Готовый перевод The years I was causing trouble internationally / Киллер номер 1: Апокалипсис? Идеальное время для отпуска!: Глава 34. Двадцатичленный крупный рейд

Вечер. Семичасовой Осаки окутан густым мраком.

Под мерцание дорожных фонарей медленно показался белый фургон Mitsubishi. За рулём — Гу Найнай, осторожно ведущая машину вдоль узкой дороги, что петляла вокруг безмолвного городского парка. Примерно через десять минут плавной езды фургон свернул к нужной точке — академии Кансаи Мадзима.

— Приехали. Это здесь.

— Уф… внутри темно как в подвале. Прямо идеальное место, чтобы снимать хоррор.

Сквозь лобовое стекло виднелось лишь чёрное пятно здания, ни единого огонька. Девушка недовольно пробормотала и затормозила у ворот. Следом дверь щёлкнула, и Линь Сяолу, надвинув бейсболку, чтобы спрятать кошачьи уши, первым вышел наружу.

— Пух! — отразился звук его приземления в тишине.

За ним из машины выпрыгнули и девушки. Гу Найнай, подражая его уверенной походке, закинула за спину бейсбольную биту и сузила глаза, оглядывая окрестности с видом опытного частного детектива, выследившего любовницу мужа.

Сун Юйвэнь держалась позади, настороженно озираясь.

— Хм, быстро собрались. Уже немало народу, — заметил Линь Сяолу.

У ворот академии стояла группа человек, и в свете фонарей клубился дым — кто-то из них спокойно курил, будто не собирался идти навстречу неизвестности.

— Пошли, посмотрим поближе.

Троица пересекла дорогу и остановилась у входа. Перед ними — девять человек, большинство держали в руках пропуска.

Линь Сяолу чуть приподнял бровь.

Так быстро? Уже девять участников?

С ними выходит двенадцать…

А если подземелье, как и прошлое в отеле, рассчитано всего на десятерых — что тогда?

Двое не попадут внутрь?

Так кто же… кого из них придётся убить?

Эта мысль едва мелькнула у Линь Сяолу, как вдруг тишину прорезал звонкий женский голос:

— Вы тоже пришли на подземелье?

Из темноты к ним вприпрыжку выбежала девушка — стройная, в тёмно-синей школьной форме с белыми полосками. Длинные чёрные волосы касались плеч, а в глазах блестел лукавый огонёк — будто у лисы, которая вот-вот что-то выкинет.

— Я Киёми Мию из Идзуми-Оцу! Приятно познакомиться! — вежливо склонилась она.

Линь Сяолу: ???

Гу Найнай: ???

Сун Юйвэнь: ???

Троица уставилась на неё в полном недоумении. Девушка появилась словно из ниоткуда, с безупречной улыбкой, будто заблудилась не в мрачной академии, а на школьном фестивале.

Линь Сяолу даже не удостоил её ответом и прошёл мимо, как будто её не существовало.

Гу Найнай оказалась чуть мягче — коротко кивнула и ответила:

— Привет.

Сун Юйвэнь шепнула тихое:

— Конбанва. (Добрый вечер.)

— Так вы тоже впервые участвуете в подземелье? — весело продолжила Киёми, совсем не смутившись холодного приёма.

У ворот школы она светилась живостью, как фонарь среди мрака. Первое подземелье, первый вечер, первые люди — для неё всё было ново и захватывающе. С самого приезда она пыталась заговорить с остальными, но те лишь отмахивались, словно от назойливой мухи. Никто не захотел делиться опытом, никто даже не посмотрел в её сторону.

Это, конечно, немного задело, но вот теперь — удача!

Две девушки примерно её возраста, такие же участницы.

«Раз все мы девочки, точно будем помогать друг другу!» — обнадёженно подумала Киёми Мию и засияла ещё ярче, не подозревая, насколько ошибается.

Позади него Гу Найнай и Сун Юйвэнь действительно вели себя гораздо дружелюбнее, чем остальные участники. Наверное, потому что все трое были девушками — они не отмахнулись от Киёми Мию, а терпеливо отвечали на её нескончаемые вопросы.

Линь Сяолу, впрочем, к таким болтливым дуракам терпения не имел.

Он лениво окинул взглядом толпу, на ходу оценивая, кто из них чего стоит, после чего спокойно достал сигару и закурил.

Японцы вообще народ сдержанный — за редким исключением, если не считать молодежь. Большинство здесь держатся обособленно, не лезут к другим, не суют нос куда не просят. Таких навязчивых болтушек, как Киёми, днём с огнём не сыщешь.

У ворот академии стояла девушка в старомодной школьной форме, а вместо лица — десятки вращающихся глаз. Выглядело мерзко и гипнотически.

Линь Сяолу сразу понял — это не человек, а ведущая подземелья, и направился к ней.

— Это подземелье требует… двадцать одного участника? — уточнил он.

— …Понятно, — кивнул сам себе.

