Готовый перевод Part-Time Artist / Артист на полставки: Глава 52

Проводив взглядом уходящего Цзян Чэна, Линь Чжибай тихо выдохнул.

Он, фактический владелец «Куньпэн-Инвест», теперь успешно надел маску частного фонда — статус, который не нужно было афишировать.

Спустя более двух месяцев второй этап плана Линь Чжибая по борьбе за наследство можно было считать официально запущенным. Теперь он мог действовать одновременно и изнутри, и снаружи: с одной стороны, спокойно развиваться самому, с другой — тайно и явно помогать своей семье.

Однако в будущем ему придётся сократить частоту встреч с Цзян Чэном.

Цзян Чэн теперь был его представителем, лицом «Куньпэн-Инвест», и в будущем он наверняка привлечёт широкое внимание развлекательных кругов Циньчжоу. Слишком частые контакты между ними могли навести кого-нибудь на подозрения.

Так совпало, что в этот день в академии не было занятий.

Линь Чжибай решил съездить домой, навестить родных.

Он добрался до семейной виллы уже после обеда. Отец, только что вернувшийся с работы, увидел, что Линь Чжибай сидит в кресле во дворе и читает книгу. Он невольно улыбнулся и присел рядом с младшим сыном.

— Что читаешь?

— Учебник по композиции.

Линь Чжибай отложил книгу. В свободное время он постоянно читал литературу по композиции и уже не был тем новичком, что ничего не понимал.

— И вправду повзрослел, — с улыбкой сказал Линь Дун. — Только на первом курсе, а уже есть своя работа, да ещё и такая успешная. Гораздо лучше, чем я, твой старик. Я на первом курсе и не знал, чем заняться.

— А как у тебя сейчас с работой, пап? — с заботой спросил Линь Чжибай.

— Жду новостей от производственного отдела, — с ноткой безысходности ответил Линь Дун.

— От производственного отдела?

— Наш производственный отдел в «Мифе» постоянно получает разные сценарии. Продюсеры выбирают из них те, что считают ценными, и связываются с подходящими режиссёрами для съёмок. В этом году я просмотрел несколько сценариев, но ни один меня особо не впечатлил, вот и решил подождать, может, позже появится что-то стоящее.

Раньше Линь Дун не говорил с сыном о работе.

Но теперь, когда Линь Чжибай становился всё более зрелым, Линь Дун, как отец, был рад поделиться с ним своими мыслями.

— То есть… — задумчиво произнёс Линь Чжибай, — сценарист — это как композитор, а режиссёр — как певец?

— Всё же есть разница, — объяснил Линь Дун. — Композиторы обычно подписывают долгосрочные контракты с развлекательными компаниями, а сценаристы больше похожи на наёмников: сегодня они могут работать с одной компанией, а завтра — уже с другой. Конечно, у «Трёх гигантов» есть и свои штатные сценаристы.

Сделав паузу, Линь Дун добавил:

— Но в целом твоё сравнение верное. Статус именитого сценариста эквивалентен статусу композитора-короля в вашем музыкальном мире. В конце концов, в кино- и телеиндустрии всё вертится вокруг сценариста, поэтому за сценарии от звёздных авторов «Три гиганта» устраивают настоящие битвы.

— Это как с песнями ваших композиторов-королей.

— Певцы ведь тоже борются за право их исполнить?

— К сожалению, даже если «Миф» и заполучит работу такого звёздного сценариста, снимать её доверят не мне. Твой второй дядя — один из топ-менеджеров компании и по совместительству глава производственного отдела. Как распределять сценарии от больших авторов, обычно решает он. Если только сам сценарист не будет против.

Сказав это, Линь Дун улыбнулся:

— Не обращай внимания на это брюзжание, я просто болтаю с тобой о том о сём.

— Золото всегда будет сиять, — утешил Линь Чжибай отца.

Как член семьи, Линь Чжибай видел некоторые сериалы, снятые его отцом.

У этих работ обычно были высокие оценки критиков, но довольно средние рейтинги. Как говорится, хвалили, но не смотрели. Однако Линь Чжибай считал, что как режиссёр его отец был очень способным, просто, как говорится, «искусной хозяйке трудно сварить кашу без риса».

Этот второй дядя перекрывал ему кислород.

Как и сказал отец, на Синей Звезде в кино- и телеиндустрии царила система, где главную роль играл сценарист.

Это означало, что в процессе производства ведущая роль отводилась именно ему.

На съёмочной площадке актёры больше всего боялись обидеть именно сценариста.

Потому что если обидеть режиссёра, тебя в худшем случае отругают. Заменить актёра сложно, ведь у него уже подписан контракт.

Но если обидеть сценариста?

Твоя роль может в одночасье исчезнуть из сюжета или вовсе закончиться смертью персонажа.

Перо — в руках сценариста, и сколько экранного времени будет у актёра, решает только он.

