Готовый перевод Global Weird: I Can Simulate In Ahead / Глобальный кошмар : я симулирую риски - Архив: Глава 184. Муж Ван Яньцин, Генерал Поэзии и Живописи Чи Юаньань!

— Невестка, выйти за меня — твой единственный путь к спасению.

— Я сказала тебе убираться, не слышал?

— ...

Чи Юаньнин теребил в руках зелёный нефритовый кулон. Он слегка повернул голову, посмотрел на звукоизолирующий барьер, исходящий от кулона, подошёл проверить его и, убедившись, что всё в порядке, снова взглянул на Ван Яньцин.

— Невестка, я не лгал, — серьёзно произнёс он. — Ситуация в династии нестабильна. Борьба между Восемью Опорами Государства и Его Величеством вышла на поверхность. Наша семья Чи тоже должна выбрать сторону. Тем, кто пытается усидеть на двух стульях, не видать хорошего конца, поэтому глава семьи уже определил будущее нашей семьи Чи!

— М-м? — Ван Яньцин нахмурила свои изящные брови.

Чи Юаньнин низким голосом произнёс одно слово:

— Вэй.

Бам!

Ван Яньцин одним ударом разнесла в щепки стол перед собой. В воздух взметнулись пыль и обломки.

— Ты сказал... что?! — Она схватила Чи Юаньнина за воротник, её глаза горели яростью, и, скрипя зубами, она прошипела: — Глава семьи выбрал Вэй Гочжу?!

В Династии Да Ло было Восемь Опор Государства — восемь великих семей с Иной кровью: Вэй, Цзи, Ци, Юнь, Наньгун, Мужун, Дуаньму и Шангуань. Среди них семьи Вэй и Юнь враждовали из поколения в поколение. Их открытая и тайная борьба началась с самого основания Да Ло и никогда не прекращалась.

И теперь семья Чи выбрала Вэй Гочжу? Это означало встать на сторону, противоположную Юнь Гочжу.

Но ведь все в династии знали, что верховный главнокомандующий нынешней Великой южной армии, великий генерал Чжоу Сюаньу, был сиротой, воспитанным Юнь Гочжу!

Вэй Гочжу и Юнь Гочжу — смертельные враги!

— Семья Чи выбрала Вэй Гочжу!

— Чжоу Сюаньу — человек Юнь Гочжу!

Так какая же участь ждёт её десятитысячную Армию Алой Крови под командованием Чжоу Сюаньу в Великой южной армии?!

— Сволочь... — Ван Яньцин гневно смотрела на Чи Юаньнина, скрипя зубами. Слёзы хлынули из её глаз, голос срывался на рыдания, и она колотила его по груди. — Сволочь! Сволочь! Сволочь! Сволочь!!!

Смерть её мужа, Чи Юаньаня, вовсе не была простым следствием передислокации войск или жертвой во имя страны! Этот молодой человек был всего лишь жертвой политической борьбы! Всего лишь пешкой в игре Вэй Гочжу и Юнь Гочжу!

Сволочи!!!

Кха!

От удара Ван Яньцин Чи Юаньнин отлетел на несколько шагов, сплюнув кровь. Хотя этот удар был выплеском гнева, по силе он не превосходил удар обычного человека и не причинил бы вреда простому смертному. Но Чи Юаньнин закашлялся кровью.

Потому что он не был похож на своего брата. Его брат был гением боевых искусств. А он был всего лишь ничтожеством. С детства слабый и болезненный, он не мог заниматься боевыми искусствами и целыми днями возился с магическими инструментами, использующими духовную силу, чем вызывал лишь насмешки людей Великой Ло.

— Невестка... — Чи Юаньнин рухнул на землю. Вытерев кровь с уголка губ, он поднял голову и посмотрел на охваченную горем и гневом Ван Яньцин. Взгляд его был сложным. — Ты должна покинуть Великую южную армию.

Он тихо продолжил:

— Семья Чи уже выбрала Вэй Гочжу. Если ты останешься здесь, то погибнешь от руки Чжоу Сюаньу вместе с десятитысячной Армией Алой Крови. Но Чжоу Сюаньу не позволит тебе уйти — он тут же обвинит тебя в самовольном оставлении поста и казнит по законам военного времени.

— Сейчас есть только один выход. Выйди за меня.

— Ты ведь знаешь, законы Да Ло весьма снисходительны к повторному замужеству вдов. Даже несмотря на твою высокую должность, если ты выйдешь за меня, Чжоу Сюаньу будет вынужден отпустить тебя домой, в семью Чи. Это твой единственный путь к спасению, невестка!

Чи Юаньнин посмотрел на Ван Яньцин с горячей мольбой во взгляде:

— Если бы брат узнал, он бы точно согласился.

— Хе! — услышав это, Ван Яньцин холодно усмехнулась. Она грубо вытерла слёзы и повернулась к нему. — Чи Юаньнин, если уж выходить замуж, то я могу выйти за кого угодно. Почему именно за тебя? За деверя?

— Раз уж всё равно выходить, почему не за меня?! — Чи Юаньнин вскочил с земли и закричал. — Я ведь встретил тебя первым! Я, Чи Юаньнин! Мой брат появился позже! Так почему тот, кто женился на тебе, — он?!

— Потому что ты — ничтожество, — без тени эмоций ответила Ван Яньцин.

