Готовый перевод Warhammer But no one knows loyalty better than me / WH40K: Система Призыва Героев (Или демонов...): Главы 1-2

Глава 1: Тьма перед глазами

***

Сектор Гиральдо, планета Иоахим, Город Вечного Мира.

Который прежде называли Новым Чанъанем.

С тех пор как с небес сошли флотилии звёздных кораблей, принеся этой давно затерянной колонии новых правителей и покровительство, многое изменилось. Подобно аристократам, которые вдобавок к фамильным именам получили новые — странные и труднопроизносимые, как у самих завоевателей, — этот город, некогда бывший символом высшей власти, смиренно сложил с себя имперский титул. Он присягнул на верность легендарному Императору и был переименован в провинцию губернатора Пильгит.

В самом сердце Пильгита, рядом с губернаторским дворцом, раскинулось изящное и роскошное поместье.

Две обнажённые красавицы, ощутив, что лежащий меж ними юноша вот-вот проснётся, плавно поднялись с ложа. Тончайший газ их одеяний, подобный крыльям цикады, почти не скрывал ни весеннего света, скользившего по коже, ни волнующихся изгибов их тел.

Но не успели они взять расшитые жемчугом и драгоценными камнями наряды, как с ложа из золотого нанму донёсся холодноватый голос:

— Можете идти.

Листер Аврелиан, прижимая руку ко лбу, махнул им в сторону двери.

Девушки бесшумно выскользнули из комнаты, осторожно прикрыв за собой створки.

Листер — а вернее, тот, кто им стал, — потёр виски, пытаясь унять гулкую усталость, что после ночного безумия въелась, казалось, в самые кости. Он лихорадочно просматривал обрывки информации, внезапно нахлынувшие на него. Тупая боль в голове и череда чужих воспоминаний заставили его трижды горько усмехнуться.

«Без памяти о прошлой жизни я и впрямь был эталоном аристократического отпрыска, избалованного и развращённого богатством и властью семьи. Надменный, алчный, похотливый, но при этом до дрожи в коленях преклоняющийся перед грубой силой и панически боящийся её».

Из-за происхождения матери семья Ли — или, как они стали именоваться после присяги Империуму, Аврелианы — фактически отреклась от него.

Воспоминания становились всё ярче. Перед его мысленным взором проносились образы ужасающих стальных гигантов, кораблей размером с горы, что дрейфовали на орбите подобно железным лесам; трёхметровых воинов в тяжёлой броне; техножрецов, чьи тела на восемьдесят процентов состояли из механизмов...

«Вархаммер...»

Осознав, в какой мир его занесло, Листер почувствовал, как перед глазами темнеет.

«Ох, чёрт. Это конец».

Но раз уж он здесь, остаётся лишь принять свою участь. Листеру ничего не оставалось, кроме как стиснуть зубы и двигаться дальше. Мысль о том, чтобы просто свести счёты с жизнью и попытать счастья в другой реальности, не вызывала ничего, кроме ужаса.

«Шутка ли, кто знает, не попадёт ли моя душа после смерти в лапы к неописуемым сущностям? А учитывая мою природу попаданца, меня там вывернут наизнанку, заставив корчиться в невообразимых муках... Нет уж, спасибо».

«Впрочем, есть и хорошие новости. Я не какой-нибудь оборванец из подулья, а второй сын в знатной семье. Когда достигну совершеннолетия, получу собственное феодальное владение. Основной задачей будет... кхм... оплодотворять различные гуманоидные формы жизни, приумножая род...»

«Судя по воспоминаниям, мир здесь довольно безопасен. Если не считать этих маньяков-масломанов, которые под любым предлогом норовят раскопать фамильные гробницы, всё остальное выглядит вполне пристойно...»

Внезапно такая жизнь показалась ему не такой уж и плохой.

Листер вновь обрёл надежду. В этом жестоком мире праздное существование, полное безделья и разврата, могло оказаться лучшим выходом. В конце концов, власть семьи Аврелиан на этой планете казалась незыблемой.

Правда, был один нюанс: его сводный брат, считавшийся единственным законным наследником и будущим планетарным губернатором, по какой-то причине испытывал к нему лютую ненависть. Именно поэтому прежний владелец этого тела так отчаянно прожигал жизнь, топя себя в вине и разврате, — чтобы казаться неопасным и однажды не быть тихо устранённым по приказу брата.

