Земля содрогнулась. Из её недр, прорываясь наверх, вырвались могучие древесные стволы, мгновенно обратившись в густой, непроглядный лес. От скрипа и скрежета сплетающихся деревьев по коже пробегали мурашки.
На лице Данзо отразился неподдельный ужас, смыв маску хладнокровия. Он знал о вражде Первого Хокаге и Учихи Мадары, но не мог постичь, каким образом у последнего оказался Кеккей Генкай клана Сенджу — Стихия Дерева.
Деревья обрушились на Данзо со всех сторон. Тот торопливо взмахнул вакуумными клинками, прорубая себе путь.
Ёко, державшийся поодаль, оказался на самом краю разрастающегося леса. Он тут же отпрыгнул назад, спасаясь от гигантских ветвей. Сплошная стена деревьев загородила обзор. Ни Данзо, ни Учиха Мадара уже не обращали внимания на мелкую сошку на краю поля боя.
Один из шиноби Корня из клана Яманака оказался слишком близко к своему господину. В отчаянной попытке защитить Данзо его придавило искривлённым стволом, раздавив живот. Придавленный шиноби, перед самой смертью, успел применить на Мадаре Технику переноса разума.
Мадара даже не взглянул на него. Ментальная атака такого уровня была для него не более чем лёгким дуновением ветра.
Другой оперативник Корня, член клана Абураме, сумел выбраться из зоны поражения. Он высвободил рой насекомых, и чёрное облако, напоминающее крону гигантского дерева, облепило стволы и принялось их пожирать, пытаясь ослабить давление на Данзо.
Учиха Мадара слегка склонил голову, искоса взглянув на него с толикой удивления. Но тут же среди древесных крон распустился огромный цветок и выбросил облако ядовитой пыльцы. Насекомые посыпались на землю мёртвыми грудами. Шиноби из клана Абураме сменил три вида своих кикайчу, но ни один не смог противостоять яду, и вскоре он сам погиб в мучениях.
Что до Ёко, то он изо всех сил атаковал древесные стволы перед собой с помощью Техники земляных копий. Создавая как можно больше шума, он медленно отступал всё дальше.
Мадара выглядел как дряхлый старик, но обладал поистине исполинским запасом чакры. Стоя на мосту из переплетённых ветвей, он взирал на Данзо сверху вниз.
Данзо сложил печати.
— Стихия Ветра: Великий вакуумный шар!
Шар сжатого воздуха под высоким давлением вырвался из его рта, сокрушая стволы Рождения Древесного Мира. Древесная щепа разлетелась под дождём. Взгляд Учихи Мадары стал живее, он с интересом посмотрел на Данзо.
— Не ожидал, что твоё владение Стихией Ветра так сносно, — произнёс Мадара. — Но как оно справится с этим?
Едва он договорил, как из земли вырвался гигантский древесный голем и тут же взмахнул кулаком, целясь в Данзо.
Данзо снова использовал Великий вакуумный шар, однако прочность голема превзошла его ожидания. Поверхность кулака лишь покрылась мелкими трещинами, после чего он пробил дзюцу Стихии Ветра и устремился к цели.
В последний момент Данзо едва увернулся от удара.
Он тут же сменил тактику, перестав сопротивляться в лоб. Вместо этого он начал стремительно перемещаться по лесу, прыгая по ветвям и направляясь прямиком к Учихе Мадаре. Данзо решил, что старик, возможно, держится из последних сил, и его мощь — лишь блеф. Сейчас не время размышлять, почему Учиха Мадара владеет Стихией Дерева. Нужно убить его, и тогда всё закончится.
Данзо давно мечтал овладеть этой силой, но ему никак не удавалось. Возможно, секрет был скрыт в самом Мадаре. Если он смог, то почему не сможет Данзо?
Его Шаринган бешено вращался, позволяя уклоняться от всех стволов и лиан на пути. Но деревьев становилось всё больше, они непрерывно росли, и Данзо пришлось применить додзюцу своего Мангекьё.
— Сусаноо!
Изумрудно-зелёный скелет окутал его тело. При виде этого голограмма Мадары прозвучал вновь:
— Неужели этот дурак Тобирама научил таких ничтожеств, как ты, лишь щеголять передо мной Сусаноо? А эти идиоты Учиха позволили Конохе водить себя за нос и даже не уберегли собственный Мангекьё.
