Готовый перевод Fake Eunuch: Steal fortune and wreak havoc in the dynasty? Easily! / Фальшивый евнух: украсть удачу и устроить хаос в династии? Запросто!: Глава 105

— Матушка-императрица.

Войдя в кабинет, Мэн Цинвань медленно совершила поклон императрице.

Императрица подняла глаза, посмотрев на неё пронзительным взглядом:

— Ты так поздно пришла ко мне, днём опять навещала ту наложницу Ся?

Мэн Цинвань уклонилась от взгляда:

— Я проходила мимо холодного дворца и решила заглянуть.

— Просто проходила? — Императрица многозначительно улыбнулась.

— Цинвань, —

— Да? —

— Ты уже не так молода, я намерена просить императора о твоём замужестве.

Императрица решила, что больше не может позволять Мэн Цинвань идти по этому пути.

Иначе, её ориентация никогда не изменится.

— Матушка-императрица…

Императрица махнула рукой:

— В этот раз ты не можешь отказаться. Я уже несколько лет оттягивала этот вопрос, но не могу делать это вечно.

Мэн Цинвань стиснула зубы:

— Матушка-императрица, тот, за кого я выйду замуж, должен быть сильнее меня!

Императрица с некоторым недоумением взглянула на Мэн Цинвань:

— Ты уже боец врождённого уровня, кто из молодого поколения может сравниться с тобой?

— Говорят, молодой Будда из храма Тайсюань тоже достиг врождённого уровня, но он монах, и не может жениться.

— Молодой глава секты Юйцин, кажется, тоже достиг порога врождённого уровня, но он не может стать зятем нашей династии Да Цзин.

— Из других гениев боевых искусств твоего поколения, либо они слабее тебя, либо женщины, либо уже женаты и имеют детей. Кого ещё я могу тебе выбрать?

— Разве что если ты согласишься выйти замуж за талантливого юношу из другой династии.

Мэн Цинвань поспешно покачала головой:

— Я хочу остаться в Да Цзин, остаться рядом с матушкой-императрицей!

— Хи-хи, — Императрица холодно фыркнула. — Ты хочешь найти мужчину, который будет сильнее тебя и согласится стать зятем нашей династии Да Цзин. Откуда такая удача? Зачем мужчине с такой силой идти в зятья нашей династии Да Цзин?

Лицо Мэн Цинвань стало печальным:

— Матушка-императрица, я не люблю мужчин, не заставляйте меня.

Императрица покачала головой:

— Женщина всё равно должна выйти замуж. Ты просто ещё не встретила подходящего.

— Тогда, когда я встречу подходящего, я подумаю о замужестве. Я хочу продолжать приносить пользу Да Цзин.

— В нашей династии Да Цзин несметное количество способных чиновников, зачем тебе, простой женщине, посвящать этому всю жизнь? После замужества, обретя заботу мужчины, ты уже не будешь такой сильной.

— Матушка-императрица, кто сказал, что женщины слабее мужчин? В древности была Хуа Мулань…

Они говорили друг с другом, но никто не мог убедить другого.

— Ладно, решено. Через несколько дней я пойду к императору и попрошу разрешения на твой брак, — в итоге окончательное решение приняла императрица.

— Матушка-императрица, дайте мне время, я сама найду.

— проговорила, стиснув зубы, Мэн Цинвань.

По сравнению с браком по распоряжению императора с незнакомцем, лучше было найти кого-то самой.

Императрица приподняла бровь, и на её прекрасном лице появилась улыбка:

— Это опять твой способ оттянуть время, не так ли? Я тебе говорю, если ты не найдёшь подходящего кандидата в течение месяца, я сама тебе его выберу.

Мэн Цинвань облегчённо вздохнула:

— Матушка-императрица, будьте спокойны. Тогда, месяц.

Месяц — этого достаточно, чтобы она нашла подходящего человека.

Она никогда не полюбит мужчину

Но можно найти мужчину, который согласится на фиктивный брак, а после свадьбы каждый будет жить своей жизнью.

— Хорошо, значит, месяц.

Императрица медленно кивнула.

— Приходи, подойди, взгляни на стихи, которые Ху Мэйэр только что представила мне.

Сказав это, императрица протянула Мэн Цинвань альбом.

Мэн Цинвань подошла, взяла его и открыла.

— «Приглашение к вину»?

Едва она собралась продолжить чтение, как внезапно замерла.

— Этот почерк…

— Ну как? — Императрица улыбнулась.

— Каллиграфия уровня мастера! — Мэн Цинвань внимательно всмотрелась, а затем была потрясена.

Как старшая принцесса, она с детства изучала стихи и прозу, а также каллиграфию.

Увидев почерк на альбоме, она, естественно, смогла оценить высочайшее мастерство каллиграфии!

