Готовый перевод Battle My End / Битва за мой конец: Глава 37

Вместо того, чтобы вернуться в комнату Зуко, он следует за ней, пока они не доходят до ее комнаты. Она очень похожа на его комнату и многие другие комнаты, в которых они были, за исключением того, что в ней только одна кровать и она немного меньше. Когда они входят в комнату, там нет ни врачей, ни целителей, ни медсестер.

В комнате темно, и они не зажигают свет.

Они оба садятся на ее кровать и после нескольких часов молчания Тоф заговорила.

— Ну?

— Полный беспорядок, — признался Зуко, положив голову на маленькие ладошки. Ему все еще странно видеть себя таким маленьким, хотя прошло уже почти десять лет. Мило наблюдать, как он растет, и ей не терпится рассказать другим, как он очарователен в детстве. Если только они не смотрят на них прямо сейчас, тогда они все вместе смогут подразнить его.

Катара, наверное, воркует.

Надеюсь, они смотрят. Надеюсь, они поддерживают их в таких ситуациях. У Зуко есть Тоф, но ему также нужны другие люди, которые будут присматривать за ним. Она никогда бы не заподозрила этого в их юности, но Зуко очень общительный человек и нуждается в позитивном общении, чтобы быть счастливым.

Юность, наполненная изоляцией и жестким общением, сделала его таким.

Тоф кладет руку ему на плечо и ей не нравится, как его внутренний огонь кажется подавленным.

Это не должно быть так, и очень жаль, что это происходит. Ей не нравится, когда ее друзья грустят, потому что из-за этого жизнь становится ужасной, ведь в ней и так происходит много грустного.

— Тебе нужно поспать, — говорит она. Она хочет сказать что-то еще, например, что это не его вина, что все будет хорошо, что они вместе справятся.

В основном потому, что она уже сказала почти все это, и потому, что не знает, как это выразить и не отреагирует ли он негативно на что-нибудь.

— Наверное... — бормочет он.

Он вздыхает и чувствует, как все в нем дрожит. Как когда он собирается плакать.

— Прости, что бросил тебя. Не знаю, что на меня нашло. Я не должен был оставлять тебя сражаться с этим человеком, — извиняется он. О боже, он сейчас заплачет, она это чувствует.

Тоф подавляет нарастающую панику.

— Эй, все в порядке. Ты должен был пойти за Итачи, иначе Микото, возможно, не выжила бы. Я не думаю, что кто-то из нас смог бы по-настоящему справиться с ним в нашем нынешнем состоянии. Все могло быть гораздо хуже, так что не чувствуй себя виноватым, ладно? Пожалуйста?

Она поворачивается к нему, кладя обе руки ему на плечи. Он опустил голову, пока она объясняет, что все в порядке. Он слегка дрожит, и его руки поднимаются, чтобы нежно обхватить ее предплечья.

— Нет! Нет, это не так, я должен был...

Тоф фыркает и обнимает друга, прижимая его к себе. Обычно она так не делает, но ситуация требует этого.

(Она и Зуко также уверены, что их физические тела каким-то образом влияют на их разум, что может объяснить многое из того, что ни один из них не сделал бы в обычной ситуации).

— Все в порядке, все хорошо, — шепчет она. Он всхлипывает и обнимает ее в ответ.

***

Они оба просыпаются, когда в комнату входит медсестра. По-видимому, они поняли, что Зуко не было в его комнате утром (странно, что никто не заглядывал к нему всю ночь), и начались поиски по всей больнице. Повезло, что они решили сначала проверить комнату Тоф, поскольку заметили их тесную дружбу.

После того, как они оба сели с постели, медсестра сообщила им, что Саске проснулся и у него приступ. Именно поэтому они пришли искать Зуко, чтобы он успокоил брата.

— Да, он бросает вещи и кричит, и мы не можем его успокоить, — говорит мужчина-медбрат, который был вчера, когда он, Зуко, Тоф и несколько других людей бегут по коридору в сторону шума.

Дверь открывается, и Зуко врывается внутрь.

Саске стоит и кричит на медсестру, которая стоит, склонив голову и молча.

Саске останавливается, когда видит своего брата.

— Зуко! — кричит он, бросаясь на брата. Зуко успевает поймать его на руки, и мальчики обнимают друг друга на мгновение, прежде чем Саске отталкивает брата, чтобы посмотреть ему в лицо.

