Готовый перевод Siheyuan: Pretend to be a Pig and Eat the Tiger / Свинья В Дворике, Тигр Внутри: Глава 30

Глава 30: Вот такой подарок (Часть )

Янь Бугэй опасался, что этот простак наговорит лишнего, поэтому сразу бросился за ним вдогонку. Но, как ни старался, всё равно опоздал на шаг. Прямодушный Ша Чжу оказался окончательно побеждён.

Когда Ша Чжу говорил об угощении, в его глазах читалась искренность. Он действительно хотел пригласить всех на угощение. В этом сходились все соседи — Ша Чжу с детства не умел скрывать своих намерений!

Разговор о подарках вызвал лёгкое смущение. И немудрено — Ша Чжу ведь всего лишь ученик. Разве мог он позволить себе угощение для всего двора? Ныне многие подмастерья и вовсе не получают зарплаты. Говорят, что учитель Ша Чжу и Хэ Дацин были товарищами по ученичеству, поэтому они выхлопотали Ша Чжу жалованье официанта в "Фэнцзэюане".

Строго говоря, Ша Чжу был не только учеником Ван Дана, но и официантом "Фэнцзэюаня", однако не являлся их подмастерьем. Хотя это звучит несколько запутанно, разобраться несложно.

До соседей доходили слухи, что Ша Чжу ещё и выполнял в кухне всю чёрную работу по переноске и подносу. Его ежемесячное жалованье в 12 юаней давалось ему нелегко!

Взгляды окружающих обратились к Цзя Дунсюю и Янь Бугэю, наполненные едва уловимой иронией. Разве вашим семьям живётся так уж плохо, чтобы вымогать у Ша Чжу? Тем более у парня есть младшая сестра, и живут они очень скромно!

Люди склонны сочувствовать слабым — возможно, они не всегда готовы протянуть руку помощи, но публично поддержать не составит труда.

Лю Хайчжун едва заметно улыбнулся. Вот и его звёздный час настал. Янь Бугэй, ах Янь Бугэй, ты ещё метишь в управдомы? Только в мечтах!

Все они понимали, что в каждом дворе должен быть свой управляющий, а значит, они были конкурентами.

"Дурачок Чжу, вот 50 тысяч — подарок от дядюшки Лю. Мы все здесь старшие, разве станем обижать младшего?"

Щедрый Лю Хайчжун достал пятьдесят тысяч юаней и протянул их Хэ Юйчжу. Лицо Янь Бугэя позеленело. Раз уж Лю Хайчжун подал пример, все теперь наверняка осудят Янь Бугэя за то, что он суёт нос не в своё дело.

– И я дам пятьдесят тысяч!

И Чжунхай неожиданно появился рядом с Лю Хайчжуном, достал такую же сумму и с улыбкой вручил её Хэ Юйчжу! Теперь, когда Лю Хайчжун начал, он не мог остаться в стороне. Зрители онемели от изумления!

Сегодняшние потери неизбежны. И всё из-за Янь Бугэя и Цзя Дунсюя – надо же было выбрать себе в мишени именно Ша Чжу!

Хэ Юйчжу не ожидал, что сюрприз окажется таким приятным. Он радостно принял деньги от И Чжунхая, а затем полным надежды взглядом уставился на Янь Бугэя. Этот нетерпеливый взгляд заставил того пошатнуться!

Что делать? Что делать? Если он тоже выложит пятьдесят тысяч, сердце просто разорвётся от боли. А если не даст – разве не выйдет, что он хуже Лю Хайчжуна и И Чжунхая?

Он считает себя человеком образованным и в душе презирает этих двоих. Как же он может позволить себе оказаться ниже их?

Хотя статус рабочего сейчас в почёте, это нестабильная работа. А у него – стабильная! Он и подумать не мог, что одна неосторожная фраза поставит его в такое положение.

Все смотрели на Янь Бугэя. Если он даст меньше, чем Лю Хайчжун и И Чжунхай, его, наверное, просто затопчут насмешками.

– Ладно, Ша Чжу, я тоже дам пятьдесят тысяч! Сейчас схожу домой за деньгами!

Сегодняшние траты уже решены. Если бы он не был тем, кто начал всю эту историю, можно было бы отделаться и десятью-двадцатью тысячами!

Но если он, с его зарплатой в четыреста тысяч в месяц, не выложит пятьдесят тысяч, как он потом сможет пользоваться добротой соседей? Ради будущих «выгод» придётся сегодня проглотить эту горькую пилюлю!

– Ну ладно, знаю, что дядя Янь человек с широкой душой! – не унимался Хэ Юйчжу.

Янь Бугуй горько усмехнулся про себя. Широкой душой? Да просто потому, что ты слишком прыткий!

