Готовый перевод Умирая от старости, и во мне пробудился дух долголетия / Умирая от старости, и во мне пробудился дух долголетия: Глава 49

- Брат Вэй! Ты обязательно поправишься! – Линь Юнь рухнул на колени, глаза его были затуманены слезами, голос охрип.

Вэй Дянь тяжело вздохнул:

- Отправляйся немедленно в уездный город, найди Тан Цинюня. Расскажи ему обо всём, что здесь произошло.

***

Уездный город, Поместье Тан.

Но!

Яростный конь галопом подлетел к воротам Поместья Тан. Привратник, едва завидев его, поспешил к коню, чтобы взять под уздцы.

- Второй господин.

- Угу.

Тан Цинюнь ловко спрыгнул с коня, передал поводья привратнику и тут же вихрем ворвался в главные ворота. Он миновал череду величественных дворов, пока наконец не добрался до уединённого флигеля.

Во дворе, за пределами спальни, Тан Цинфэн, облачённый в лёгкую одежду, всё ещё практиковал искусство поддержания жизненных сил под порывами ночного ветра. Увидев Тан Цинюня, он тотчас же остановился.

- Второй брат, что привело тебя столь поздно?

- Старший брат.

Хотя Тан Цинюнь был крайне встревожен и спешил, он всё же почтительно поклонился Тан Цинфэну, сложив руки в приветствии.

- Отец уже уснул?

- Приёмный отец только что лёг отдохнуть. Что случилось, второй брат, у тебя что-то срочное?

Тан Цинюнь на мгновение замялся, раздумывая, стоит ли входить и беспокоить отца.

В этот самый момент из комнаты послышался старческий голос:

- Это Цинюнь вернулся? Заходи скорее, согрейся, я ещё не сплю.

После этого Тан Цинюнь вместе с Тан Цинфэном вошёл внутрь. Комнату освещал тусклый свет керосиновой лампы, рядом с кроватью стояла горячая печь-буржуйка, и во всём помещении было тепло и уютно. А на кровати, прислонившись к изголовью, сидел седовласый старик в исподнем.

Это был не кто иной, как старейшина семьи Тан, основатель Поместья Тан – Тан Чжэнъян.

Тан Чжэнъян был очень стар, намного дряхлее, чем Се Ань во время своего инсульта. Возможно, благодаря тому, что он был мастером внутренних боевых искусств и долгие годы практиковал искусство поддержания жизненных сил, он всё ещё сохранял достаточно бодрости духа.

После краткого обмена любезностями Тан Цинюнь сразу перешёл к делу:

- Отец, я только что получил известие: Зал Белого Пера сегодня ночью окружил резиденцию Чэней...

Благодаря информации, предоставленной Линь Юнем, Тан Цинюнь смог восстановить почти полную картину событий в резиденции Чэней. Тан Цинюнь так спешил к отцу лишь потому, что знал... его отец был личным учеником Ли Чанчуня. Поскольку это дело касалось отца, он не мог не сообщить ему об этом в первую очередь.

Закашлялся. Тан Чжэнъян вдруг сильно закашлялся.

- То, что должно было произойти, всё же произошло...

Тан Цинюнь спросил:

- Отец, что ты имеешь в виду?

Тан Чжэнъян глубоко вздохнул:

- Эту гробницу мы с моим старшим братом-учеником построили когда-то давно. Кроме нас двоих, никто не знает местоположения гробницы. Более того, когда мы запечатывали вход, мы использовали Искусство Яшмовой Чистоты, чтобы заблокировать его. Обычные расхитители гробниц, даже если бы и нашли её, не смогли бы открыть дверь.

Тан Цинюнь внезапно что-то осознал:

- Ты хочешь сказать... эта древняя гробница не была случайно обнаружена семейством Чэнь, а их к ней кто-то привёл?

- Несомненно, так и есть!

Тан Чжэнъян тяжело вздохнул:

- Эта вещь ведь с учителем в гробницу вошла... Её нельзя доставать, никак нельзя...

Сказав это, Тан Чжэнъян, превозмогая слабость, приподнялся и сел:

- Быстрее, отведи меня в резиденцию Чэней, нужно всё увидеть.

**Глава 70: Несмотря на бушующие волны**

Между тем, Се Ань и Чжан Линь, подгоняя своих скакунов, возвращались на Чёрный рынок. Дорога прошла гладко, никаких происшествий не случилось. Се Ань, будучи главным победителем этой ночи, узнал о происхождении сокровища небожителей и способ открытия его шкатулки. Он сгорал от нетерпения вернуться и исследовать сокровище, чтобы убедиться в правдивости слов Сливового Чудака.

Едва он прибыл в свой уединённый флигель, как увидел Лян Чжи, который с обеспокоенным видом поспешил к нему навстречу.

- Начальник, наконец-то вы вернулись! Мы все так волновались за вас.

