Готовый перевод The unknown Harry Potter. In space / Неизвестный Гарри Поттер. В космосе: Глава 20

Глава 20

Гарри понял, что последнее слово Шлем прогрохотал эхом по всей станции. Он сорвал Шлем и, ощущая невесомость, поплыл к столу "Гриффиндора". Он ликовал – его выбрали, не отправили в "Слизерин"! В эйфории он едва заметил овации и приветствия. Староста Перси подплыл и энергично пожал ему руку, а близнецы Уизли ликовали:

– Поттер с нами! Поттер с нами!

Гарри занял место напротив призрачного силуэта в гофрированном скафандре. Призрак похлопал его по плечу. Бррр: словно прикосновение к криогенной камере.

Теперь Гарри видел капитанский мостик. С краю сидел Огрид – он поймал взгляд Гарри и показал два больших пальца вверх. Гарри улыбнулся. В центре мостика, в гравитационном кресле, восседал Альбус Дамблдор – Гарри сразу узнал его по голограмме из космической конфеты. Серебристые волосы Дамблдора ярко сияли в полумраке зала. Гарри заметил и профессора Страунса, нервного юношу из "Дырявого Астероида". Его пурпурный шлем выглядел довольно забавно.

Оставалось распределить всего четверо. "Томас, Дин", темнокожий парень, еще выше Рона, занял место за столом "Гриффиндора". "Тёрпин, Лиза" направилась в "Когтевран", и настала очередь Рона. Бедняга позеленел от волнения. Гарри под столом скрестил пальцы, и Шлем провозгласил:

– "Гриффиндор"!

Гарри громко захлопал вместе со всеми, когда Рон плюхнулся на стул рядом.

– Молодец, Рон, отлично, – одобрил Перси Уизли; тем временем "Цабини, Блейза" отправили в "Слизерин". Профессор МакГонагалл свернула список и унесла Шлем.

Гарри посмотрел на пустую металлическую тарелку. Он только сейчас понял, как проголодался. Плазменные тыквы казались воспоминанием из другой жизни.

Альбус Дамблдор поднялся. Он смотрел на учеников с добротой, раскинув руки, и словно испытывал величайшее счастье оттого, что они все собрались вместе.

– Добро пожаловать! – провозгласил он. – Добро пожаловать на станцию "Хогварц"! Прежде чем начать трапезу, я хотел бы сказать несколько слов. А слова мои будут такие: Тютя! Рева! Рвакля! Цап! Спасибо!

Дамблдор сел. Все радостно закричали и захлопали; Гарри не знал, смеяться ему или нет.

– Он что – слегка не в себе? – с сомнением спросил он у Перси.

– Не в себе? – беззаботно переспросил Перси. – Да он гений! Величайший космомаг всех времен! Но он, признаю, слегка того. Протеиновые батончики, Гарри?

И тут Гарри не поверил своим глазам – столы ломились от еды. Он никогда не видел столько всего аппетитного: ростбиф, синтезированные куры, свиные и телячьи стейки, питательные смеси, стейк с беконом, дегидрированный картофель, жареный, картофельные чипсы, йоркширский пудинг, горошек, морковь, соусы и, по непонятным причинам, ментоловые леденцы.

Нельзя сказать, что Дурсль держали Гарри на голодном пайке, но он никогда не ел досыта. И все, что нравилось Гарри, всегда отбирал Дадли, даже если его от этого тошнило. Гарри наполнил тарелку всего понемногу (кроме леденцов) и стал есть. Все было невероятно вкусно.

– Выглядит аппетитно, – печально заметил призрак в скафандре, наблюдая, как Гарри режет стейк.

– А вам нельзя?

– Я не ел уже четыреста лет, – ответил призрак. – Конечно, мне и не нужно, но, признаться, по еде скучаешь. Ах да, я не представился? Сэр Николас де Мимси-Порпингтон, к вашим услугам. Резидент башни Гриффиндор.

– Я знаю, кто вы! – выпалил Рон. – Мне братья рассказывали. Вы – Почти Безголовый Ник!

– Я бы предпочел, чтобы меня называли сэром Николасом де Мимси… – холодно начал призрак, но его перебил Шеймас Финниган:

– Почти Безголовый? Что это значит?

Сэр Николас помрачнел – разговор явно пошел не в ту сторону.

– А вот что! – огрызнулся он, схватил себя за левое ухо и дернул. Голова откинулась на левое плечо, как на шарнирах. Видимо, кто-то пытался отделить голову сэра Николаса, но не довел дело до конца. Довольный произведенным эффектом, Почти Безголовый Ник вернул голову на место, откашлялся и сказал: – Итак, Первокурсники Гриффиндора! Надеюсь, с вами мы наконец выиграем Кубок? "Гриффиндор" так давно не побеждал. Слизеринцы забирают Кубок шесть лет подряд! Кровавый Барон стал невыносим – он обитает в "Слизерине".

Гарри посмотрел: за столом "Слизерина" маячил жуткий призрак с пустыми глазницами, изможденным лицом и в одежде, забрызганной серебристой жидкостью. Он сидел рядом с Малфоем, и Гарри с удовлетворением отметил, что тот не в восторге от такого соседства.