Ему хотелось дать себе пощечину. Он же знал, что Ша Чжу и его сестра едва сводят концы с концами, а всё равно позволил им угощать себя. Теперь вот попался на их удочку. Сам виноват!

– Брат Дунсюй, ты...

Хэ Юйчжу смотрел на Цзя Дунсюя с испуганным, чуть ли не грибным выражением лица. Мол, ты тоже в этом замешан, это ты начал, теперь твой выход!

– Это...

– Брат Дунсюй, у твоей семьи земля в деревне, да ещё и на сталелитейном работаешь. Ты же у нас во дворе один из самых уважаемых! А я? Я с сестрой еле-еле выживаем. Велосипед купил на деньги, которые дядя И дал, – боялся, что на работу опоздаю. Не думал, что ты из-за своего богатства окажешься таким бессердечным!

Нормально же, когда старшие просят угостить. Если крупную покупку делаешь – дарят денег на счастье. Не ожидал, что и ты в эту карусель влезешь!

Делать нечего – решил, что угощу всех на эти подаренные деньги, чтобы люди порадовались. А вы, оказывается, просто халявы ищете! Мне и так тяжко, а вы ещё и последнее хотите отнять. Да у вас совести вообще нет?

Вместе росли, а ты меня, выходит, обобрать хочешь! Ты хоть подумал, как мы с сестрой выживем, если у тебя получится?

Эх... Вечно он про мораль да нравственность толкует, а сам готов меня с сестрой голодом уморить!

Меня все Ша Чжу зовут, мозги у меня не такие хитрые, как у брата Дунсюя, но я и не дурак. Просто я сирота, родителей нет, вот и робкий, слова против вас сказать не могу!

Хэ Юйчжу говорил, с трудом сдерживая слёзы, и от его слов всем стало грустно. Какой же хороший парень! Даже несмотря на трудную жизнь, он всё равно хочет угостить всех. Пусть это выглядело как давление, но люди чувствовали искренность Шачжу.

Кто-то предложил сначала собрать деньги, а потом уже использовать их на угощение. Но кто бы мог подумать, что Цзя Дунсюй, который веселился громче всех, хотел просто поесть за чужой счёт. Пользоваться добротой «сироты» – ну разве это по-человечески?

Цзя Дунсюй заколебался. Давать деньги? Жалко. Не давать? Соседи затопчут насмешками. Сам виноват – язык без костей!

А Хэ Юйчжу между тем внимательно следил за реакцией окружающих. Говоря о сиротстве, он специально делал акцент, и эффект был налицо – у женщин на глазах уже блестели слёзы!

Вот оно, влияние морального давления? Да нет же, он просто старался донести правду. Ведь он – представитель уязвимой группы, и если постоянно подчёркивать это, можно вызвать настоящее сочувствие.

Хэ Юйчжу узнал от стариков об особенностях этого времени. Раз уж он здесь, нужно уважать правила игры. А как это сделать? Если не можешь изменить систему – стань её частью!

Во-первых, бедность – это почётно, и это очень важно!

Если сейчас достанешь золотой слиток, в будущем на тебя бы загляделись, а сейчас на следующий день придут с проверкой. Разве это того стоит?

Во-вторых, происхождение решает всё.

У Хэ Юйчжу – три поколения батраков, чистая биография. Будь он из богатой семьи – кто знает, дожил бы он до старости?

В-третьих, профессия имеет значение.

Лучшие – это, конечно, военные, затем рабочие, ну и крестьяне тоже в почёте.

После тщательного обдумывания я решил, что мне нужно работать на заводе, и именно в прокатном цехе. Но сейчас спешить некуда — сначала надо освоить навыки! Просто двигаться вперёд вместе с государственно-частным партнёрством.

В пьесе оригинальный персонаж избил Ли Хуайдэ, и ничего ему за это не было. Это показывает «превосходство» рабочих. Если только они не совершат серьёзных ошибок, директор завода не имеет права увольнять их по своему желанию!

Под серьёзными ошибками подразумеваются: политические промахи, неподобающие слова и поступки, воровство и тому подобное!

И четвёртое — репутация очень важна!

Он решил оставить себе имя Шачжу. В это время оно ещё могло пригодиться!

Самая частая фраза, которую жители двора говорили в пьесе:

– Он же дурак, зачем тебе с ним связываться?

А среди рабочих чаще всего звучало:

– Ты что, споришь с дураком? Сам дураком станешь!

Вот в чём преимущество быть «дураком»!

Кроме того, нужна «поддержка масс». В первую очередь — людей во дворе, и репутация должна быть хорошей. И Чжунхай мог заручиться поддержкой сотен людей не только благодаря мастерству рабочего восьмого разряда, но и благодаря своей репутации.

(Конец главы)

http://tl.rulate.ru/book/133470/6152097