— У этой Ху Мэйэр такой уровень каллиграфии?

Мэн Цинвань была несколько ошеломлена.

Несколько лет назад она уже знала о существовании Ху Мэйэр.

Хотя они не были близки, они несколько раз виделись, и она примерно понимала её характер.

Она действительно была красива, и её чарующая аура очень привлекала мужчин.

Способная соперничать с Наньгун Вань, она, естественно, была не простым человеком.

И последнее время она, кажется, стала ещё красивее и соблазнительнее.

Но это были лишь внешние качества.

Во внутренней сути, Ху Мэйэр не казалась чем-то выдающимся, по крайней мере, не такой глубокой и спокойной, как Ся Цинлань, которая знала только, как бороться за мужчину, и не имела никаких других амбиций.

Но сейчас её стихи и каллиграфия достигали уровня мастера, всё это могло быть передано потомкам!

— Это вряд ли она написала.

Мэн Цинвань прямо заявила.

Императрица улыбнулась:

— Я того же мнения.

— О? Матушка-императрица, кто же тогда написал это за неё? — нахмурилась Мэн Цинвань.

Если не считать стихи.

Эту каллиграфию мог написать только мастер, посвятивший каллиграфии десятки лет.

— Неизвестно.

— Императрица достала из резного красного шкафа несколько комплектов рисовой бумаги.

— Я сравнивала с работами других современных мастеров каллиграфии, но так и не смогла найти совпадений.

Императрица протянула Мэн Цинвань образцы каллиграфии известных мастеров:

— Каллиграфия этого человека имеет свою собственную систему, он нашёл свой путь, его мастерство очень глубоко, и в Поднебесной таких людей мало.

— Даже если бы сам Святой Каллиграфии вернулся, он, вероятно, не осмелился бы сказать, что превзошёл этого человека в каллиграфии.

Императрица вздохнула, и в её голосе слышалось неспокойствие.

— Ваше величество так высоко оцениваете его? — с удивлением спросила Мэн Цинвань.

Хотя Мэн Цинвань тоже разбиралась в каллиграфии, она не была глубоким знатоком, просто знала, что писал он очень хорошо.

Она знала, что императрица была в каллиграфии мастером, можно сказать, известным каллиграфом современности.

Она слишком долго находилась в глубине дворца, обычно проводила время за практикой каллиграфии, достигнув глубокого уровня, и могла обсуждать каллиграфию с современными мастерами.

Раз императрица так высоко оценила его, значит, его мастерство каллиграфии, должно быть, чрезвычайно глубоко.

— Это ещё очень скромная оценка, — тихо сказала императрица.

Мэн Цинвань была настолько поражена, что не могла говорить.

— Внимательно посмотри на этот стих «Приглашение к вину».

Мэн Цинвань кивнула и продолжила читать.

Внезапно её зрачки расширились!

— Ну как? — Императрица снова улыбнулась.

Мэн Цинвань глубоко вздохнула:

— Если эти стихи и каллиграфия принадлежат одному человеку, то он поистине уникальный гений в этом мире!

Императрица подняла голову, глядя на ночное небо за окном, с тоской на лице:

— Действительно, талант этого человека поистине непостижим. Так хочется встретиться с ним.

– Матушка, почему бы не пригласить этого человека во дворец к нам? – недоуменно спросила Мэн Цинвань.

Её мать больше всего на свете любила стихи, песни и каллиграфию, все эти изящные искусства.

Так появился такой редкий талант, и почему бы не пригласить его во дворец?

Императрица-мать махнула рукой:

– Нельзя. Этот человек обладает таким талантом, но не выставляет его напоказ, живёт в безвестности, охотно пишет для Ху Мэйэр. Боюсь, характер у него весьма причудливый, и он не желает иметь дел с двором, не говоря уже о королевской семье.

– Поэтому, пока мы не выяснили его нрав, лучше не беспокоить его. Сначала свяжемся с Ху Мэйэр, будем действовать постепенно.

Мэн Цинвань посчитала это слишком хлопотным. Если бы это зависело от нее, она бы просто через Ху Мэйэр пригласила этого человека.

Не захочет – так силой приведём!

Однако, раз уж императрица-мать думала иначе и решила отнестись к нему с уважением, она не стала настаивать.

Императрица-мать откинулась на спинку кресла, демонстрируя свои великолепные изгибы фигуры, и мягко проговорила:

– Завтра я снова приглашу Ху Мэйэр во дворец, чтобы разведать обстановку.

На лице императрицы-матери заиграла нотка ожидания.

Столько лет она наконец-то нашла что-то, что могло взволновать её сердце и вызвать интерес.

Она действительно с нетерпением ждала этого.

http://tl.rulate.ru/book/147695/8190844