— Ты?! — лицо Чи Юаньнина исказилось.

Его рост был чуть выше ста семидесяти сантиметров. А Ван Яньцин была выше ста восьмидесяти. Сейчас она стояла перед ним и, будучи женщиной, смотрела сверху вниз на этого слабого, болезненного мужчину ледяным взглядом.

— Чи Юаньнин, ты сам подумай, в чём ты можешь сравниться со своим братом? Боевой путь? Ты слабое и болезненное ничтожество, так что об этом и говорить не стоит.

— Учёба? Твой брат в тот год стал лучшим как в гражданских, так и в военных экзаменах. Он не только учился по обмену в Военной академии Фиалковой Империи, но и в её Академии искусств.

— Одно стихотворение о границе — «Одинокий гусь над Великой стеной».

— Одна картина тушью — «Одинокий гусь над Великой стеной».

— Он не только прославил культуру нашей Великой Ло за морями, но и заслужил там почётное прозвище «Генерал Поэзии и Живописи». А ты? Столько лет сдаёшь экзамены, хоть раз дошёл до дворцового? Хоть раз видел лик государя?

— Сравнить добродетели? Твой брат любил народ как собственных детей, в Городе Алой Крови не было ни одного жителя, который не был бы ему обязан. А ты? Что там горожане, ты даже слуг в поместье избиваешь и ругаешь почём зря! И ещё…

Ван Яньцин наклонилась и прошептала ему на ухо ледяным голосом:

— Ты думаешь, мы с твоим братом не знали о твоих грязных делишках, о том, как ты мучил служанок в поместье?

— ?! — зрачки Чи Юаньнина сузились, лицо стало мертвенно-бледным. Он в ужасе смотрел на неё, бормоча: — Н-нет, невестка, я, это… я…

— Хватит! — Ван Яньцин повернулась к нему спиной, заложив руки за спину. Голос её звучал бесстрастно. — Ты недостоин даже упоминания рядом со своим братом. А теперь прочь отсюда, по приказу командующего!

— Если не уйдёшь, будешь наказан по законам военного времени! Получишь восемьдесят ударов палками за самовольное проникновение в военный лагерь!

Чи Юаньнин смотрел на спину Ван Яньцин, до боли сжимая кулаки. Его лицо исказила гримаса злобы, глаза налились кровью, в них вспыхивал зловещий огонёк.

…

…

— Ты чего опять пришёл? — двое стражников из Армии Алой Крови у ворот с явным неудовольствием посмотрели на вернувшегося Ли Гуаньци.

— Я и сам не хотел, — развёл руками Ли Гуаньци.

Он только что ходил к Чи Шаньхэ с просьбой покинуть военный лагерь. Сейчас он числился лишь в подготовительном батальоне, а не в регулярных частях Армии Алой Крови. Другими словами, он вообще не состоял на воинской службе и, строго говоря, даже не был солдатом Великой Ло. «Метод凝聚 военного строя», которому его обучили, не был большим секретом — это была самая начальная техника тренировки, которую можно было запросто купить на рынке. Важность представляли специально изготовленные Тяжёлые доспехи Алой Крови, копья и щиты — вот это было военное имущество, которое выносить запрещалось. А что до «Кулака Армии Алой Крови» и «Техники копья Алой Крови», то это были и вовсе общедоступные приёмы. Идеальная версия «Кулака Армии Алой Крови» была синего качества, а та, что он выучил в подготовительном батальоне, по его прикидкам, тянула в лучшем случае на белое. Более продвинутые техники можно было изучить, только попав в регулярную армию.

Он не был регулярным солдатом, да и обстановка на фронте сейчас не казалась слишком напряжённой. Уйти из армии было нетрудно. Всего несколько дней назад из подготовительного батальона сбежал один парень, заявив, что солдатская жизнь слишком скучна и он хочет вернуться к странствиям по миру. Чи Шаньхэ забрал у него копьё, щит и доспехи и отпустил, да ещё и завёл в столовую, чтобы дать несколько кусков вяленого мяса демонического вида в дорогу, чтобы не голодал. Великая Ло была сильна и не боялась, что новобранцы приходят в армию просто попользоваться благами. Государственная политика даже поощряла это с целью укрепить боевой дух и физическую подготовку народа.

Однако Ли Гуаньци не понимал, почему в его случае всё оказалось иначе.

— Покинуть лагерь?

— Можно.

— Иди и сам доложи об этом командующему Ван.

Это были дословные слова Чи Шаньхэ.

— Ты, мать твою, издеваешься надо мной? — стражник у резиденции командующего смерил Ли Гуаньци недоумевающим взглядом. — Парень, ты бы хоть причину получше придумал. С каких это пор уходом новобранца должен заниматься лично командующий? Иди к своему инструктору в лагере для новобранцев!

— Я…

Бам!

Не успел Ли Гуаньци ничего объяснить, как ворота резиденции с грохотом распахнулись. Изнутри с мрачным лицом вышел красивый молодой человек с алыми волосами и глазами. Он прошёл мимо, задев… ну, из-за разницы в росте, скорее, задев его плечо макушкой.

«М-м?» — Ли Гуаньци невольно обернулся, с лёгким удивлением глядя на удаляющуюся тощую спину. — «Голос проклятого жука?»

(Конец главы)

http://tl.rulate.ru/book/145702/8639141