Готовый перевод Shocked! My pampered villain husband has awakened consciousness / Шок! Мой избалованный муж-злодей пробудил сознание: Глава 177

Глава 177. Наказание

Все вокруг онемели, услышав слова Ан Юэ. Со стороны он выглядел спокойным, но его фраза прозвучала жестоко. Это было хуже, чем просто избить Ши Лэлэ и остальных.

Лишить права ходить в школу – значит, перечеркнуть их будущее. Даже тётя Ши побледнела. Она стиснула зубы и выкрикнула:

– Вы что, злоупотребляете властью?! Какое отношение это имеет к учёбе моего ребёнка?

Лу Цзинь холодно парировал:

– Вы не смогли воспитать в них даже простую человечность. Если сейчас они так жестоки к ребёнку, что будет, когда вырастут? Начнут убивать и поджигать дома?

– Не клевещите! Мои дети самые воспитанные! Я согласна оплатить лечение, но не больше! – взорвалась тётя Ши.

Ан Юэ лишь улыбнулся:

– Кажется, вы не поняли. Я не обсуждаю – я сообщаю вам решение. Ясно?

Ан Шуяо, наблюдая за их яростью, наконец осознала: это куда болезненнее, чем просто дать подзатыльник. Она чуть скривила губы и добавила:

– И я официально заявляю: семья Ан больше не будет нанимать на работу никого из рода Ши.

Она вытерла слёзы Ан Хао и передала его Лу Цзиню:

– Если кто-то за них заступится – сочту за личное оскорбление.

Среди сельчан, готовых было вступиться за тётю Ши, воцарилась тишина. Шутка ли – в нынешние трудные времена Ан Шуяо давала им работу. Перечить ей значило резать себе же жилы.

Никто не проронил ни слова.

Тишина повисла гнетущая. Тётя Ши побагровела, но прежде чем она успела что-то выкринуть, раздался голос:

– Староста идёт! Староста здесь!

Линь Хэ, староста деревни, появился с опозданием. По дороге он уже успел разузнать всё: дети из семьи Ши сами напросились на неприятности, задев род Ан.

Это разозлило семью Ань, а семья была очень важна для деревни. Тем более, Ань Юэ и Лу Цзинь работали учителями в местной школе. Оба были образованными и талантливыми людьми. Линь Хэ мечтал, чтобы в Каменной деревне было больше таких работников.

Такого ценного человека ни в коем случае нельзя было потерять.

Ань Шуяо, например, была врачом и, похоже, управляла собственным делом. В таком серьёзном бизнесе всегда нужны рабочие руки, и мужчины, женщины и даже дети из деревни могли бы подзаработать. В перспективе это помогло бы избавиться от статуса самой бедной деревни.

А Каменная деревня и правда была самой нищей среди соседей. У них было мало полей и всего одна гора. Самые сильные мужчины промышляли охотой, но это занятие тоже опасно — один неверный шаг, и можно погибнуть.

Если же появится возможность честно работать и зарабатывать, конечно, все выберут второй вариант.

Линь Хэ очень надеялся, что семья Ань поможет развивать деревню.

Взвесив всё, он строго сказал тётке Ши:

– Твой ребёнок совсем распустился, забери его домой и сама воспитывай! Если растить его таким — неуважительным и грубым, — никакого толка из него не выйдет.

Своими словами Линь Хэ чётко дал понять, на чьей он стороне. Он поддержал семью Ань.

Лицо тётки Ши исказилось от злости:

– Да как вы смеете так обходиться с нами?!

Ши Лэлэ, увидев, что мать обижают, сжал кулаки и сквозь зубы прорычал, глядя на Ань Юэ:

– Не хочу я учиться — и не буду! Вы все убийцы моей сестры! Ненавижу вас!

Выражение лица тётки Ши резко изменилось, и она поспешно зажала сыну рот:

– Замолчи! Идём домой.

Ань Шуяо усмехнулась:

– Вот как. Но всему должны быть доказательства. Она сама навлекла на себя беду. Почему вы утверждаете, что это наша семья виновата?

