«Это печь, которую я использую для обжига керамики. Она использует дрова для нагрева камеры обжига и требует довольно много топлива для достижения нужной температуры. Я прошу тебя не пытаться использовать ее самостоятельно, пока я не найду время, чтобы научить тебя, хорошо?» Она согласилась.
Гарри быстро разжег огонь и установил дымоход на первичный вытяжной канал, когда тепло начало подниматься, и с помощью Милли начал загружать печь керамикой. Как только это было сделано и он убедился, что температура огня была на нужном уровне, он изменил положение заслонки дымохода, чтобы направить тепло в камеру для обжига керамики.
— Так сколько времени нужно, чтобы керамика… пропеклась?
«В общем, это зависит от того, какой эффект я хочу получить и какие материалы использую. Для этой партии я думаю, что это займет не более нескольких часов. Есть график, по которому нужно следить за временем и температурой, хотя магия очень помогает».
«О?»
Да, благодаря магии семьи Поттеров я могу ускорить процесс сушки перед тем, как поместить изделия в печь для обжига». Затем он продолжил объяснять различные этапы, которые необходимо пройти перед окончательным обжигом глазури.
«А что там происходит?» — спросила Милли, указывая на отмеченный участок земли, где была выкопана яма.
Гарри взглянул туда, куда она указывала: «О! Там Винс получил разрешение на устройство кузницы и мастерской. Похоже, это будет интересно посмотреть. Я планирую ему помочь, так как он помогал здесь».
Милли выглядела слегка впечатленной: «Кузнечные работы, да? Есть идеи, что он будет делать?»
Гарри пожал плечами: «Понятия не имею. Я видел, как он рисовал несколько эскизов и обменивался письмами со своим отцом и дядей».
Милли продолжала заходить в «Поттер Плейс», но не для того, чтобы работать с глиной. Вместо этого она проявила интерес к живописи. Она заказала и получила из дома свою личную коллекцию красок и кистей и начала рисовать эскизы сцен, которые хотела изобразить с момента прибытия в школу. Гарри помог ей установить шкаф для хранения дополнительных холстов и мольбертов вдоль восточной стены.
Профессор Снейп однажды заглянул, чтобы посмотреть, над какими произведениями искусства и керамики работает Гарри. Он наблюдал, как мальчик взял кусок местной глины из озера, начал мять и разминать его, а затем разглаживать с помощью молотка. Затем Гарри использовал инструмент для рисования, чтобы наметить контуры того, что походило на сплющентую рыбу, а затем обрезал лишнее. Затем он использовал деревянный клин в качестве формы для плиты в форме рыбы. Он подтолкнул один конец вверх, потянул другой вниз, скрутил здесь, потянул там, прежде чем наконец применить немного магии, чтобы высушить ее до состояния, когда она больше не будет разваливаться.
Гарри отложил ее в сторону и начал заканчивать другую, начатую ранее работу. Он заметил, что профессор наблюдает за ним из угла глаза, но не обратил на него внимания. Он достал глазурь и начал наносить первый слой. Дав ему высохнуть, он добавил другую глазурь сине-зеленого цвета с металлическими вкраплениями.
Нанеся последний слой и поставив изделие на подставку, чтобы отнести в печь, он наконец повернулся к своему профессору зельеварения. — Я могу вам чем-нибудь помочь, профессор?
Северус покачал головой: — Нет. Я просто зашел посмотреть, над чем вы работаете. Вы за очень короткое время произвели настоящий фурор среди учеников и преподавателей, мистер Поттер.
Гарри фыркнул: — Не знаю, хорошо это или плохо. Буду считать, что хорошо, и на этом оставим. Он потянулся, и суставы затрещали, от чего он поморщился.
Северус присмотрелся к одиннадцатилетнему гончарному Продиджи: — Мистер Поттер. Я только что заметил, что у вас больше нет шрама.
Гарри зевнул, а затем ухмыльнулся: — Нет. Уже давно нет.
— Могу я спросить, почему вы от него избавились?
Гарри откинулся на спинку стула и скрестил пальцы за головой. — Он вызывал невыносимую боль каждый раз, когда я был на уроке защиты. Мадам Помфри просто выписывала мне зелье от боли, когда я приходил к ней, так что я написал в больницу Святого Мунго и попросил о помощи. Я описал свои симптомы и то, что заметил, и они прислали Целителя и Разрушителя Проклятий, чтобы выяснить, в чём дело. Я не знаю, что именно находилось в моем шраме, кроме того, что это было какое-то «темное существо».
Северус медленно кивнул, обдумывая это: «Итак, они удалили шрам и окружающие ткани».
«Именно. Правда, я должен был подсказать им эту идею. Думаю, вырезать что-то из тела — не то, что они обычно делают».
Северус медленно покачал головой: «Нет… обычно это считается варварской практикой, подходящей только для маглов, несмотря на то, что это вполне разумная процедура. Так у тебя больше нет боли?»
Гарри широко жестом показал на себя: «Нет. Я свободен и чист! Это делает меня очень счастливым».
«Я удивлен, что директор разрешил тебе это сделать».
Гарри выглядел озадаченным: — Почему он должен был? У меня было разрешение от главы моего факультета, который является моим законным представителем, так что нет необходимости сообщать об этом директору.
Северус пожал плечами: — Я тоже не знаю. Просто кажется, что директор по какой-то причине чрезмерно заботится о твоем благополучии.
Гарри на мгновение задумался: — Профессор? Он узнает об этом разговоре?
— Нет, если ты не хочешь.
— Хорошо. Пусть это останется между нами, но летом, перед сентябрем, я узнал от своего бухгалтера, что директор крал деньги и ценности из семейного хранилища, утверждая, что они идут на мое содержание в семье.
http://tl.rulate.ru/book/135321/6370033
Сказали спасибо 2 читателя