Звёздные сценаристы могли даже сами выбирать актёров, а самые влиятельные — и вовсе заменить режиссёра, навязанного инвесторами. Их высокий статус в индустрии был очевиден.

К слову, не стоит думать, что на Земле везде правили режиссёры.

Над режиссёрами всегда стояли продюсеры и инвесторы.

Но в целом в материковом Китае режиссёры действительно имели большой вес, в отличие от гонконгской телеиндустрии, где чаще всего всем заправлял главный продюсер.

В Европе и Америке всё было ещё сложнее: там существовали и режиссёрская, и сценаристская, и продюсерская модели.

Кроме того, многие наверняка смотрели корейские дорамы.

Так вот, корейские дорамы — это типичный пример сценаристской модели.

Благодаря такому подходу, ориентированному на контент, корейская волна после двухтысячных годов набрала огромную популярность и даже начала культурную экспансию, пока корейские сериалы не захватили мировой рынок.

Конечно, это касалось телевидения.

Если говорить о киноиндустрии Синей Звезды, то там звёздные режиссёры всё же могли потягаться с господами сценаристами, ведь кино — это не только искусство сценария, но и искусство света и тени.

В общем и целом, быть режиссёром на Синей Звезде было довольно тяжело, приходилось часто считаться с мнением сценаристов.

— Будем надеяться, — Линь Дун похлопал Линь Чжибая по руке.

Линь Чжибай улыбнулся и посмотрел вдаль.

Согласно плану, Цзян Чэн уже должен был вот-вот передать сценарий «Бешеного порыва» в руки одного из продюсеров «Мифа».

Сценаристская модель телеиндустрии Синей Звезды.

Эта система ограничивала права таких режиссёров, как его отец, но для Линь Чжибая она открывала огромное пространство для манёвра.

Готовьтесь к «Бешеному порыву».

А в другом конце этого же города.

Чжао Лэй, сотрудник производственного отдела «Миф-Энтертейнмент», после работы ехал домой в машине с водителем. Он сидел с закрытыми глазами, отдыхая, как вдруг ему поступил звонок с незнакомого номера.

— Кто это?

— Здравствуйте, господин Чжао. Позвольте представиться, меня зовут Цзян Чэн, я представитель „Куньпэн-Инвест“, — раздался голос на том конце провода.

— «Куньпэн-Инвест»?

Чжао Лэй знал руководителей многих инвестиционных компаний, но о «Куньпэн» слышал впервые.

— Наша компания только что основана, так что неудивительно, что господин Чжао о нас не слышал. У меня есть сценарий, не знаю, заинтересует ли он вас?

— Чья это работа? — в душе Чжао Лэя затеплилась надежда. Ему часто поступали подобные звонки. Раз уж этот человек смог достать его номер, значит, у него были определённые связи.

— Сценарист — учитель Неспящий маркиз, — Цзян Чэн, как и велел босс, указал автором сценария именно этот псевдоним. Профессии писателя и сценариста были близки, так что это выглядело вполне логично. — Учитель Неспящий маркиз — очень выдающийся…

— Прошу прощения, но я впервые слышу об этом писателе, Неспящем маркизе, — прервал его Чжао Лэй, уже потеряв к сценарию интерес. Он нашёл предлог: — Я сейчас немного занят. Господин представитель, можете отправить часть сценария мне на почту, я посмотрю, когда будет время.

— Хорошо, спасибо за ваше время. До свидания.

В голосе собеседника не было заметно никаких эмоций, и он повесил трубку так же решительно, даже не спросив адрес его электронной почты.

Какой самоуверенный.

Это немного удивило Чжао Лэя.

Обычно представители инвестиционных компаний, желающие сотрудничать с «Миф-Энтертейнмент», пытались его уговорить, расхваливая свой сценарий и умоляя обязательно его прочитать.

Но звонок уже был завершён, и Чжао Лэй не придал этому значения, продолжая отдыхать с закрытыми глазами.

Однако водитель Чжао Лэя, остановившись на светофоре, вдруг обронил:

— Рассказы Неспящего маркиза довольно интересные.

Водитель был дальним родственником Чжао Лэя из его родного города, и иногда они могли перекинуться парой слов.

— Он очень известен? — Чжао Лэй открыл глаза. Он знал многих известных писателей, но о Неспящем маркизе ничего не помнил.

— Кажется, новичок, — подумав, ответил водитель. — Наверное, дебютировал совсем недавно. Вы же знаете, я люблю в свободное время почитать что-нибудь, вот и наткнулся на его работы.

— Ясно, — бросил Чжао Лэй, но в этот момент его телефон звякнул, оповещая о новом письме.

Отправителем был Цзян Чэн, представитель «Куньпэн-Инвест».

Чжао Лэю стало забавно.

Этот представитель «Куньпэн-Инвест», похоже, и вправду был не промах. Мало того, что достал его номер телефона, так ещё и знал адрес его почты.

