Готовый перевод American comics: I can extract animation abilities / Американские комиксы: я могу извлекать способности: Глава 6

Полицейский участок.

Переговорная комната.

– Томми Версетти, 23 года, член семьи Каморра...

Вся доска была увешана самыми разными бумагами. Там было всё: от того, как Томми ещё в детстве помогал в типографии семьи, до его школьных проказ и того, как он потом вступил в мафию... Короче говоря, за короткое время полицейские совместными усилиями досконально изучили личное дело Томми. Информация была настолько полной, что даже сам Томми, наверное, всего бы так хорошо не вспомнил.

Чем больше сведений собиралось, тем пристальнее полиция смотрела на Томми. Помимо того, насколько ужасающей была его боевая мощь, сам по себе он был необычной личностью. В таком юном возрасте стать лидером мафии – это не шутка, такое дано не каждому. И ещё один момент: по полученным данным, этот симпатичный мистер Томми Версетти, кажется, имеет не совсем обычные отношения с дочерью нынешнего главы семьи Каморра, Джанна Антонио. Когда полицейский со сцены рассказывал об этом, собравшиеся внизу многозначительно посмеивались.

Неудивительно, что он смог стать боссом в таком молодом возрасте, оказывается, тут не обошлось без кумовства. Вот только как Томми, простой парень, смог завоевать сердце богатой девицы? Может, его меткость так же поразительна, как и всё остальное? Этот маленький отступление немного разрядило атмосферу в зале, которая до этого была довольно напряжённой.

Но шутки шутками. Никто не мог отрицать: в этот раз они поймали действительно крупную рыбу. Если удастся что-то вытянуть из этого парня, возможно, каждый присутствующий сможет продвинуться по службе. От одной мысли об этом все в переговорной приходили в возбуждение. Но когда главный офицер поставил задачу и спросил, кто возьмётся за допрос, полицейские тут же притихли и замялись. Дураков тут не было.

Конечно, все хотят подняться по карьерной лестнице и хорошо зарабатывать, но семья Каморра – не какая-то там шавка, которую можно легко пнуть. Одно дело, если бы мы просто провернули пару махинаций, чтобы получить выгоду, но зачем лезть с ними на рожон и в итоге остаться ни с чем, да еще и с синяками?

Вот поэтому, сколько бы начальник ни спрашивал, никто не проронил ни слова.

А когда атмосфера становилась все более напряженной, вдруг в глубине конференц-зала поднялась рука, и кто-то вызвался взять на себя допрос.

– Я сделаю это!

Молодой телок не боится тигра.

Юная Джилл, совершенно не понимающая всех этих подводных камней, встала и взвалила эту ношу на себя.

Сидевший рядом Хэнк никак не ожидал такого поворота. Он опомнился, но было уже поздно.

С тяжелым сердцем и горькой гримасой на лице ему оставалось только следовать за уверенными шагами Джилл в комнату для допросов.

Войдя туда, Хэнк увидел Томми, развалившегося в кресле, словно на троне.

Вид у парня был донельзя расслабленный. Он откинулся на спинку стула, будто не был арестованным подозреваемым, а прибыл сюда как дорогой гость на отдых.

Такое поведение Томми встревожило Хэнка. Он понимал, что предстоящий допрос доставит ему немало хлопот.

Так и случилось, проблемы начались сразу же, едва допрос стартовал.

– Вы имеете право хранить молчание, но все, что вы скажете, может быть использовано против вас в суде...

Держа в руках протокол, Хэнк следовал процедуре.

– Вы ведь раньше уже слышали подобное? Вам понятно?

По всем правилам, Томми должен был сейчас ответить "да" или "нет".

Или хотя бы кивнуть или покачать головой, выразив свое отношение.

Но двое полицейских ждали долго, а Томми молчал. Он просто пристально смотрел на Джилл, словно на лице девушки-полицейской расцвел диковинный цветок.

Как говорится, чистосердечное признание облегчает наказание, а упрямство приводит к пожизненному заключению.

— Вы сказали, у меня есть право хранить молчание, вот я и молчу, пользуясь своими правами.

Так, своим поведением, Томми показывал, что прекрасно понимает слова полицейского.

— Томми Версетти, следите за языком! Ничего хорошего из вашего упрямства не выйдет! — громко заявила Джилл, ударив по столу и вставая.

Хэнк, конечно, поддержал напарницу, но говорил уже мягче:

— Не нервничайте, мистер Версетти. Мы просто хотим поговорить и понять, что произошло. Конечно, если у вас найдется что сказать, например, какие-то внутренние дела семьи Каморра, сейчас самое время об этом рассказать.

— Добрый полицейский, злой полицейский? Ха-ха, — Томми рассмеялся, глядя на двух копов, разыгрывающих представление.

Видел он такое не раз в фильмах, так что эта схема ему хорошо знакома. К тому же, Джилл была неважной актрисой. Даже нахмуренный лоб не скрывал ее хрупкой красоты, что делало ее совсем не страшной и сводило на нет весь эффект от угроз.

— Отведите меня обратно в камеру. Не хочу я с вами, ментами, разговаривать.

— Ах ты!.. — высокомерный тон Томми тут же вывел Джилл из себя. Если раньше она лишь делала вид, что злится, теперь была по-настоящему зла.

— Без резких движений, Джилл! — Хэнк, опасаясь, что напарница наломает дров, вовремя схватил ее, отправил Томми обратно в камеру и принялся успокаивать: — Терпение, Джилл, он у нас в руках, рано или поздно заговорит.

Но сам Хэнк не был так уверен. Он понимал, зачем Томми так спешил обратно в камеру – чтобы потянуть время. Как только прибудет адвокат, допрос сегодня ночью можно будет считать проваленным.

Впрочем, пока они ждали, полиция не сидела сложа руки. Из текста это не понять но так звучало бы естественнее

Они изо всех сил пытались найти подход к Томми. Пробовали всё возможное, чтобы разговорить его.

Но Томми молчал. С самого начала и до конца.

Отец его нынешнего тела, к сожалению, умер от болезни несколько лет назад. Других родственников рядом не было.

У самого Томми не было вредных привычек, он никогда не употреблял наркотики.

Друзья? Какие друзья у члена мафии?

Даже если и были у того, кто жил до него, какое ему, пришельцу, до этого дело?

Он был как медный горошек – ни сварить, ни изжарить. Никаких слабых мест.

В полицейском участке были очень недовольны таким поведением Томми.

Конечно, были те, кто предлагал применить к подозреваемому жесткие меры.

Но стоило кому-то обмолвиться об этом, как на него тут же нацеливались осуждающие взгляды коллег.

"Ты что, жить надоело? Или тебе жизнь слишком уж длинной кажется?"

За ним стоит дочь лидера современной Каморры – вероятная наследница.

Неужели ты не боишься будущей мести, если применишь силу к возлюбленному такого человека?

Большие шишки, может, и не боятся, но зачем им, простым людям, живущим на зарплату, строить из себя героев и нарываться на неприятности?

К тому же, великолепные стрелковые навыки Томми тоже вызывали у полиции страх.

Даже если его приговорят к пожизненному заключению, рано или поздно он выйдет на свободу.

Им не хотелось бы, чтобы им прострелили голову по дороге домой через двадцать с лишним лет.

Именно по этим причинам судебное разбирательство сразу же стало лишь формальностью и закончилось ничем.

http://tl.rulate.ru/book/134931/6268558