– А почему он весь в крови? – с любопытством спросил Шеймас.

– Я не уточнял, – тактично ответил Почти Безголовый Ник.

Когда все наелись, остатки еды испарились с тарелок, и посуда засияла чистотой. Вскоре появился десерт: глыбы крио-мороженого всех сортов и вкусов, яблочные пироги, пирожные с патокой, шоколадные эклеры, фруктовые батончики, клубника, желе, рисовый пудинг…

Пока Гарри уплетал пирожное с патокой, разговор зашел о семьях.

– Я полукровка, – объявил Шеймас. – Мой отец – мугл. Мама не признавалась, что ведьма, пока они не поженились. Он был в шоке.

Все засмеялись.

– А ты, Невилл? – спросил Рон.

– Меня воспитывала бабушка, она ведьма, – сказал Невилл. – Все думали, что я чистокровный мугл. Двоюродный дедушка Элджи пытался меня подловить и заставить колдовать – однажды вытолкнул с платформы в открытый космос, я чуть не задохнулся, – но ничего не получалось, пока мне не исполнилось восемь. Дедушка Элджи пришел в гости, схватил меня за ноги и вывесил из шлюза на втором уровне. А двоюродная бабушка Инид дала ему меренгу, и он нечаянно меня отпустил. Но я отскочил от пола, как мячик, – пролетел через весь сад до самого входа. Все так радовались, бабушка плакала, не знала, что и делать от счастья. Видели бы вы их лица, когда меня сюда приняли, – они думали, у меня магии не хватит. Дедушка Элджи был так доволен, что купил мне жабу.

Перси Уизли и Гермиона по другую сторону от Гарри обсуждали учебу: – Надеюсь, занятия начнутся сразу, главное – преобразования, хотя это, конечно, сложно…

– Начнете с простого: спички в иглы, вот такие вещи…

Гарри почувствовал усталость. Он посмотрел на капитанский мостик. Огрид с удовольствием пил из кубка. Профессор МакГонагалл разговаривала с Альбусом Дамблдором. Профессор Страунс в своем нелепом шлеме беседовал с другим преподавателем – крючковатый нос, сальные волосы, землистое лицо.

Все случилось внезапно. Преподаватель с носом крючком посмотрел Гарри прямо в глаза поверх шлема профессора Страунса – и шрам на лбу пронзила острая боль.

– Ай! – Гарри схватился за лоб.

– Что такое? – забеспокоился Перси.

– Н-ничего.

Боль прошла мгновенно. Но впечатление осталось – неизвестный преподаватель явно не испытывал к Гарри симпатии.

– Кто это разговаривает с профессором Страунсом? – спросил Гарри у Перси.

– А, ты уже знаешь Страунса? Неудивительно, что он нервничает: это профессор Злей! Он преподает изготовление эликсиров, но это не его призвание: он давно хочет занять место Страунса, все знают. Злей связан с темными силами.

Гарри еще немного понаблюдал за Злеем, но тот больше на него не смотрел.

Наконец десерты исчезли, и профессор Дамблдор снова встал. В зале воцарилась тишина.

– Э-кхм… Еще несколько слов, раз уж все подкрепились… Перед началом семестра хочу напомнить несколько правил. Первокурсникам следует знать, что внешний периметр станции закрыт для всех учащихся без исключения. Об этом стоит помнить и старшекурсникам. – Дамблдор посмотрел на близнецов Уизли. – Кроме того, наш смотритель мистер Филч просил напомнить, что использование магии в коридорах между занятиями запрещено. Далее: набор в команды по квиддичу состоится на второй неделе семестра. Желающие играть за свой факультет должны обратиться к мадам Самогони. И последнее: вход в отсек третьего уровня в правом крыле в этом году запрещен всем, кто не желает умереть мучительной смертью.

Гарри засмеялся, но немногие его поддержали.

– Он серьезно?

– Должно быть, – нахмурился Перси, не сводя глаз с Дамблдора. – Странно, обычно он объясняет, почему нельзя. Например, внешний периметр кишит космическими тварями… Он мог бы сказать это старостам…

– А теперь, прежде чем отправиться на боковую, мы исполним гимн станции! – объявил Дамблдор.

Гарри заметил, что улыбки на лицах преподавателей стали натянутыми.

Дамблдор взмахнул жезлом – легко, словно отгонял назойливую муху, – и из жезла вырвалась длинная золотая лента. Она взмыла над столами и начала извиваться, складываясь в слова.

– Выберите каждый свою любимую мелодию, – сказал Дамблдор, – и начнем!

И вся станция вразнобой затянула:

Хогварц, Хогварц, Хогги-Вогги-Хогварц,

Научи-и-и-и нас колдовать,

Пусть мы стары, пусть мы лысы

Иль юнцы мы белобрысы,

Всем нам очень пригодится

над наукой пострадать.

Знания у нас не густо, в головах

темно и пусто —

Тараканы, мыши, мухи, с паутиною на ухе,

Научи нас тем наукам, что никак

нельзя не знать,

Все, что знали, но забыли,

помогай нам вспоминать.

Постарайся нам помочь, а за это день и ночь

Обещаем мы учиться, мозг

почаще напрягать.

http://tl.rulate.ru/book/135861/6662448