Учиха Мадара холодно хмыкнул и впервые сложил печати руками. Это означало, что он стал чуточку серьёзнее.
— Стихия Дерева: Техника Древесного дракона!
Из глубин леса с рёвом поднялся гигантский дракон и, издав в воздухе пронзительный вой, устремился к Сусаноо. Он обвился вокруг аватара и начал поглощать его чакру. Едва появившиеся мышцы на скелете тут же исчезли. Из-под правого глаза Данзо потекла кровь. Мангекьё Шаринган требовал огромных затрат чакры, а с учётом поглощения её Древесным драконом, Данзо почувствовал острую боль и жжение в глазу. Зрение резко затуманилось.
«Неужели моё тело не выдерживает уже после двух применений Мангекьё?» — подумал он.
Сусаноо исчез. Древесный дракон, потеряв хватку, на миг ослаб. Поддерживаемый потоком ветра, Данзо выпрыгнул из его объятий. В воздухе он сложил новые печати.
— Стихия Ветра: Вакуумные пули!
Накопленная во рту чакра выстрелила короткими, быстрыми очередями, словно из пулемёта. Сгустки ветра, обладающие ужасающей проникающей силой, понеслись к Мадаре.
Тот лишь поднял руку.
— Стихия Дерева: Техника прорастающих черенков!
С моста из ветвей, на котором он стоял, выстрелили десятки древесных пик. Они с лёгкостью нейтрализовали вакуумные пули, а несколько из них на огромной скорости пронзили тело Данзо. Пики взорвались внутри его брюшной полости и вырвались наружу со спины.
Данзо превратился в ежа. При таких ранениях его внутренние органы были уничтожены.
Ёко не сводил с него глаз.
Но в следующий миг картинка перед глазами смазалась. Фигура Данзо внезапно исчезла, будто её никогда и не было. Лишь острия техники, утыканные красной кровью и зелёной желчью, доказывали, что он действительно был пронзён насмерть.
Внизу, у подножия холма, Данзо выскользнул из-за древесного ствола и бросился бежать.
«Чёрт возьми, сбежал и даже словом не обмолвился», — мысленно выругался Ёко. Он видел, что правый глаз Данзо, в котором был Мангекьё, потускнел и стал похож на безжизненный глаз мёртвой рыбы. Драгоценный Шаринган Учихи Кагами стал для него лишь одноразовым инструментом для Изанаги.
Ёко, как и последний выживший шиноби из клана Абураме, бросился следом.
Учиха Мадара, стоя на холме, даже не думал преследовать их. Он лишь презрительно взглянул на убегающих и вернулся в пещеру.
«Наверное, нужно завершить пересадку Риннегана Нагато», — предположил Ёко. Этот мальчишка был куда важнее нескольких отбросов из Конохи.
Убежав на приличное расстояние, Ёко не только не расслабился, но, наоборот, напрягся ещё сильнее. Он крался за шиноби из клана Абураме, который, в свою очередь, следовал за Данзо. Ёко боялся издать хоть малейший звук, не смел наступить ни в одну лужу, опасаясь, что Данзо, услышав шум, обернётся и убьёт его, чтобы сорвать злость.
Сейчас он испытывал смешанные чувства: примерно три части злорадства и семь — досады.
Злорадствовал он потому, что старый лис Данзо наконец-то сел в лужу, потерпев унижение от Учихи Мадары и лишившись драгоценного Мангекьё Шарингана.
«Вот и на твоей улице перевернулся грузовик с пряниками, Данзо! Не успел и согреть свеженький Мангекьё в глазнице, как старик Мадара его испортил».
Но в то же время его грызла досада на Мадару.
«И это всё? — мысленно кипел Ёко. — Столько пафоса, а прикончить одного дряхлого старика не смог? Да какой там Риннеган пересаживать, ты с обычным трёхтомойным Шаринганом справиться не можешь! Раз уж ты не сумел убить даже Данзо, грош тебе цена. Неудачник. Полный неудачник, который заслужил, чтобы у него ничего не вышло».
Впрочем, не только Ёко, но и бежавший впереди шиноби Абураме дрожал от страха ничуть не меньше.
http://tl.rulate.ru/book/139145/7126809
Сказали спасибо 40 читателей