Се Ань, заметив искреннюю заботу в глазах Лян Чжи, почувствовал облегчение и кивнул:

- Я в порядке. Можете возвращаться к своим делам. И, кстати, пусть молодёжь усилит патрулирование.

Отправив Лян Чжи восвояси, Се Ань закрыл ворота двора, затем отправился на кухню, делая вид, что разжигает огонь для приготовления еды. Когда повалил дым из трубы, Се Ань приподнял синий камень на полу рядом с очагом, где стоял кувшин с водой, и вытащил из-под него мешочек из грубой ткани. Открыв мешочек, он обнаружил ту самую шкатулку с сокровищем небожителей. Вновь увидев эту шкатулку, Се Ань ощутил волнение.

– Я-то думал, для открытия шкатулки нужен настоящий ключ, а оказалось, что требуется овладеть Искусством Яшмовой Чистоты…

Он опустил голову и внимательно осмотрел замочную скважину размером с мизинец. Чем дольше он на неё смотрел, тем больше понимал, что что-то в ней не так. Во-первых, эта скважина была непривычно большой и совершенно не соответствовала пропорциям самого замка. Как ни посмотри, она выглядела крайне странно. Во-вторых, форма скважины тоже была необычной, она в точности повторяла форму человеческого мизинца.

Се Ань прожил в этом мире более тридцати лет, будучи опытным оценщиком древностей, прекрасно разбирающимся в замках всех династий прошлого. Но он никогда прежде не встречал столь причудливой замочной скважины.

В его голове невольно зародилась абсурдная мысль:

– Практиковать Искусство Яшмовой Чистоты, а затем просто засунуть мизинец в замочную скважину... и с щелчком повернуть?

Чем больше он об этом думал, тем сильнее убеждался, что это вполне может быть правдой.

– Отверстие этой скважины, и вправду, очень похоже на то, куда можно просунуть мизинец... По словам Сливового Чудака, Искусство Яшмовой Чистоты изначально было практикой поддержания жизненных сил, но позже было усовершенствовано культиваторами и стало могущественной техникой для мира боевых искусств. Я сам неплохо разбираюсь в практиках поддержания жизни и довольно хорошо их освоил. Почему бы не попробовать?

При этой мысли сердце Се Аня наполнилось предвкушением.

Он не стал сразу просовывать мизинец внутрь, ведь это сокровище небожителей имело весьма серьёзное происхождение. А вдруг, просунув палец, он спровоцирует какой-нибудь скрытый механизм в замке, который с хрустом переломит ему палец... Тогда это будет уж слишком большая цена. Хотя палец и не так ценен, как второй брат, и потеря одного не смертельна, всё же лучше не терять его, если есть такая возможность.

Се Ань нашёл деревянную палочку, с помощью кинжала обтесал её до формы и длины мизинца, а затем осторожно просунул в отверстие. При этом Се Ань внимательно прислушивался к звукам внутри замочной скважины. Палочка вошла легко, без всяких помех. Се Ань медленно повернул палочку, действуя по наитию. Хотя он и сомневался, что замок откроется, всё же теплилась ничтожная надежда услышать заветный щелчок. Даже если бы замок не открылся, любая информация о скважине, полученная таким образом, была бы ценной.

И тут…

Щёлк!

Но Се Ань сразу понял: это был не металлический щелчок механизма замка, а... звук сломанной палочки. Это по-настоящему испугало Се Аня; опасаясь, что могут сработать другие механизмы шкатулки с сокровищем небожителей, он поспешно бросил её на пол, одновременно отступив на два шага назад, чтобы настороженно наблюдать.

Долго разглядывал шкатулку с волшебным сокровищем. Убедившись, что никаких других ловушек он не активировал, наконец выдохнул с облегчением. Снова взял шкатулку, постучал по замку, и из него выпал огрызок деревяшки.

Место слома было идеально ровным, словно отполировано до зеркального блеска. Похоже, внутри замка были острые лезвия, способные разрезать дерево насквозь.

Се Аня пробрала дрожь: хорошо, что он был так осторожен. А ведь мог сунуть туда большой палец… Страшно было даже подумать.

Подавив волнение, Се Ань проанализировал произошедшее: он вспомнил, что когда вставлял деревяшку, чувствовал некое препятствие. Нужно было как-то повернуть или нажать, чтобы замок открылся. Деревяшка не гнётся, ей далеко до гибкости пальцев.

– Похоже, Мэйхуа Гуай был прав. Нужно тренировать это… Искусство Чистого Нефрита, чтобы научиться собирать внутреннюю энергию в кончиках пальцев, не давая ей рассеяться. Только тогда можно засунуть мизинец и, повернув или нажав что-то, открыть это волшебное сокровище.

Даже если Искусство Чистого Нефрита каким-то чудом и удастся добыть, то осваивать его придётся, наверное, очень долго, прежде чем появятся хоть какие-то результаты. Может, десять лет, а может, и все десятки… В конце концов, такие великие люди, как Ли Чанчунь и Старый Господин Тан, всю жизнь посвятили Искусству Чистого Нефрита, но так и не нашли своего бессмертия. Это доказывает, что, каким бы прекрасным оно ни было, освоить его невероятно сложно.

