Готовый перевод The Arithmancer / Арифмантка: 103-Часть 3

Гермиона наконец-то увидела покрасневших Гарри и Рона, которые прошли через весь Гриффиндорский Стол. Она все сильнее и сильнее беспокоилась, когда не увидела их на Пиру, а Фред и Джордж уже начали шутить, что их исключили за попытку прилететь на зачарованной машине мистера Уизли. Она подпрыгнула с лавочки и начала обнимать друзей. Девочка зашептала:

— Вы тут! Где вы были? Вы в порядке? Что случилось? Почему вы не попали на поезд? Ну же, садитесь.

Гарри и Рон сели и шепотом рассказали ей и Близнецам все о своих злоключениях с утра. Все удивились, что барьер повел себя так странно, но она не могла даже предположить причину. Гермиона побледнела, а Близнецы расхохотались, когда Рон начал рассказывать, что и вправду хотел взять летающую машину и долететь до Хогвартса. Они посмотрели на стол педагогов и увидели как Хагрид улыбается, смотря на них и машет им рукой. Гарри помахал в ответ. Профессор Вектор кивнула им, что уже было очень заметной реакцией с ее стороны.

Все это время Гермиона продолжала одним глазом присматривать за Сортировкой. Луна очень долго сидела на табуретке, дольше, чем большинство студентов, которые все больше нервничали, ожидая вердикта Шляпы. Гермиона была уверена, что услышала как Шляпа хмыкает, перед тем как выдать:

— РАВЕНКЛО!

Луна, все еще улыбаясь, проследовала к примыкающему столу. Гермионе было жуть как интересно, о чем они так долго говорили со Шляпой. Она вспомнила собственное Распределение, когда Шляпа почти отправила ее в Равенкло, а потом переменила мнение. Надо будет присмотреть за Луной Лавгуд, — решительно подумала Гермиона.

Остальная часть Распределения прошла быстро. В этом году детей было мало. Наконец, Джинни осталась одна в центре Большого Зала, и все взгляды сошлись на ней. Она выглядела решительной, но Гермиона прямо видела захвативший ее ужас. Она уже многое видела в других после пережитого.

— Уизли, Джиневра, — наконец сказала МакГонагалл.

Джинни встала прямее и прошла в к стулу. Шляпа едва коснулась ее головы, прежде чем прокричать:

— ГРИФФИНДОР!

Весь Гриффиндорский стол встал и зааплодировал. Репутация семьи Уизли на факультете уже была легендарной. Джинни прибежала к столу и начала обниматься со всеми братьями, а потом села на пустое место между Фредом и Джорджем. Рон сел ближе к Гарри и Гермионе и сказал:

— Иногда мне кажется, что она больше гриффиндорка, чем все из нас.

Когда Джинни распределили Дамблдор инициировал начало пира в своей эксцентричной манере. Пир был так же хорош, как Гермиона помнила. Домовые эльфы не были так хороши, как миссис Уизли и ее индивидуальный подход, но все еще отлично выполняли свою работу. Гермиона болтала с Гарри, Уизли и парочкой других второкурсников, а потом начала легкий разговор с Перси и Алисией Спиннет об Арифмантике на четвертом курсе.

Слава богу, ничего необычного не случилось и все отдохнули тем вечером (ну, по Хогвартским стандартам все было обычно). Дамблдор объявил старт семестра, — больше никаких коридоров, в которых «умирают мучительной смертью». Гилдерой Локхарт был представлен как новый профессор Защиты от Темных Искусств, и зачитал длинную сладкую речь о том, как он рад вернуться в Хогвартс, освещая своей улыбкой весь Большой Зал. Гермиона сидела, внимательно внимая, едва замечая как ухмыляются мальчишки рядом. Блин, почти все девочки вели себя как она!

Когда Локхарт закончил, студентов отпустили, и Гермиона прошагала четырнадцать пролетов до своего общежития. (Вот уж по чему она в Хогвартсе не скучала). Ее соседки приходили одна за другой. Салли Энн-Перкс не завалилась на свою кровать сразу же, как в прошлом году, но она немедленно начала переодеваться, после того как поздоровалась и обнялась с Лили Мун. Потом она сразу легла. Гермиона все еще поражалась ее графику, и боялась того, что будет в ее подростковую фазу: станет ли она совой? Лили села на кровать и начала играть со своей кошкой, Венделиной, очень стараясь утомить ее, чтобы ночью кошка не разнесла им спальню.

— Вы можете поверить, что Гилдерой Локхарт взаправду будет нашим учителем? — восхищенно сказала Лаванда Браун.

— Ага! — подхватила Парвати Патил. — Вы видели его улыбку?

— Самая Очаровывающая Улыбка пять лет подряд! — важно заявила Лаванда.

— Он восхитительный, — сказала Парвати. — Хотела бы я знать, что он делает со своими волосами.

— Маски из яиц окками, — ответила Гермиона. — Он писал об этом в «Прогулке с Банши»

— Ух ты, он герой даже когда причесывается! — восхитилась Парвати. — Яйца окками очень опасно добывать. Мама рассказывала, что их используют только в очень особенных амулетах и зельях в Индии.

— Ох, он просто великолепный, — согласилась Гермиона. — Я уверена, он будет великолепным учителем. Так интересно, какое существо он приведет первым!

— Вау, она даже круче, чем я думала, — улыбнулась Лаванда. — Если он даже Гермиону привлек. — Парвати захихикала.

— Ну… — Гермиона покраснела.

— Не не стесняйся, признай это ради нас, — сказала Лаванда, похлопав по кровати рядом с собой. — Я имею в виду, он с мозгами и пишет крутые книжки — идеальное сочетание. Любая ведьма его захочет. Я думаю я уже влюбилась.

На этой части Гермиона смирилась и тоже захихикала. Ее соседки совсем не изменились.

— Ну-у-у… — протянула она. — Глаза у него красивые.

— О да, этот незабудковый цвет и все такое. Разумеется… — Лаванда закатила лицо к потолку и озорно ухмыльнулась. — У Гарри тоже очень красивые глаза.

— Чего? — искренне возмутилась Гермиона. Она особо не обращала внимания на глаза Гарри. Хотя если быть объективной… Но это же просто… Гарри. Он был хорошим другом, но также был мальчишкой который рвется к любой опасности не включив мозг и не прикинув плана действий. И она не могла не думать о мечте Гилдероя Локхарта — гармонии между магическим и не-магическим миром, как он писал в «Духах на Дороге».

Но даже так Гермиона, которой она была год назад, не могла бы и представить, что присоединится к группе Лаванды и Парвати по сплетням. Это было немного странно и ново, как неплохо она вписалась, но об этом можно побеспокоиться и позже. А сейчас она с подружками, и она готова к предстоящему году.

Ее последней мыслью перед сном было: «Как приятно вернуться обратно».

На следующее утро, все в Хогвартсе пошло по накатанной. Гарри и Рон уже наслаждались завтраком и болтали, пока Гермиона тихо сидела и перечитывала Вояж с Вампирами в последние минуты до урока. Она едва успевала открывать книги, пока была дома у Уизли. Внезапно, их семейная сова упала на стол, с подозрительно выглядящим красным письмом в лапах, которое начало пульсировать.

— О нет! — застонал Рон.

— Лучше его открыть, — сказал Невилл. — А то хуже будет.

Гермиона только успела начать обдумывать, о чем все, когда Рон открыл письмо трясущимися руками.

— РОНАЛЬД БИЛЛИУС УИЗЛИ!

http://tl.rulate.ru/book/146368/8095864