Двадцать один. Вот это новость.

Предыдущее, отельное подземелье, открывалось всего на десять человек — а тут вдвое больше.

Наверное, из-за масштаба: школа ведь куда просторнее отеля, логично, что и игроков нужно больше.

Время шло. Вскоре на дороге снова замаячили силуэты — подходили новые участники, каждый с билетом в руках.

Линь Сяолу спокойно наблюдал, оценивая каждого. Лица — настороженные, кто-то прячет страх под напускным спокойствием, кто-то просто не понимает, куда попал. Почти все — новички. Настоящие пушечные мясо. Даже эта весёлая Киёми — из тех же.

Он опустился на газон у ворот, достал телефон и стал безмятежно листать ленту. Минут через семь, посмеявшись над парой роликов, услышал быстрые шаги.

— Сяолу! — Гу Найнай подбежала запыхавшись. — Ты чего сюда ушёл? Слушай, среди этих людей есть кто-нибудь сильный?

— Нет.

— Правда? — в глазах девушки мелькнула надежда.

— Угу. Все — идиоты.

— А те, кто уже участвовал и получил награду? Есть кто-нибудь такой?

— Откуда мне знать. Наверное, парочка найдётся.

— И ты не волнуешься? А вдруг среди них кто-то с крутой способностью? — с тревогой спросила она.

— Не вижу причин волноваться. Идиот он и есть идиот, хоть с наградой, хоть без, — бросил он, окинув её ленивым взглядом сверху вниз. Смысл был очевиден.

Гу Найнай тут же потухла. Осознав, что любимый человек только что сравнял её с остальными «идиотами», она всхлипнула и убежала…

А через пару минут — вернулась. Всё ещё с красными глазами.

— Сяолу! Там появился какой-то толстяк, вроде опытный. Он сказал, что хочет поделиться одной идеей со всеми.

— Хм? — Линь Сяолу поднял голову.

У ворот действительно стоял дородный мужчина с жёлтыми зубами, громогласно вещая остальным участникам. Его голос разносился над площадкой — уверенный, напыщенный и слегка мерзкий.

……

……

— Многие из нас впервые на рейде, и, возможно, не представляют всей опасности, — сказал человек позади них.

— Меня зовут Усуи Масанори, я вице-президент Sumitomo Electric, — он протянул визитку с видом человека, которому удобно быть услышанным.

У ворот стоявшая в костюме толпа замерла; Гу Найнай, услышав это, невольно прошептала Линь Сяолу:

— Вице-президент Sumitomo Electric… Они в Осаке делают оптоволокно. Богач такой, что может купить мою жизнь.

Линь Сяолу усмехнулся. — Насколько богат? — спросил он, и в её глазах вспыхнуло серьёзное выражение: — До такой степени, что он мог бы купить мою жизнь.

Он только пожал плечами.

Усуи заговорил ровно и напыщенно: «Я был участником рейда прошлой ночью и остался единственным выжившим. Потому я знаю, насколько всё серьёзно. У меня есть несколько идей, которые могут повысить наши шансы — ведь какие бы ни были награды, без жизни их не получишь».

Для многих, кто никогда прежде не входил в подземелье, звучало это как откровение. Они тянулись к словам «старшего» с надеждой в глазах; Киёми Мию, сиявшая рядом, слушала с неподдельным восхищением, будто каждое слово было на вес золота.

Гу Найнай и Сун Юйвэнь тоже немного приникли, но Сун Юйвэнь вскоре сжала руку подруги и прошептала:

— Нинай, этот человек противный. Лучше не слушать его.

— Почему? — удивилась Гу Найнай. — Мне он кажется интересным.

Сун хитро огляделась: сначала посмотрела на Линя Сяолу, мирно курившего сигару на траве, затем на Усуи, величественно распускавшего своё слово, и, принимая быстрое решение, выбрала Линя.

— Этот толстяк коварен и пуст, — сказала она тихо. — Линь надёжнее — у него настоящие навыки, и к тому же он лишь слегка задумал убить тебя раньше, так что ему можно верить больше.

— Что? — Гу Найнай застыла. — Линь хотел убить меня? Как такое возможно? Я же такая милая!

Сун Юйвэнь смотрела на подругу с деликатной строгостью, словно проверяя уровень её здравомыслия. — Нина, в некоторых вещах ты действительно менее раздражаешь его, — и в голосе прозвучала почти жалость. — Иногда мне хочется дать тебе пощёчину, но я не могу…

Гу Найнай замерла, слова застопорились. Блеск уверенности померк. Она развернулась и, уже со слезами в глазах, побежала прочь. Через несколько минут возвратилась так же плачущая — душа требовала поддержки.

Тем временем Усуи продолжал говорить, а люди вокруг, наперебой, ловили каждое его слово. В воздухе пахло смесью страха, надежды и предчувствия чего-то большого.

http://tl.rulate.ru/book/143622/8489413