У таких людей обычно были серьёзные связи.

Неудивительно, что он так уверенно держался по телефону.

Подумав, что до дома ещё ехать и ехать, Чжао Лэй решил принять файл со сценарием и бегло его просмотреть, просто чтобы убить время.

При обычных обстоятельствах Чжао Лэй не стал бы читать сценарии от подобных сценаристов-новичков.

Дело было не в том, что он презирал новичков, и не в том, что он был безответственным работником.

Люди, закрепившиеся в «Миф-Энтертейнмент», были не из простых. Просто статус и должность Чжао Лэя были таковы, что ему ежедневно приходилось иметь дело с огромным количеством сценариев.

Если бы он читал всё подряд, то точно умер бы от переутомления!

Не говоря уже о том, что сейчас было его нерабочее время, и он устал после целого дня.

Поэтому обычно Чжао Лэй сначала отдавал работы неизвестных сценаристов на проверку своим подчинённым, которые отбирали что-то стоящее и передавали ему. Сам он лично просматривал только работы уже состоявшихся авторов.

Но этот Цзян Чэн так хорошо подготовился, раздобыв и его номер, и почту, что это немного его заинтриговало.

После того как файл скачался, Чжао Лэй увидел основную информацию на первой странице сценария.

Сценарий: «Бешеный порыв»
Жанр: Полицейский боевик / Городской / Криминал
Количество серий: 43

Кроме этого, там было представлено описание двух главных героев и краткий синопсис.

В синопсисе Чжао Лэй не увидел ничего особенного. Как и во многих полицейских драмах, отправной точкой служила официальная кампания по борьбе с организованной преступностью, а основной целью — поимка некоего криминального авторитета.

А вот описание главного героя, Ань Синя, несколько удивило Чжао Лэя.

«Нестандартный образ для главного героя».

Главный герой, Ань Синь, оказывается, не был обычным рядовым следователем?

В полицейских драмах подобного типа главный герой обычно был сотрудником низшего звена, максимум — капитаном отдела.

А вот статус Ань Синя был особенным, точнее, у него были очень влиятельные покровители. Зрителям такое наверняка понравится — всем импонируют герои, за которыми кто-то стоит, это придавало истории оттенок «крутого боевика».

Далее шёл основной текст.

Время, место действия, диалоги — всё было оформлено по стандартному сценарному шаблону.

Первая серия начиналась с представления места под названием «Цзинхай».

Недавно в Цзинхае прошла операция по борьбе с преступностью, многолетние криминальные группировки были ликвидированы, а власти конфисковали огромные средства. Но кто бы мог подумать, что омут в этом месте был гораздо глубже, чем казалось.

В городе всё ещё существовали преступные силы.

Получив донос, вышестоящее ведомство направило в город инспекционную группу во главе с неким Сюй Чжуном с приказом во что бы то ни стало выкорчевать преступность в Цзинхае с корнем.

Перед отъездом Сюй Чжуна особо предупредили:

Начинать распутывать клубок следует с корпорации «Цяншэн».

Корпорация «Цяншэн» была крупным предприятием с чрезвычайно сложными социальными связями. Её президент, Гао Цицян, был главой делового мира Цзинхая, и его влияние в регионе было огромным.

Инспекционная группа прибыла в Цзинхай.

Затем на сцене появился главный герой, Ань Синь, и его пути пересеклись с группой Сюй Чжуна.

Этот молодой, но уже седовласый герой через воспоминания переносил историю на двадцать лет назад.

В тот год.

Президент корпорации «Цяншэн», Гао Цицян, был всего лишь торговцем рыбой.

Из-за драки на него донесли, и Гао Цицян под самый Новый год попал в следственный изолятор.

В ту ночь дежурил как раз Ань Синь.

С этого момента началось взаимодействие двух главных героев — представителя закона и будущего короля преступного мира.

Чжао Лэй читал сценарий. Как опытный продюсер, он понимал, что именно с этого момента история по-настоящему начиналась.

Интрига в завязке была очень сильной.

Почему главный герой, Ань Синь, имевший солидную поддержку в системе, через двадцать лет оказался полностью седым?

И наоборот.

Второй главный герой, Гао Цицян, начинал как простой торговец рыбой, который поначалу не мог удержать даже свой ларёк.

Рыночные хулиганы всего лишь немного поднажали — и отправили его в изолятор под Новый год.

Спрашивается, как такой человек с самого дна общества смог всего за двадцать лет стать главарём самой глубоко законспирированной преступной группировки в городе Цзинхай?

«Хм-м…»

Чжао Лэй почувствовал, как в нём просыпается интерес к дальнейшему развитию сюжета. Он поудобнее устроился в кресле и отбросил своё первоначальное безразличие.

«А это уже интересно…»

http://tl.rulate.ru/book/138257/7738224