Готовый перевод Forewarned is Forearmed / Предупреждён — Значит Вооружён (Персона): Глава 3. Апрель 2011. Часть 1 (3)

Он прошёл в дом вслед за Додзимой, на этот раз таща чемодан самостоятельно (тот был не такой уж и тяжёлый, как-то же он приехал с ним, так что поднатужится и ещё чуть-чуть), и затем они поднялись по короткой лестнице на второй этаж — небольшая площадка, где Акира увидел три двери.

— Вот тут комната Нанако, — сообщил Додзима, постучав костяшкой пальца по двери с левой стороны. — Ванная прямо по курсу, а твоя комната — справа.

Он протиснулся мимо Акиры, чтобы открыть правую дверь, и мальчик успел мельком обозреть небольшую комнатушку с футоном, диваном, низким столиком и маленьким телевизором. — А моя комната на первом этаже, так что если ты устроишь тут шум, я всё услышу.

— Я не собираюсь создавать проблемы, — поспешно заверил его Акира. При этом он постарался не выглядеть виноватым, потому что, если честно, он действительно не виноват. Пока что он не совершил ничего предосудительного, ну или, по крайней мере... Не сделал ничего, что хуже лжи.

Додзима, похоже, не заметил ничего, о чём тревожился Акира, так что, видимо, он неплохо справлялся с тем, чтобы скрывать свои мысли за маской. Мужчина кивнул, сказав. — Если так, то этот год пройдёт для нас довольно гладко. — Он отступил в сторону и жестом пригласил Акиру войти в комнату. — Теперь можешь отдохнуть, распаковать багаж или заняться чем-нибудь ещё. Я на какое-то время отлучусь, мне нужно вернуться на работу...

— Папа! — хныкнула Нанако. — Тебе правда обязательно?

— Ненадолго, — утешил он, и по тому, как он избегал встречаться с ней взглядом, мальчик понял, что они уже не раз спорили на эту тему. — Я вернусь до ужина, и с тобой будет Акира.

— Но...

— Всего на несколько часов, — снова сказал Додзима, уже спускаясь по лестнице.

Акира вспомнил, о чём ему сказала Нанако в машине, и чуть приоткрыл рот, раздумывая, стоит ли что-то говорить. И тут же захлопнул его — он здесь всего пять минут, и никакие утешения от незнакомца не помогут.

— Папа! — протестующе крикнула Нанако.

— Я вернусь к ужину, Нанако! — повторил он, наполовину выкрикивая эти слова через плечо.

Расстроенная девочка ещё пару мгновений глядела ему вслед, а затем, скользнув взглядом по Акире, убежала в свою комнату, хлопнув дверью.

Оставшись в одиночестве на лестничном пролёте с чемоданом, мальчик старался не прислушиваться к тихим всхлипам, доносящимся через тонкую стену из комнаты Нанако. Он подумывал о том, чтобы постучаться к ней и попытаться как-то утешить, но решил этого не делать. Он её совсем не знает и не имеет понятия, что бы она хотела услышать. Вместо этого он прошёл в комнату, которая станет его домом на ближайший год, и взялся распаковывать чемодан.

Поначалу он напряжённо прислушивался к любым звукам движения за дверью, ожидая, что Нанако выйдет или что Додзима вдруг вернётся. Ни того, ни другого не произошло и вскоре Акира полностью отвлёкся на содержимое чемодана, забыв продолжать прислушиваться. Каждый предмет, что он доставал, — это воспоминание, требующее его внимания, и у него осталось не так много таких, к которым не было бы больно возвращаться. Они впивались в него, причиняя боль, и в итоге он совсем забыл о Нанако, погрузившись в память о том отрезке его жизни, когда всё пошло наперекосяк.

Всё началось полгода назад, когда погибли его родители.

В связи с работой они частенько путешествовали, и Акира всегда был с ними. Они переезжали — иногда раз в несколько месяцев, иногда раз в год, — и он к этому привык. Он так часто менял школы, что иногда не успевал запомнить имена всех одноклассников, как требовался следующий переезд, что не давало ему познакомиться со всеми или завести настоящих друзей. Однако у него были родители, и они любили его, так что он не считал, что ему нужен кто-то ещё.

Но затем, в прошлом году, когда работа увела их куда-то на север, они на год отправили его в школу-интернат. Акира ненавидел это, звонил им каждый вечер, считал дни до конца семестра, ожидая, когда они приедут его навестить. И он всё ещё был в этой школе, когда они погибли.

Он узнал об этом, когда увидел в новостях — всего лишь краткий репортаж об автомобильной аварии, в результате которой несколько человек оказались в больнице. Потом он поискал информацию в интернете и увидел имена своих родителей в списке погибших.

Он всё ждал, что кто-нибудь ему что-то скажет. Ждал, что кто-нибудь объяснит, что теперь делать и что с ним будет дальше, но никто так и не появился. Вспоминая об этих днях, Акира задавался вопросом, был ли вообще кто-то, кто мог бы сообщить полиции о его существовании? У него нет других родственников, и они так часто переезжали, что у их семьи не было ни близких друзей, ни соседей, которые могли бы упомянуть об этом. Он учится в школе-интернате, за его обучение оплачено на год вперёд, и, насколько он понял, его учителя и надзирательницы из общежития даже не заметили, что его родители перестали звонить каждый вечер.

Никто так и не пришёл к нему с инструкциями, и у Акиры оставалось два варианта: пойти к взрослым и всё рассказать или попытаться найти способ продолжать жить самостоятельно. Акира и сам не до конца уверен в том, почему выбрал второй вариант, это трудно объяснить. Но он его выбрал, и именно поэтому он оказался здесь, в Инабе.

Ему не особенно интересно узнавать о жизни в маленьком городке, но это целый год, когда его школьные расходы покрываются за счёт программы обмена, ему предоставляется жильё с пропитанием, и всё, что ему нужно было сделать, — это подать заявление и пару раз подделать подписи родителей.

...на самом деле он не ожидал, что это сработает.

http://tl.rulate.ru/book/147598/8138751