнок? Как она могла решиться на ребёнка от такого человека? Она же не дура.

Бабушка рассказывала, какой здоровой и жизнерадостной была её мать до беременности. Но в смутных воспоминаниях Сун Синъюэ остались лишь её хрупкие руки, оберегающие тяжёлую жизнь.

Если бы мать не родила её и Синьмяо...

Может, её путь был бы не таким тернистым?

Их рождение забрало половину её жизненных сил, а оставшиеся она отдала дочерям, сама же опустошённая, угасла.

И вот, болезнь сразила её, как гора.

Рождение ребёнка — серьёзное испытание для женщины. Как она могла доверить это ему?

Се Линсюй сразу уловил намёк в её словах, понял её страх.

Порой даже ему самому казалось, что с ним что-то не так.

Человеческие эмоции сложны, но мир Се Линсюя был чёрно-белым.

Она сказала, что боится его...

Как же ему вести себя с такой сложной, неоднозначной женщиной?

Последние перемены в поведении Сун Синъюэ вызывали в нём всё больше беспокойства.

Но если задуматься: что, если они действительно разведутся?

Он был уверен, что Сун Синъюэ не уйдёт от него, поэтому позволял себе ранить её словами. Тогда он лишь хотел отомстить за её слова в храме.

Но, оглядываясь назад, он понимал: не готов столкнуться с этим вопросом. Если она согласится на развод, что он будет делать?

Наверное, он просто привык и не хотел перемен.

Пусть всё останется как есть.

Он не хотел другую жену.

Эта мысль никогда не приходила ему в голову.

В конце концов, она от него никуда не денется.

Прошло уже два года — можно и дальше жить как есть.

Он отложил книгу, глядя на Сун Синъюэ:

— Ты пьёшь лекарства, и я буду пить. Когда родится ребёнка, я больше не подниму этот вопрос. Хватит переживать.

Услышав это, Сун Синъюэ надолго замолчала, так и не ответив. Возможно, Се Линсюй тоже ощутил неловкость, потому что встал и вышел, оставив её одну.

Когда он ушёл, Сун Синъюэ поднялась, подошла к окну и вылила лекарство.

Ласковый сегодня — завтра готов растерзать.

Сколько же слов мужчины можно хоть немного принимать всерьёз?

Дни сменяли друг друга.

Сун Синъюэ всё чаще задумывалась о будущем.

Если они разведутся, ей нужно будет куда-то идти, нужен кров. Нельзя же оказаться на улице.

Неужели снова выйти замуж? Перепрыгнуть из одной ямы в другую — это же самоубийство.

Но дом — не та вещь, которую можно просто взять и получить.

Два года она терпела Се Линсюя, два года служила ему — и в итоге осталась с пустыми руками.

Она докатилась до такого состояния, а он всё ещё подозревал её в корысти!

Она до сих пор не понимала — что же она могла от него хотеть?

Чем больше думала, тем сильнее ощущала несправедливость. Се Линсюй был таким мелочным! Он обвинял её в корысти, но разве сам был чист? Она не стремилась ни к его расположению, ни к его богатству, а он вываливал на неё все обвинения.

Раз уж он всё равно так думает, то почему бы не взять с него денег? Иначе она останется и с плохой репутацией, и без гроша.

Она планировала развод, но перед этим нужно было обеспечить себя на будущее...

Она больше не стыдилась таких мыслей. Лучше уж так, чем потом голодать.

Состояние Се Линсюя было огромным. Даже если не считать семейные богатства, его личные сбережения могли бы поразить любого. Сколько именно — Сун Синъюэ даже не пыталась выяснить.

Представитель знатного рода, любимый племянник императора...

Поместья, подарки... Без сомнения, его личные средства были внушительными.

http://tl.rulate.ru/book/148519/8317063