Аврелиан — имя, разумеется, принадлежало завоевателям с Терры. Десять тысяч лет назад, когда предки Листера узрели несокрушимую мощь сошедших с небес армад, они без колебаний перешли на их сторону. С криками «Несущие Слово, господа, вам сюда! Я знаю короткий путь!» они первыми предали старый режим и в награду получили власть над всей планетой.

Чтобы укрепить связи с новыми хозяевами, прародитель дома Ли принял решение, идущее вразрез с волей предков.

«Отныне мы — Аврелианы!»

Вся семья немедленно примкнула к культу, основанному Несущими Слово на планете. Когда же до них дошли вести о том, что их покровители подняли мятеж, сердце патриарха едва не остановилось. После долгих и мучительных раздумий он, проявив недюжинную проницательность, пришёл к выводу: несмотря на внушительный размах, у мятежников не хватит сил для затяжной войны, а значит, их шансы на победу невелики.

И вновь последовал молниеносный разворот. Семья вернула себе прежнее имя, окружила войсками храмы Несущих Слово, предала мечу жрецов, чтобы отчитаться перед Империумом, и сожгла священные тексты предателей. Чтобы доказать свою верность, все домочадцы принялись усердно заучивать «Имперскую Истину». Лишь благодаря этому им удалось избежать чисток, последовавших после воцарения Императора на Золотом Троне и установления регентства примархов.

Позже, когда в Империуме зародилась Экклезиархия, до Иоахима из-за задержек в коммуникациях дошли слухи, что мятежники всё-таки победили. Услышав эту ужасную весть, семья Ли, с трепетом в сердце, вновь обратилась к своим талантам. Они принялись разгребать пепел в поисках уцелевших копий «Лектицио Дивинитатус», а книги «Имперской Истины» безжалостно предали огню. И снова было принято решение, идущее вразрез с волей предков.

Когда же ситуация наконец прояснилась, оказалось, что они, благодаря глубокому пониманию «Святого Слова», опередили всех остальных. Пока простые люди в страхе замерли, не зная, чья сторона возьмёт верх, а умные уже тайно заучивали новые догматы, семья Ли вновь продемонстрировала своё мастерство. Их тонкое понимание «Лектицио Дивинитатус» позволило им быстро наладить связи с Экклезиархией и заслужить похвалу и покровительство многих влиятельных церковников.

Говорят, один из предков, отличившись на службе Церкви, воспользовался смутой Войны Зверя и перебрался с частью семьи на саму Терру. По слухам, теперь эта ветвь рода имеет вес даже перед Высшими Лордами, и сама Инквизиция не решается вступать с ними в конфликт.

Изучая эту семейную хронику, Листер почувствовал, как дёргается глаз.

«Чёрт возьми, да им просто повезло, что сейчас в Терре правит милосердный Жиллиман. Любой другой примарх давно бы уже отправил этим двуличным предателям согревающий подарок в виде Экстерминатуса!»

— А ведь в этом что-то есть, — невольно вырвалось у него.

Когда его пальцы коснулись висевшего на груди креста с черепом — знака его сана священника Экклезиархии, — в сознании вспыхнуло новое знание. Листер ощутил радостное предвкушение.

 «Трактат о древнем восточном колдовстве и ритуалах жертвоприношения»

«Ого! Золотой палец!»

Листер с надеждой открыл книгу, внезапно появившуюся у него в руках. Но первая же строка заставила его снова ощутить подступающую тьму.

 «Серебром и сталью. Великому герцогу, с кем заключён договор на камне основания. Цвет, что мы подносим ему, — „белый“. Возведи стену, дабы преградить путь нисходящему ветру. Закрой врата четырёх сторон, выйди из-под короны и следуй по трём расходящимся дорогам, что ведут в королевство...»

«Мастер! Доставай святую реликвию! Призывай своего слугу и начинай захватывающую Войну за Святой Грааль!»

***

Глава 2: Что-то не так с идеей устроить Войну за Святой Грааль в мире Вархаммера

Листер поднял голову к потолку и замер. Спустя долгое мгновение из его груди вырвался глубокий, протяжный вздох.

«Проклятье. Не надо было читать романы, когда всю ночь корпел над диссертацией».

«Хотя, с другой стороны, кто, чёрт возьми, мог предположить, что я перемещусь в другой мир, пока пишу научную работу?!»

