Ранняя пятница, 19 июня 1996 года
Время было где-то между полуночью и рассветом, но никто в Атриуме Министерства не зевал. Гермиона , разумеется, не зевала - она слишком сильно мучилась от проклятия Долохова. Эта же агония объясняла, почему Лу́на Ла́вгуд наполовину несла Гермиону из Отдела тайн в Атриум.
В Атриуме Гермиона увидела двойную дуэль Волан-де-Морта: Волан-де-Морт против Гарри и Волан-де-Морт против Дамблдора.
Гермиона прошептала Луне: "Я не хочу, чтобы Гарри умер! Будь я в добром здравии, сейчас бы я тоже пыталась убить Змееуста. И Беллатрису, которая стояла слева от Волан-де-Морта, а справа от Гермионы, - которая убила крестного отца Гарри".
Гермиона поморщилась, а затем добавила: «Но мне слишком больно».
«Поверь мне, - так же тихо ответила Лу́на, - все образуется».
Гермиона, вынужденная теперь быть не бойцом, а зрителем дуэлей Волан-де-Морта, с неудовольствием заметила, что в то время как Волан-де-Морт пытался убить директора (и пытался убить Гарри), заклинания, которые Дамблдор посылал Волан-де-Морту, были эффектными, но совсем не смертоносными. Честно говоря, заключить Темного Лорда в шар с водой?
Внезапно от Волан-де-Морта в сторону Гарри метнулся дымчатый сгусток. Но этот дымный сгусток исходил не из палочки Волан-де-Морта, а из его груди. Гарри поставил щит Протего...
-но Лу́на тихо произнесла «Фейонванд», бесстрастно произнося заклинание не своей рукой. Заклинание Лу́ны послало в сторону лавандовый щит, который завис перед щитом Протего Гарри. Когда дымчатый сгусток попал в щит Лу́ны, он отскочил назад и вскоре вновь вошел в грудь Волан-де-Морта. Тем временем лавандовый щит Луны исчез.
Волан-де-Морт прорычал: «Будь тыпроклят, предатель крови Лавгуд».
Лу́на мечтательно улыбнулась.
Гермиона спросила Луну: «Что это за штука, которой Волан-де-Морт выстрелил в Гарри?»
Лу́на ответила легко, совершенно беззаботно: "Сами-Знаете-Кто пытался овладеть Гарри. Я ему не позволю".
Еще дважды из груди Волан-де-Морта вырывался дымчатый сгусток, летел к Гарри и пытался войти в его грудь; еще дважды Луна произносила заклинание «Феонванд» и создавала щит из лаванды, который отбрасывал дымчатый сгусток обратно к Волан-де-Морту, а затем исчезал.
Волан-де-Морт зло усмехнулся, глядя на Луну, и сказал: "Неважно. Я вернусь к проверенному средству". Пока Волан-де-Морт продолжал насмехаться над Луной, его палочка взмахнула и направилась на Гарри. «Авада Кедавра».
В то же время рука Лу́ны без палочки взметнулась и вскоре была направлена на Волан-де-Морта. «Фейоншлангех», - произнесла Лу́на, почти слишком тихо, чтобы Гермиона могла услышать.
Лимонно-желтое заклинание Лу́ны не попало в Волан-де-Морта - оно прошло перед ним. Вместо этого заклинание Лу́ны столкнулось с вылетевшим Убийственным проклятием Волан-де-Морта через мгновение после того, как проклятие покинуло его палочку.
****
Волан-де-Морту захотелось презрительно рассмеяться над ребенком Ксенофилиуса. Девочка, прежде чем произнести смертельное заклинание, убедись, что оно правильно направлено. Волан-де-Морту даже не понадобилось ставить щит-заклинание, настолько плохо Лавгуд целилась.
Вот это был сюрприз! Лимонно-желтое заклинание девушки столкнулось с зеленым Убийственным проклятием Волан-де-Морта, и оба заклинания вступили во взаимодействие. Проклятие Волан-де-Морта отклонилось немного вправо, а его цвет стал светло-голубым.
Тем временем Поттер уклонился влево, а Волан-де-Морт - вправо. Если бы Убивающее проклятие не было отклонено, АК пролетел бы мимо Поттера. Вместо этого отклоненное светло-голубое заклинание попало в грудь Поттера под его вытянутой правой рукой.
Грудь Поттера превратилась в камень. Менее чем через секунду после этого все тело Поттера превратилось в камень. Точнее, превратилось в мрамор.
Затем Поттер поднялся, и под его мраморными ногами образовалось цилиндрическое мраморное основание.
Волан-де-Морт улыбнулся. Мраморная статуя не представляла для него никакой опасности.
«ТЫ БАСТАРД!» крикнула подруга Поттера по Грязнокровке (девушка?). " Бхишпайцут! Шняштоксарт! Чехр вуп ройфсс!".
Услышав эти проклятия, Волан-де-Морт понял, что время игр закончилось. Сегодня Поттер не наложил на Волан-де-Морта ни одного смертельного заклинания, и Волан-де-Морт знал, что бородатый дурак никогда не наложит на «Тома» ничего вредного. Но злобный ведьмин друг Поттера не был столь высокомерен. Волан-де-Морт не распознал ни одного из заклинаний девушки, и это пугало.
Слева от Волан-де-Морта Беллатриса спросила: "Иккил Мадбвуд хочет побаловаться? Конфринго!"
Беллатриса наложила Взрывающее заклятие на Грязнокровку, которая тут же произнесла: «Bouclier en caoutchouc.» Перед девушкой образовался прозрачно-оранжевый щит.
Тем временем первые три проклятия Грязнокровки попали в щит Волан-де-Морта, а третье проклятие хрустнуло, что должно было быть невозможно.
Когда Взрывающее заклятие Беллатрисы попало в прозрачно-оранжевый щит грязнокровки Поттера, оно отскочило назад- Беллатриса была вынуждена уклониться от своего собственного проклятия.
Вслед за отскочившим от Беллатрисы Конфринго Грязнокровка тут же произнесла ещё одно проклятие из странных слов девушки, направленное на Беллатрису: «Doro thigai ail!».
В долю секунды между тем, как Грязнокровка бросила в Беллатрису своё проклятие, и тем, как Беллатриса должна была его Протего- заблокировать.
http://tl.rulate.ru/book/137953/6737607
Сказали спасибо 4 читателя