— Зуко, что случилось?! Никто мне ничего не говорит! Я не знал, где ты, и я... я не знаю, где Каа-сан! — кричит мальчик, его лицо и глаза полны паники и гнева.

— Саске! Она в порядке! Она выжила, она просто спит, хорошо? — говорит Зуко. Саске немного расслабляется от облегчения, и слезы текут из его глаз.

— Что, что случилось? — спрашивает Саске, прижимаясь лицом к груди брата.

— ... Саске, что ты помнишь?

Мальчик замирает в объятиях Зуко и не говорит ни слова в течение нескольких долгих мгновений.

— ... Саске?

Мальчик начинает дрожать.

Зуко пытается отодвинуть Саске от своей груди, чтобы увидеть его лицо. Но мальчик не шевелится. Он смотрит на Тоф, которая стоит рядом с торжественным выражением лица. Она пожимает плечами, когда чувствует его взгляд.

— Саске… Теперь будет… тяжело. Теперь, когда Фугаку… ну… Я единственный, кто может стать главой клана, понимаешь? — объясняет Зуко, пытаясь оценить реакцию брата.

Саске отталкивает брата, но остается рядом, глядя на него слезящимися, опухшими глазами. Он выглядит отчаянным и растерянным.

— . . . Мы все переедем в многоквартирный дом, который нам дает третий... По крайней мере, на время.

— А-а как же усадьба?

— Мы не вернемся в усадьбу, по крайней мере, в ближайшее время.

Саске в шоке, он отступает от Зуко.

— Что ты имеешь в виду!? Это наш дом, мы не можем просто... мы не можем просто так уехать! — кричит мальчик в ярости.

— Саске! Нам всем будет плохо, если мы вернёмся туда так скоро!

— Нет! Я хочу вернуться! Я хочу вернуться и остаться! Я не хочу покидать комплекс! Я... Я... Как ты мог?

— Комплекс все еще в руинах, никому не будет пользы от нашего возвращения! Разве ты не понимаешь, как это будет плохо?

— А, так ты больше не заботишься о нашем клане, теперь, когда... когда все погибли?

— Откуда ты это взял? Нет, Саске, я забочусь о клане, и именно поэтому я так поступаю, — отчаянно пытается объяснить Зуко. Он чувствует руку на плече и поворачивается, чтобы посмотреть на Тоф.

Правильно, ему нужно взять себя в руки.

Он делает глубокий вдох и, прежде чем Саске может снова наброситься на него, перебивает его.

— Я не сдамся, никто не вернется в лагерь, пока он не будет очищен, а мертвые не будут похоронены, и мы все не будем в здравом уме, чтобы вернуться, если кто-то из нас захочет, — заявляет он, говоря ясно и громко.

Саске смотрит на него с чувством предательства, прежде чем поворачивается и идет к своей кровати, чтобы лечь.

— Уходи! — кричит он.

— Саске...

— Нет! Я не хочу тебя видеть!

Зуко протягивает руку, не зная, что делать, но через мгновение опускает ее.

Саске всего лишь ребенок, он не знает, как реагировать на все это. Он жил хорошей, счастливой, привилегированной жизнью и еще не знает, как справиться с этим. Зуко знает, каково это, он тоже был в такой ситуации, потеряв все. Он даст своему брату немного времени, а потом они начнут разговаривать и залечивать раны.

Зуко делает глубокий вдох, прежде чем выдохнуть.

Он поворачивается к врачу, который стоял и спокойно наблюдал за происходящим, с грустью в глазах.

— Учиха-сама, ваш брат в хорошем физическом состоянии. Конечно, есть последствия нападения, о которых нужно беспокоиться, и то, что...сделал, — его лицо становится холодным, — но... он должен быть готов уйти сегодня.

Зуко не хочет затрагивать реакцию врача на упоминание Итачи. Он действительно не хочет об этом думать.

Поэтому он кивает и выходит из комнаты.

Тоф остается.

Он не знает, что она делает, но ему нужно уйти на минутку. Она легко его найдет.

Он идет к стойке регистрации, и там он видит Хокаге и его охранников, которые, вероятно, направляются в его комнату.

— А, Учиха-сама, я как раз шел поговорить с вами, показать вам, где теперь будет жить ваша семья, — говорит он. И да, Зуко был прав насчет его намерений.

Теперь нужно выяснить, где они будут жить и кто может покинуть больницу.

***

http://tl.rulate.ru/book/138928/6933804