Готовый перевод Records from the Coffin / Записи из гроба: К. Часть 92

Но он явно не занимал достаточно высокого положения, чтобы лично докладывать императору, иначе сегодня не поддался бы на их блеф.

Даже если бы он мог видеть императора… это бы ничего не изменило.

Сейчас император болен.

Очень болен.

Наследный принц управляет страной.

В такое время и при дворе, и за его пределами царит хаос.

Тао Яо закатила глаза.

Дело с денежной матрицей и контрабандой солью Ван Сюаньцин, скорее всего, будет расследовать до конца.

Но к ней это не имеет никакого отношения.

В конце концов, они даже не знают, кто она такая.

Она ещё раз мысленно перебрала все обстоятельства дела, убедившись, что не оставила никаких улик.

— Ты идёшь? — Мин И неожиданно просунула руку под мышку Тао Яо и почти вытащила её из объятий Шэнь Чжо.

— Иду, иду…

Дело закрыто, и Тао Яо (не без помощи Мин И) покинула сад.

— Слушай, тебя вообще ничего не беспокоит?

Мин И долго разглядывала Тао Яо, убеждаясь, что её беспечность — не притворство.

— Меня очень беспокоит!

Тао Яо сделала озабоченное лицо:

— Что же делать, я ведь живу в префектском ямэне!

Мин И едва не закатила глаза.

Вместо серьёзных дел её волнуют какие-то пустяки!

— Ну так я поселюсь с тобой в одной комнате, и дело с концом.

— Но… но…

Тао Яо заерзала, явно что-то скрывая.

— Может, я найму для тебя комнату? Не волнуйся, я заплачу!

Она говорила быстро, виновато опустив глаза.

Мин И сразу поняла её уловку.

Она хитро улыбнулась:

— Тогда мне нужен самый лучший номер!

Пора проучить эту скрягу!

— Договорились!

Тао Яо охотно согласилась, но в голове уже строила планы.

Она тут же побежала догонять Се Линчэня — тот тоже пришёл посмотреть на развязку и ещё не успел уйти далеко.

— Господин Се~ — Тао Яо сладко потянула, широко улыбаясь, и бросилась к нему.

— Говори прямо!

Се Линчэн слегка отстранился.

Она промахнулась.

Но Тао Яо не расстроилась и, как обычно, начал кокетничать:

— Господин Се, у тебя ведь такой большой сад… Не мог бы ты одолжить мне комнату? Моей подруге негде жить!

Се Линчэн помолчал три секунды, взглядом ясно давая понять: «Нет».

Даже если эта девушка и была хороша собой, а он всегда ценил женскую красоту.

Но его сад — не постоялый двор на обочине!

Как можно поселить в частной резиденции начальника префектуры подругу жены судебного медика?

— Я буду жить в саду Цзинъи? Почему?

Догнавшая их Мин И тоже удивилась.

— Ну, в Цинчжоу, кроме резиденции начальника префектуры, больше и нет достойных домов!

Тао Яо говорила так, будто это было само собой разумеющимся.

— Я просто пошутила… Обычного номера в гостинице будет достаточно…

Мин И хотела отказаться, но Тао Яо уже начала обсуждать с Се Линчэнем условия аренды.

— Смотри, я же помогла тебе раскрыть это дело, ещё и разоблачила твоего скрытного управляющего-шпиона!

Тао Яо говорила с пафосом, глаза сияли: «Я — герой».

— Ты…

Се Линчэн уже сталкивался с её настойчивостью.

К тому же, и раньше, и сейчас она действительно помогла раскрыть дело, оказав им большую услугу.

Раз так…

Се Линчэн повернулся и оглядел Мин И с ног до головы.

— Чего уставился?

Мин И почувствовала себя неловко.

Она всегда была вспыльчивой и уже начала разминать запястья.

— Если не отведёшь глаза, под ними появятся синяки!

— Если…

Се Линчэн, будучи знатного происхождения, всё же ценил женскую красоту.

— Ты согласишься быть моделью для моих картин. Тогда я… мог бы рассмотреть твою просьбу.

— Ах ты, бездельник и развратник!

Мин И закатала рукава.

Тао Яо, почуяв неладное, схватила её за рукав.

— Успокойся, Сяо И… — Она погладила рукав, старательно его расправляя. — Не поймите неправильно, я хочу написать несколько портретов красавиц… на продажу, я не такой развратник, как вы подумали.

Се Линчэн помахал веером.

Но его объяснение было пропитано меркантильностью.

— Что?

Тао Яо и Мин И сказали это одновременно.

Он и правда… выглядел жалко из-за нехватки денег.

Но Тао Яо даже почувствовала некую общность.

Эх, она тоже знала, каково это — быть без гроша.

Не можешь купить ни одежды, ни украшений — просто мука!

Она подмигнула Се Линчэну и потянула Мин И за собой.

— Сяо И, послушай меня…

— Что ещё?

Мин И была явно не в восторге.

Но Тао Яо говорила всё горячее:

— Ладно, ладно, я решаю! Ты останешься здесь!

Её собственное лицом продавать нельзя, но Сяо И… почему бы и нет?

Мин И хотела возразить:

— Но…

Но Тао Яо умела убеждать:

— Послушай, так ты сэкономишь на жилье и заодно сможешь следить за тем, что происходит в резиденции начальника префектуры, не связаны ли они с дворцом. В конце концов… здесь уже затесался сяоши!

Неужели?

Чувствовалось, что её вот-вот обманут, а она ещё и деньги считать будет.

Мин И приподняла бровь:

— Но… если мои портреты будут на всех улицах, тебя это не беспокоит?

Её лицо тоже могли узнать.

Тао Яо похлопала Мин И по плечу с важным видом:

— Эх, просто измени внешность, когда будешь ему позировать. Он же не сказал, что нужно твоё настоящее лицо.

Она ловко подметила эту деталь и широко улыбнулась.

Прямо как пирог «Расцвет богатства» в ресторане Дэи Лоу.

Да, этот цветущий десерт, несмотря на некоторые происшествия во время тестирования, в итоге успешно вышел в продажу и стал хитом ресторана.

Некоторые даже специально заказывали его, наслышавшись о деле Фэн Цзиюня.

Хозяин воспользовался моментом и даже выпустил версии с разными начинками.

Самая популярная — с тем самым вкусом «разрывающей кишки травы».

В этот момент на втором этаже ресторана Дэи Лоу.

Шэнь Чжо аккуратно разворачивал пирожное, освобождая его от пергамента.

— Не переживай, меня и так зовут Сяо Тао, так что съесть немного бумаги с персиковым узором — не проблема!

Тао Яо, с набитым ртом, с наслаждением вздохнула:

— Вкусно! Эй… почему ты не ешь? Не волнуйся, на этот раз точно нет яда!

Благодаря тому, что она помогла хозяину оправдаться, ей удалось выбить себе право пользоваться отдельной комнатой на втором этаже (в свободное время).

Шэнь Чжо улыбнулся:

— Я уже пробовал… Кажется, тебе понравится больше.

Не из-за отравления или странных похоронных пирожных, которые она придумала.

Эти десерты были на вес золота, по словам самой Тао Яо — «один пирог — и очередь».

Шэнь Чжо почему-то считал, что выражение её лица, когда она ест, слаще самого пирожного.

— Кхе… попробуй вот это…

http://tl.rulate.ru/book/148514/8317884