Готовый перевод Eat My Family: The Little Fisher Girl Is Poor and Fierce / Рестарт: режим «Вдова-берсерк»: Глава 41. Ян Цуйхуа приходит посеять раздор, а тетушка Чжоу закрывает ворота и бьет собаку.

Линь Чанъэр была человеком целеустремленным: если только не случалось чего-то из ряда вон выходящего, все дела на текущий день должны быть выполнены сегодня же.

Внезапный приход Сюй Гуньэра на время нарушил её планы обучения для семьи Гу, но как только он привел себя в порядок, занятия тут же возобновились.

Чжоу Ли и Сюй Гуньэр также сидели на песке, а Линь Чанъэр вкратце объяснила Чжоу Ли, кто такой Сюй Гуньэр.

Чтобы они быстрее разрешили недоразумение, Линь Чанъэр даже специально усадила их рядом.

Чжоу Ли считал, что Сюй Гуньэр опозорил его перед малышами, и поэтому Сюй Гуньэр совершенно не нравился ему.

Он совсем не хотел сидеть рядом с ним.

Но раз уж третья невестка велела ему учиться, а этот Сюй Гуньэр был племянником госпожи Гу, он с трудом согласился, но другом он его не считал.

Однако что не так с этим простофилей?

Он постоянно глупо улыбался ему. Раньше он подслушивал снаружи, слышал звуки, но не видел букв, поэтому немного отстал.

А этот парнишка на удивление резво помогал ему сопоставлять слова и исправлять ошибки, хотя он даже не слушал, как третья невестка учила!

Неужели, он уже раньше учился?

В сердце Чжоу Ли без причины возникла зависть, и он подумал: «Ну ладно, раз он такой сговорчивый, поживем пока в мире».

Сюй Гуньэр действительно ходил в родовую школу, но больше увлекался боевыми искусствами. Тогда он был молод, и та женщина в его семье слишком его баловала, поэтому он проходил обучение всего несколько дней.

Но «Троесловие» он знал немного. Неизвестно, из-за изменившихся обстоятельств или чего-то ещё, но сейчас, сидя на песке, он вдруг почувствовал жажду знаний.

На самом деле, когда он пришел в семью Гу, он просто подумал, что сестра Чанъэр добрая, и к Золотой Рыбке он тоже почувствовал необъяснимую привязанность, поэтому так опрометчиво пришел искать убежище. Но он и не думал, что…

Поэтому он должен был ещё лучше воспользоваться возможностью, прилежно учиться, усердно работать и хорошо отблагодарить сестру Чанъэр и остальных…

Пока Чжоу Ли в семье Гу пил сладкую воду, ел пирожные и учился читать, наслаждаясь жизнью, он не знал, что в его собственном доме царил переполох.

Ян Цуйхуа по поручению Линь Хоудэ после обеда пришла к тетушке Чжоу под предлогом взять выкройку обуви, чтобы поболтать с ней.

Несколько дней назад история о том, как Линь Хоудэ и его жена пришли устраивать дебош в дом Гу, уже разнеслась по деревне Линьшуй.

Тетушка Чжоу, конечно, знала об этом. Теперь, когда она хорошо общалась с семьей Гу, ей было противно, что та пришла к ней.

Но муж её был старостой, и она не могла так явно проявлять неприязнь и выгонять человека.

Поэтому она впустила её, нашла нужную выкройку и хотела отделаться от неё.

Но Ян Цуйхуа, видимо, совершенно не понимала намеков и принялась жаловаться ей.

— В эти дни по деревне ходит много слухов о нас, сестрица Чжоу, вы ведь тоже слышали?

Вы человек проницательный, много повидавший, не должны же вы поддаваться этим слухам?

Затем она вздохнула и сказала:

— Все говорят, что мы бессовестные, что хотим пресечь род, но наш Дашань ведь позаботился о своем дяде до самой его смерти?

И дети, которых он родит, будут носить фамилию Линь, продолжая род Линь.

А та девчонка Чанъэр, дети, которых она родит, будут принадлежать другой семье. Неужели она должна брать наследство своего старшего брата, чтобы растить чужих детей?

Сказав это, она бесстыдно посмотрела на тетушку Чжоу:

— Вы согласны, сестрица?

Лицо тетушки Чжоу было сложным. «Это просто верх бесстыдства, — подумала она. — Присвоить имущество бездетной вдовы, да ещё говорить об этом так благородно, словно отец Чанъэр получил огромную выгоду.

Эта бесчестная хабалка!»

У тетушки Чжоу поднялась желчь, и злость ударила в голову, но, судя по её словам, та только начала, и, несомненно, дальше последует ещё что-то.

Тетушка Чжоу подавила гнев, но сохранила решительный вид. Она не могла быть с ней приветливой:

— О? Дашань позаботился об отце Чанъэр до самой смерти?

