Готовый перевод Hush, the king is Hibernating / Тсс, король спит!: Глава 68: Быть безнравственным человеком

На следующий день Вэй Чжи вообще не появилась. Не спала до рассвета предыдущей ночью, рисуя с темными кругами под глазами, она наконец уснула и проспала до полудня. Когда она проснулась и привычно проверила свой телефон, там был мертвый чат с Шань Чуном.

Какой подонок.

Вэй Чжи сидела на кровати, размышляя три минуты, две из которых ,в основном, были потрачены на оскорбления мужчины. Затем она повернулась к Цзян Наньфэн, которая сидела на корточках у ее ног, накладывая маску на лицо, и спросила:

— Эй, хочешь посмотреть Небесное озеро на горе Чанбайшань?

Наньфэн в этот момент читала вчерашнее обновление Вэй Чжи. Когда она увидела, что собака-охранник умерла, она тут же открыла раздел комментариев к манге и молча поставила лайк комментарию «Отаку сошел с ума?»… После паузы она медленно повернула голову, еще раз посмотрела на изможденное от горя лицо своей подруги и, наконец, сказала:

— Нет.

Вэй Чжи задумалась.

Теперь она была как бездомная собака, брошенная всем миром. На данный момент она не хотела видеть Шань Чуна, и уж тем более не хотела видеть Хань Имина, поэтому ей пришлось бы покинуть Синьцзян, но уехать не домой...

Куда она могла пойти?

По имеющейся информации, нынешняя ситуация не позволит ей отправиться в Северную Европу. Но внутри страны есть священная земля для любителей лыжного спорта, где она точно не встретит Шань Чуна. Это место называется гора Чанбайшань.

— Гора Чанбайшань имеет великолепные пейзажи и людей, там должны быть красивые парни, — Вэй Чжи применила ту же тактику, которую Цзян Наньфэн когда-то использовала, чтобы убедить ее. — Не хочешь поехать посмотреть?

— Нет, Лао Янь будет плакать, — лениво сказала Цзян Наньфэн. — Хоть я и непостоянна, я не бессердечна. Я не буду искать новые варианты, пока мы в отношениях. Если только мы не расстанемся.

— Тогда когда вы расстанетесь?

— Не знаю, — довольно небрежно ответила Наньфэн, — но это точно произойдет.

— Когда вы сошлись?

— Когда ушёл Дай Дуо? Это неважно, ты не заметила, а это значит, что я не потеряла самообладание. Всё ещё в пределах управляемости, это не имеет большого значения.

От ее окольных объяснений у Вэй Чжи закружилась голова.

Не удовлетворившись решительным отказом Цзян Наньфэн ехать на гору Чанбайшань, она снова спросила:

— Тогда поедем заниматься серфингом в Санью, там сейчас должно быть еще довольно тепло, да?

— …Ты слишком легкомысленно относишься к поиску замены. Катание на скейтборде в парке внизу - это тоже вид спорта, и он дешевле. Нужно просто спуститься вниз, почему бы тебе не попробовать это?

— Правильно! В жизни так много прекрасных вещей! Чего ты боишься? Плачет ли Лао Янь? Расставания? После расставания, кроме катания на сноуборде, мы не можем делать много других вещей? Мы даже можем научиться летать на параплане, затем тренироваться для получения лицензии B и летать в вингсьюте… Летом мы можем научиться дайвингу, сходить в подводный музей, отправиться на гору Маоэр, гоняться за китами в Тонга и увидеть пингвинов в Антарктиде!

«…»

— После расставания? Это больше похоже на выигрыш в лотерею.

— …Ты не романтик!

— Та, кто жестоко убила моего милого маленького охранника в своей манге, не имеет права называть меня неромантичной.

Вэй Чжи надулась, встала, чтобы умыться, затем села за компьютер и целый день честно работала над обновлениями.