Он быстро пробежал глазами по внезапно появившейся в руках чёрной книге. К сожалению, после раздела о Войне за Святой Грааль страницы оказались запечатаны. Поскольку доступный фрагмент был невелик, Листеру потребовалось всего несколько минут, чтобы разобраться в ситуации.

— Надо же, и впрямь Война за Святой Грааль! — пробормотал он с тяжёлым вздохом.

Если предположить, что это не очередной коварный план Тзинча, то стоило обдумать, какую самую могущественную святую реликвию он мог бы достать. Благодаря связям семьи Аврелиан, раздобыть артефакт, принадлежавший какому-нибудь местному «герою», внёсшему огромный вклад в развитие этой или соседних планет, не представлялось особо сложной задачей.

Однако если его противниками окажутся Хаос или старые враги Империума, Листер сильно сомневался, что призрак местного святого сможет хоть как-то повлиять на исход битвы.

Внезапно его осенило. Глаза юноши загорелись.

Он повернул голову и сквозь окно взглянул на величественное здание губернаторского дворца. Листер прекрасно помнил, что в своё время, пытаясь выслужиться перед примархом, его предки собрали немало так называемых «святынь», к которым тот якобы прикасался.

Подлинность большинства из них была сомнительна, но одно он знал наверняка: в центральном зале дворца стоял высокотехнологичный драконий трон, созданный на огромные средства последней правящей династией этой планеты — той самой, что осмелилась сопротивляться небесным воинам Империума и была стёрта в порошок. И на этом троне во время своего пребывания здесь лично сидел примарх. Листер в детстве даже видел старую фотографию, на которой его предок, распростёршись на полу, поклонялся «Великому Императору Лоргару», восседавшему на троне и просматривавшему донесения.

Хотя для семьи это была тёмная страница истории, Аврелианы, верные своей тактике лавирования, после долгих раздумий решили всё же сохранить эти «святыни». Кто знает, быть может, однажды эти великие полубоги вернутся из тени, чтобы обрушить свой гнев на смертных советников Терры, посмевших помыкать ими? Пробуждение Робаута Жиллимана, который спустя десять тысяч лет сна с молниеносной скоростью вернул себе власть, лишь укрепило их в этой мысли.

«Чёрт побери, а ведь однажды эти примархи и впрямь могут вернуться. Нужно быть готовыми и встретить их как подобает, чтобы не закончить как те Высшие Лорды, которых примарх-регент сделал наглядным примером для устрашения остальных».

В запасниках семьи Аврелиан хранилось немало предметов, предположительно связанных с примархом, но Листер был уверен в подлинности лишь немногих из них.

«Может... попробовать?»

Даже если сейчас всё кажется спокойным, учитывая нравы этого мира, кто знает, что может случиться в будущем. Однако, поразмыслив, Листер отбросил идею немедленно тащить трон из губернаторского дворца к себе.

«Можно начать подготовку, но рисковать пока не стоит».

До пробуждения памяти его намеренно держали в стороне от семейных дел. И хотя формально у него были и земли, и титул, его знания об этом мире оставались крайне скудными. Пока он не будет уверен, что трон сработает как реликвия, и пока не поймёт, кого именно призовёт — примарха Лоргара до его падения или уже вознёсшегося демон-принца, — он не мог позволить себе безрассудных действий. Цена ошибки была слишком высока.

Судя по воспоминаниям, на этой планете хватало врагов, желавших его смерти, чтобы завладеть землями и богатствами, унаследованными от матери. До тех пор, пока он не будет полностью готов, ему следует действовать осторожно и осмотрительно.

Пока Листер был погружён в свои мысли, в дверь трижды коротко постучали.

— Господин подполковник? Вы сейчас свободны? Вольные торговцы, с которыми велись переговоры об обмене оружия на припасы, прибыли. Когда вы готовы их принять? Если у вас есть время...

— Ничего, входи, — машинально ответил Листер, услышав звонкий, но в то же время волевой женский голос, напомнивший ему пение жаворонка.

«Вольные торговцы? Кажется, припоминаю что-то такое».

Он подошёл к шкафу, чтобы сменить брюки, и мысли его потекли дальше.

«Прежний я постоянно боялся, что мой дражайший братец в один прекрасный день решит от меня избавиться. Поэтому отчаянно искал способы укрепить свои позиции. Родственники со стороны матери, понимая, что семья Аврелиан меня отвергает, тоже не сидели сложа руки. В этой сделке с торговцами мои дядюшки сыграли не последнюю роль».

— Ах!