А я помню, что отцу Чанъэр всего тридцать шесть, и когда он в начале года вернулся в деревню, выглядел вполне здоровым?

Была какая-то скрытая болезнь? Когда это Дашань ухаживал за ним? Почему никто не говорил? Похороны были пышными?

Кому не известно, что Линь Сюцай и его жена погибли, когда их корабль, плывший на север, столкнулся с морскими разбойниками. «К черту её заботу о покойных, — подумала тетушка Чжоу. — Эти бесчестные Лини сожрали чужое имущество, даже символическую могилу не поставили, а ещё смеют говорить об уходе до самой смерти. Не боятся ли они, что небеса покарают их молнией?»

Ян Цуйхуа подавилась, но поправилась:

— Но то, что дети нашего Дашаня будут носить фамилию Линь, ведь верно!

Тетушка Чжоу ещё больше потеряла дар речи:

— В мире много людей по фамилии Линь. Если следовать вашей логике, каждый, кто носит фамилию Линь, может получить долю наследства отца Чанъэр?

Ян Цуйхуа возразила:

— Это же не одно и то же, мой муж – его родной младший брат.

Сказав это, она притворно вытерла уголки глаз:

— Знаю, сестрица Чжоу, вы, должно быть, поддались внешним слухам и неправильно меня поняли.

Не буду ходить вокруг да около, сегодня я пришла не только за выкройкой, но и с очень важным предупреждением для вас.

«Вот, вот оно! — Тетушка Чжоу втайне усмехнулась. — Что за дело?»

Ян Цуйхуа оглядела двор и тихо сказала:

— Сестрица Чжоу, вы, наверное, слышали, мой покойный старший деверь, у Чанъэр была единственная дочь, которую он баловал до безумия.

Характер Чанъэр тоже был очень избалованным, она не терпела ни критики, ни грубых слов.

Но с тех пор, как она поранила голову и её привезли обратно в семью Гу, а потом она очнулась, она превратилась в настоящую гарпию, набрасывающуюся на всех. Разве это не странно?

Тетушка Чжоу нахмурилась:

— Что вы хотите сказать?

Ян Цуйхуа, видя, что, похоже, она зацепила её, продолжила:

— Тогда доктор, которого пригласили в семью Гу, сказал, что она безнадежна и велел готовиться к похоронам, но она вдруг очнулась.

Как вы думаете, может ли быть так, что в неё вселилась какая-то сущность, из-за чего её характер так изменился?

Она сглотнула и добавила:

— Мой муж раньше слышал в чайной от одного проницательного господина, что такие существа могут влиять на разум человека.

У нашего Хая раньше ведь не было особых связей с семьей Гу?

Но с тех пор он… Эй, сестрица Чжоу, что вы делаете, а… сестрица Чжоу, давайте поговорим по-хорошему…

Тетушка Чжоу, размахивая метлой:

— Я говорила тебе, что ты, хабалка, если не приходишь, так только ради того, чтобы напакостить.

Сожрала всё имущество семьи Чанъэр, а теперь ещё смеешь клеветать на неё. Что, она должна была всю жизнь быть нежной и мягкой, чтобы вы могли её до конца использовать, и только тогда она считалась бы человеком?

Бесчестная тварь, не беги, сегодня я покажу тебе, что даже если небеса слепы, в этом мире ещё есть здравомыслящие люди…

В один миг во дворе семьи Чжоу начался суматоха.

Когда Линь Чанъэр и Чжоу Ли прибыли к дому Чжоу, узнав новости, ворота дома Чжоу были плотно закрыты.

На стене, окружающей двор, столпились зеваки, но Линь Чанъэр не могла видеть, что происходит внутри. Она лишь слышала из-за ворот громкий голос тетушки Чжоу:

— Кто хочет посмотреть, пусть смотрит, но если кто-то сегодня посмеет уговорить меня открыть дверь и выпустить её, я побью и его заодно!

Линь Чанъэр замерла, втайне восхищаясь: «Тетушка Чжоу, какая же вы могучая! Закрыть ворота и бить собаку – просто блестяще!»

Затем она снова услышала, как тетушка Чжоу ругалась:

— Твоя мать дала тебе рот не для того, чтобы ты клеветала на людей и очерняла их.

Характер Чанъэр изменился слишком поздно, если бы она стала такой раньше, разве вы посмели бы посягнуть на имущество Линь Сюцая?

А теперь ты ещё смеешь говорить, что нашего мужа околдовало какое-то чудовище? Если ты, чертовка, сама подставляешь своё лицо, то я сегодня же не отобью тебе его до синяков, то буду чувствовать себя виноватой…

http://tl.rulate.ru/book/147404/8138631