Готовый перевод ГГФ / Гениальный мастер Фэн-шуй: Глава 81. Утренняя зарядка

В Пекине сентябрь — это пора золотой осени, становится прохладнее, особенно по утрам и вечерам. Иногда разница температуры в дневные и утренние часы доходит до восьми градусов. Те, кто выходит на зарядку и утренние тренировки, обычно надевают рубашки с длинными рукавами.

"Листочек, почему ты опять так рано встал? Меня это просто убивает! Но раз встал, принесешь нам потом завтрак..." (прим. Листочек, 叶子, Е цзы — прозвище Е Тяня, имя которого, 叶天, означает "небесный листок", причем, иероглиф 天, "небесный" по совему значению больше тяготеет к "божественности" а не к буквальному значению "небо". Добавляя к фамилии Е Тяня иероглиф 子, его однокурсники создают прозвище "Листочек", имеющее не просто ласкательное, но и уважительное значение, так как в качестве частицы иероглиф 子 используется при обращении к старшим, уважаемым людям.)

Е Тянь проснулся в пять утра. Хотя он старался двигаться тихо, но все равно разбудил Ао Хаймина, сон которого был слишком чутким.

"Конечно. Поспи еще немножко..." Е Тянь смущенно улыбнулся, надел обувь и вышел.

Всю прошлую неделю Сюй Чжэньнань и его отец угощали всех, остальные однокурсники тоже, и Е Тянь, не желая оставаться в стороне, потратил больше ста юаней, чтобы покормить их в ответ в том ресторане, где обедал в прошлый раз.

Правду говорят, что выпивка за обеденным столом укрепляет отношения. После нескольких взаимных приглашений Е Тянь и его соседи по комнате подружились, словно давно знали друг друга.

Военная подготовка первокурсников во втором районе Цинхуа начинается только после окончания первого учебного года. Как только родители, проживающие в гостевом доме университета, уезжают, официально начинается самостоятельная студенческая жизнь. (прим. Я перевела оригинал точно, но меня смущает тот факт, что начальная военная подготовка конкретно в Цинхуа проводится в первые две недели после зачисления перед первым семестром и никогда в конце учебного года. Возможно, авторская ошибка или намеренное искажение реальности, но я оставляю как есть.)

Однако, у Е Тяня сразу же возникли некоторые сложности. Во-первых, проблема с питанием.

Ему не нужно было каждый раз есть очень много, но, если заниматься физически утром и вечером, восполнять ци необходимо постоянно.

Чтобы не пугать окружающих, Е Тянь всю неделю мало тренировался, выходя лишь на пробежку по утрам. Для человека, практикующего совершенствование ци более десяти лет, это было очень тяжело.

Во-вторых, его режим сна отличался от остальных. Он привык ложиться в десять вечера, но его соседи по комнате частенько засиживались допоздна, болтая, играя в карты. Е Тянь даже подумывал съехать их общежития.

Он порасспрашивал местных и узнал, что между западными воротами кампуса Цинхуа и южными воротами парка Юаньминъюань сдается в аренду много одноэтажных домов.

Но, осмотрев их, Е Тянь выяснил, что почти все они уже заняты парами старшекурсников. Да и условия там оставляют желать лучшего. Пришлось отказаться от этой идеи.

Наскоро умывшись, Е Тянь покинул общежитие, размялся и попытался выполнить несколько упражнений.

В то время жилые комплексы университета Цинхуа только строились, и студенты занимали старые общежития, расположенные рядом с домами для преподавателей и сотрудников университета. Несмотря на старую архитектуру, инфраструктура этого района кампуса была хорошей, территория утопала в зелени, дававшей хорошую тень в солнечные дни, ландшафт представлял собой прекрасный пейзаж в стиле озер и гор, правда, вместо настоящих гор здесь были рукотворные холмы.

Е Тянь покинул общежитие в начале шестого, но на территории кампуса уже было довольно многолюдно: обитатели университета вышли на зарядку, утренние тренировки или просто прогуливались.

Пожилые преподаватели, одетые в белую спортивную одежду, отточенными движениями выполняли упражнения тайцзицюань, некоторые даже практиковали тайцзи с мечом. Неподалеку студенты художественного факультета устроили утреннюю распевку. Все выглядели расслабленными и довольными жизнью.

Несмотря на большое количество любителей утренних прогулок и тренировок, сад Цинхуа был большим, и найти укромное место не составляло труда. Е Тянь пробежал через небольшую рощу и остановился в ее конце, на берегу озера.

Это место он присмотрел несколько дней назад. Небольшой пляж не привлекал тех, кто практиковал групповые тренировки с мечами или боевые искусства, зато идеально подходил для медитации в одиночестве, которой занимался Е Тянь.