Дверь спальни отворилась, и девушка в форме капитана Сил планетарной обороны замерла на пороге. Перед ней, спиной к ней, стоял юноша в одних коротких штанах. Его спина, стройная талия и аристократически бледная кожа предстали её взору. Лицо девушки мгновенно залилось краской.

Особенно когда она уловила витавший в воздухе тяжёлый, чувственный аромат, а разбросанная по комнате женская одежда безмолвно свидетельствовала о ночном безумии.

Сердце адъютанта, росшей с Листером с детства, сегодня почему-то не подчинялось привычному ритму, хотя, казалось бы, она видела его в таком виде бесчисленное количество раз. Заставив себя отвести взгляд от тела юноши, она произнесла слегка сбившимся голосом:

— Ваше высочество, даже если господин губернатор находится в инспекционной поездке по Северным Провинциям, вам следует быть осмотрительнее в личной жизни. Не давайте этим проклятым газетчикам повода бросить тень на великую честь семьи Аврелиан.

К её удивлению, в ответ на увещевания молодой адъютант не услышала привычного раздражённого приказа замолчать и заниматься своим делом. Напротив, второй сын дома Аврелиан отреагировал с полнейшим безразличием. Мирей даже показалось, что юноша, вытиравший влажным полотенцем пот после ночных «сражений», и вовсе пропустил её искренние слова мимо ушей.

— Мирей! Не стой на пороге, входи, присаживайся. Какую цену заломили эти торговцы? Если слишком высокую, придётся прибегнуть к иным методам, чтобы они и их товар навсегда остались на Иоахиме.

Хотя Листер произнёс это шутливым тоном, Мирей и не подумала воспринимать его слова как шутку. Через два года этот юноша должен был унаследовать владения своей матери в Северных Провинциях: тринадцать гигантских передвижных городов-крепостей, более миллиона квадратных километров земли и армию в сотни тысяч человек.

Планетарные губернаторы, конечно, не осмеливались переходить дорогу могущественным династиям Вольных Торговцев, чьи владения охватывали целые звёздные системы, а флотилии могли соперничать с имперским флотом сектора. Но далеко не все торговцы были столь влиятельны. Легендарные исследователи, способные заглянуть за пределы изученного космоса, были редкостью. Большинство же являлись обычными каперами с имперской лицензией.

— Господин Листер, прошу вас, помните о своём статусе.

Мирей Виттман бросила быстрый взгляд за дверь, убедилась, что их никто не слышит, и мысленно вздохнула с облегчением. Только после этого она выпрямилась и, повысив голос, произнесла с торжественностью придворного, увещевающего своего монарха:

— Вы — подполковник Сил планетарной обороны, а прибывшие сегодня торговцы имеют имперскую лицензию. Подобные речи совершенно неуместны!

— А я-то думал, мы друзья, госпожа Мирей.

Он обернулся и впился взглядом в глаза белокурой девушки. Голос его стал серьёзным.

Листер наконец накинул на себя мундир Сил планетарной обороны, который своим великолепием превосходил большинство военных форм в Империуме, а то и, без преувеличения, одеяния девяноста девяти процентов его населения.

Благодаря сложным и запутанным отношениям, связывавшим правящую на планете семью Аврелиан с Экклезиархией, их мир процветал. Технологический и промышленный уровень Иоахима позволял производить компоненты для малых эсминцев и полностью обеспечивать себя сверхмалыми гражданскими кораблями сопровождения. Пошив нескольких мундиров, разумеется, не составлял никакого труда.

По идее, такую планету никак нельзя было отнести к аграрным мирам. Но очевидно, что после великого предательства имперская система уже не работала так эффективно и слаженно, как прежде. Великий Воитель Хорус нанёс смертельный удар по военной машине Империума. И хотя эта громоздкая, до абсурда сложная, но вечно преданная бюрократическая система кое-как продержалась ещё десять тысяч лет, она лишь из последних сил цеплялась за жизнь.

Семья Аврелиан, используя свои связи с Экклезиархией (сначала с Несущими Слово, а затем с той ветвью рода, что перебралась на Терру), в очередной раз нашла лазейку в имперских законах. В архивах Администратума Иоахим был зарегистрирован как аграрный мир, поставляющий высококачественные продукты для увеселительных миров.

Благодаря этому налоговое бремя оказалось значительно ниже того, что планета могла бы выдержать.

***

http://tl.rulate.ru/book/146512/8100000