При этой мысли Се Ань не мог не вздохнуть. Волшебное сокровище, конечно, прекрасно, но вот времени, чтобы его открыть… потребуется слишком много. Хотя у Се Аня теперь есть дар долголетия, и в запасе у него целых тридцать три года, провести несколько или даже десятки лет в мучениях ради открытия какой-то там шкатулки – это слишком тяжело. В столь долгих скитаниях по жизни у обычных людей такое терпение просто немыслимо.

К счастью, Се Ань был человеком невозмутимым. Он быстро пришёл в себя и начал обдумывать другую проблему.

– Ли Чанчунь слыл учеником самого Сына Неба из прошлой династии, да ещё и выдающимся последователем Учения Вечной Жизни. Зачем ему тащить это сокровище в могилу? Он ведь сам практиковал Искусство Вечной Весны, неужели ему так и не удалось открыть шкатулку? – размышлял Се Ань. – Мэйхуа Гуай говорил, что лишь двое его личных учеников видели это сокровище, и именно они похоронили Ли Чанчуня. Почему они не забрали его себе? Это же волшебный артефакт… целое Прибежище Оживших Трупов с ума сходит, мечтая заполучить такой бесценный клад!

Размышляя так, Се Ань начал подозревать, что с этим волшебным сокровищем не всё так просто. По крайней мере, оно не столь прекрасно, как кажется тем, кто о нём мечтает. Наверняка в нём есть какой-то изъян или скрытая опасность. Иначе почему ученики Ли Чанчуня не взяли это волшебное сокровище себе? И почему скрывают место его захоронения?

И тут в голове Се Аня возникла мысль, от которой ему стало по-настоящему жутко: а что, если внутри этого сокровища заперто что-то злое и ужасное?

[Глубоко вздохнув,] Се Ань почувствовал, как спокойствие покидает его. У него даже промелькнула мысль выбросить это сокровище, но в итоге он всё же не смог этого сделать.

– Глупо выбрасывать волшебное сокровище, которое уже у тебя в руках. Тем более что, если оно лежит у воды, то меняет её свойства и помогает мне быстрее осваивать Искусство Поддержания Жизни. Пусть это сокровище будет мне как лекарство.

Приняв решение, Се Ань снова закопал шкатулку с сокровищем под чан с водой. Сверху он прикрыл её плитой из голубого камня. Рядом с чаном земля всегда была влажной, так что следы недавних манипуляций вскоре смоются каплями воды, и ничего не будет заметно.

Тут же Се Ань зачерпнул тыквенным черпаком воды и жадно отпил.

– И правда, стоило шкатулке полежать рядом с чаном, как вода изменилась.

После всех ночных треволнений Се Ань был измотан до предела. Как только отступило возбуждение от находки, его тут же окутала волна усталости. Едва проглотив большую порцию воды, Се Ань ощутил, как по телу медленно разливается тёплая волна. Усталость отступила почти полностью.

Се Ань сел на длинную скамью, скрестив ноги, и начал практиковать Искусство Эмбрионального Дыхания.

– Как только я достигну ощущения внутренней энергии, можно будет отправиться в Крепость Семьи Тан за той возможностью… за Искусством Чистого Нефрита!

После произошедшего в Поместье Чэней Се Ань осознал, что история с волшебным сокровищем затронула слишком много сторон. В неё был вовлечён даже Фан Байюй. Если Фан Байюй обнаружит, что сокровища нет, кто знает, какой переполох он поднимет. Се Ань ждал дальнейших действий от Фан Байюя…

Хотя Се Ань считал, что всё сделал безупречно, он понимал, что это были лишь мелкие хитрости. И радоваться особо нечему. Только обладая достаточной силой, можно иметь козырь на случай непредвиденных обстоятельств. Только так лежит истинный путь к долголетию. И пусть бушует гроза, если силы достаточны, ты будешь сидеть спокойно, словно на рыбацком причале.

## Глава 71. Гроб Ли Чанчуня

Наступил рассвет. Восходящее солнце рассеяло туман, окутывавший Городок Фонарей на Воде. Городок Фонарей на Воде, затихший на ночь, снова ожил: торговцы несли товары на базар, раскладывали их на прилавках. Люди сновали туда-сюда непрерывным потоком.

Разгром Поместья Чэней пока остался незамеченным и не вызвал большого шума.

Медленно, въехала в Городок Фонарей на Воде карета. И остановилась она у задних ворот Поместья Ли. Когда занавеска была откинута, из кареты по очереди вышли трое. Двое из них были не кто иные, как Тан Цинъюнь и Тан Цинфэн. Последним вышел Тан Чжэнъян, одетый в чёрный танский костюм.

– Приёмный отец, позвольте я вам помогу.

– Не надо.

http://tl.rulate.ru/book/138481/6830756