Тенистый лес, свежий озерный воздух помогали забыть о городе, который окружал кампус. Для Е Тяня это оказалось настоящим сокровищем. В этом месте его никто не потревожит, а воздух и близость воды помогут освежить ум и восстановить ци.

Выбрав место поудобнее, он принял позу стояния столбом и, устремив взгляд на водную гладь озера, слегка приоткрыв губы, сделал глубокий вдох через рот, выдох через нос. Через несколько вдохов его тело полностью расслабилось. (прим. Стояние столбом — одно из упражнений в цигун и ушу, которое часто используется для медитации и дыхательных упражнений.)

Минут через двадцать дыхание Е Тяня стало медленным и очень глубоким.

Каждый его вдох был подобен киту, заглатывающему целое море, а выдох — шелкопряду, плетущему шелковую нить. При вдохе было видно, как воздух плавно перемещается от кадыка к нижней части живота, а выдох был легкий, едва заметный, но непрерывный, выталкивающий застоявшийся за ночь воздух из легких.

Это были даосские "Шесть методов дыхания", которые Е Тянь практиковал более десяти лет; по словам старого даоса, путь к долголетию лежит именно через дыхательные практики.

Примерно час он провел в полном покое, когда из-за деревьев на берегу озера показался первый луч солнца.

Е Тянь только что полностью выдохнул, но, стоило появиться яркому солнечному свету, он внезапно сделал резкий шипящий вдох, словно был драконом, втягивающим воздух гор, и почувствовал, как его тело наполнилось чистой первозданной ци.

Буддизм предписывает созидание самого себя, приписывая просветление, достижения и успехи только собственным усилиям, совершенствованию тела и разума. На протяжении всей истории человечества просветленные монахи отличались великой настойчивостью и непревзойденной мудростью.

Даосизм породил множество талантливых мастеров, совершенствующих ци, стремящихся к бессмертию и божественности посредством алхимических и практических техник.

Первый луч утреннего солнца, который только что вдохнул Е Тянь вместе с воздухом, в даосских практиках называется Восточной Пурпурной Ци или Солнечной Сущностью, чрезвычайно полезной для совершенствования ци.

Он сделал глубокий вдох, прикрыл глаза и, задержав дыхание, 72 раза выполнил постукивание зубами друг о друга, затем тремя медленными глотками проглотил выделившуюся слюну и, наконец, открыл глаза.

Чувствуя, как обильный поток жизненной ци проходит через все его тело, Е Тянь невольно вспомнил свое первое впитывание Солнечной Сущности три года назад. Именно в этот момент черепаховый панцирь, захвативший его сознание, исчез без следа, но все знания, хранившиеся в нем, остались в памяти.

Теперь Е Тянь редко сталкивается с негативными последствиями сяншу и предсказаний будущего. Однако, по сей день он не может ясно видеть свое будущее и своих близких.

"Хорошо..."

Он потянулся, хрустнув суставами, и начал боевую тренировку. Его движения напоминали "Пять звериных забав": медленные и плавные, совершенно не похожие на внешние боевые искусства. (прим. 五禽戏, У Цинь Си, Пять звериных забав — на самом деле тоже вид боевого у-шу, но чаще его практикуют в оздоровительных целях, поэтому техника не требует много физической силы и выносливости, однако, для ее практики необходимо умение медитации.)

Час на медитацию, еще час на тренировку. Е Тянь закончил свою утреннюю зарядку только к семи часам утра.

"Снова есть хочу..."

В животе заурчало, и Е Тянь криво усмехнулся.

С тех пор как в пятнадцать лет он успешно научился управлять своей ци, после каждой медитации в позе стояния столбом пробуждался зверский аппетит. Если бы дела у Е Дунпина не шли в гору, вряд ли он смог бы содержать своего вечно голодного сына.

Е Тянь побежал в столовую, где на свою карточку для питания купил шестьдесят мясных паровых пирожков. Он объяснил повару, что это не для него одного, а для всех его соседей по комнате, но тот все равно был в шоке, как и остальные сотрудники.

К тому времени, как он вернулся в общежитие, Е тянь успел схомячить пятьдесят пирожков из шестидесяти, оставив десять штук для дрыхнувших лентяев.

"Е Тянь, сегодня воскресенье. Давай попозже съездим в город. Мы приехали неделю назад, но еще ни разу не покидали кампус..."

Сюй Чжэньнань и остальные уже встали. Все-таки они еще были первокурсниками, и их способность валяться в кровати подольше намного уступала опытным лентяям со старших курсов.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://tl.rulate.ru/book/14729/16659721