– Я хотела сохранить ей лицо, но теперь, вижу, нет смысла.

Она посмотрела на толпу и громко произнесла:

– Дорогие односельчане, наша семья – переселенцы, и здесь мы просто обычные люди. Мы хотим лишь спокойно жить. Я сотрудничаю с павильоном Цзуйсянь в уезде, а ещё собираем и продаём грибы в горах.

– Я знаю, какие грибы съедобные, а какие ядовитые. А ваша Ши Хуаньхуань собрала поганки и продала их ресторану Хаокэ Лай, из-за чего чуть не убила второго молодого господина Цяня.

– Хотите, чтобы я объяснила ещё понятнее?

Селяне переглянулись. Теперь им стало ясно, почему Ши Хуаньхуань забрали люди из усадьбы Цяней, и почему она отчаянно кричала, что не хочет туда идти – иначе погибнет.

Это не «счастье в богатом доме» – это прямая дорога в могилу.

Тётушка Ши побледнела. Она узнала правду только после того, как дочь попала в усадьбу. В страхе за неё женщина пробралась туда и всё выяснила.

– Заткнись! Не смей очернять Хуаньхуань! – тётушка Ши злобно уставилась на Ань Шуяо.

Если бы не эти чужаки, её дочь через пару лет могла бы стать законной женой в хорошей семье. Разве стала бы она наложницей?

Всё из-за Ань Шуяо и её мужа! Это они довели Ши Хуаньхуань до безумия, заставив влюбиться в Лу Цзиня!

Ань Шуяо встретилась с её взглядом и усмехнулась:

– Зло всегда возвращается бумерангом. Если осмелишься снова сунуть ко мне свои лапы – попробуй. Посмотрим, отрублю я их или нет!

Сильнее всех испугалась Ши Саньнян. Она-то думала, что семья Ши теперь в почёте, а оказалось – её племянница чуть людей не угробила. Женщина содрогнулась и незаметно отошла подальше от тётушки Ши, виновато улыбаясь Ань Шуяо:

– Госпожа Лу, это Ши Лэлэ бил вашего племянника. Мы тут ни при чём. Моих двух мальчишек он просто сбил с толку.

Она толкнула сыновей:

– Правда же?

Двое детей тоже уловили предостережение в голосе матери, поэтому опустили головы и сказали:

– Да, мы ничего не делали и не знали, что Лэлэ ударит Ань Хао. Мы уже поняли, что драться плохо, и обещаем больше так не поступать.

Ши Саньнян погладила их по головам:

– Извинитесь!

Мальчики понуро склонили головы перед Линь Теданем и Линь Чжуцзы:

– Простите.

Тётушка Ши не могла поверить, что Ши Саньнян, которая ещё минуту назад разделяла её негодование, так легко предала её.

Стиснув кулаки, она усмехнулась:

– Если не хотите идти, так и не надо! У нас и без вас выход найдётся. Кого волнуют ваши грязные богачи? Придёт и ваш черёд ответить.

С этими словами она увела Ши Лэлэ.

Ань Шуяо глубоко вздохнула и с болью в сердце посмотрела на Ань Хао. Мальчик покорно лежал на руках у Лу Цзиня, его глазки были красными от слёз. Она осторожно коснулась его распухшего лба:

– Хаоэр, ещё болит?

Ань Хао закатил свои чёрные глазки и покачал головой:

– Тётя, Хаохао уже не больно. Хаохао – маленький мужчина, и боль улетела.

Ань Шуяо улыбнулась:

– Хаоэр такой храбрый. Тётя дома помажет тебе ранку и забинтует, чтобы не воспалилось.

– Третий брат, муж, пойдёмте домой.

Когда семья Ань ушла, Линь Хэ вздохнул и обратился к деревенским:

– Мы все живём в одной деревне, должны помогать и поддерживать друг друга. Если подобное повторится – не пеняйте на меня. Тогда придётся изгонять провинившихся, и я не стану церемониться!

(Конец главы)

http://tl.rulate.ru/book/132673/6061408