Она видела все эти хаотичные комментарии под мангой, но это не имело большого значения. Это не мешало ей хладнокровно продолжать рисовать основной сюжет, как будто милашки охранника никогда и не существовало.

Главная героиня воздвигла ему надгробный камень и пролила две слезы перед его могилой, и это было все, что ему дали в качестве завершения истории.

Закончив, она не забыла самодовольно написать в коментарии: «Хорошо, главная героиня плакала... Когда погибли остальные охранники, не было даже раскадровки, что было еще более трагично.»

Ее поклонники, вероятно, никогда не видели её такой.

Фан 1: Охранник украл твое нижнее белье или что-то в этом роде?

Фан 2: Хотя то, что вы говорите, может быть и верно, я все равно хочу спросить, есть ли у охранника реальный прототип. Иначе нет причин для того, чтобы он внезапно появился вопреки всем обстоятельствам, получил дополнительные сцены, и теперь, когда все влюбились, он внезапно умер!

Фан 3: То, что сказал человек выше, верно: появление охранника перед смертью - это то же самое, что и переход мужчины от статуса любимца к статусу отвергнутого женщиной.

Фан 4: Так тебя бросили? Хахахаха, я вдруг перестал злиться!

Фан 5: Комментарий выше звучит как месть обществу за разрыв отношений, я умираю от смеха!

Фан 6: Вы, ребята, просто супер, мне это нравится.

Вэй Чжи некоторое время пролистывала комментарии и не могла не вздохнуть, что в наши дни даже читатели взрослой манги такие умные. Им говорили не напрягать мозги и просто наслаждаться, но они, как Шерлок Холмс, анализировали даже автора.

Вздохнув, она выключила компьютер, чувствуя голод. Увидев, что в комнате нет ничего съедобного, она приготовилась пойти в небольшой супермаркет, чтобы купить лапшу быстрого приготовления и йогурт.

Небрежно надев достаточно теплый пуховик и обмотав шею шарфом, она вышла.

Супермаркет был недалеко от отеля, и хотя он был небольшим, в нем были всевозможные товары. Как только Вэй Чжи вошла, ее живот заурчал. Сначала она пошла в отдел лапши, затем в отдел закусок, где купила ветчину, сушеный тофу, тушеные яйца, маринованные овощи, соус Лао Гань Ма, куриные ножки, картофельные чипсы, рисовые крекеры…

Она становилась все более и более взволнованной.

Пока она не поняла, что это «заедание своего горя». Она колебалась, а затем отложила одно из двух приготовленных тушеных яиц.

Затем она пошла к холодильнику, чтобы взять колу и минеральную воду.

Когда она, спотыкаясь, подошла к кассе, неся кучу закусок, чтобы рассчитаться, владелец магазина, похоже, был слишком ленив, чтобы что-то посчитать в уме, достал старый калькулятор и медленно нажимал кнопки.

Вэй Чжи терпеливо ждала, прислонившись к кассе и держа в руке минеральную воду.

Как раз в тот момент, когда она с хлопком открыла крышку бутылки, используя свои навыки, приобретенные за более чем двадцать лет одинокой жизни, возле супермаркета появилась фигура, толкнула дверь и вошла, встретившись с ней взглядом.

Вэй Чжи остановилась.

Он был одет в фиолетовый комбинезон и поначалу не заметил окружающего мира, когда вошел, отряхивая снег. Он почувствовал леденящий взгляд сзади, остановился и повернул голову, встретившись с парой угольно-черных зрачков.

Это была первая официальная встреча Шань Чуна и Вэй Чжи после вчерашнего поцелуя.

Мужчина молчал и его взгляд скользнул от ее лица вниз, глядя на ее руку, застывшую в скручивающем положении на крышке бутылки с минеральной водой…

Он прочистил горло, пытаясь завязать разговор.

— Не можешь открыть?

Вэй Чжи ничего не сказала, а просто с такой силой, что могла бы проломить кому-то череп, вывернув крышку бутылки с минеральной водой.

Ее темные глаза, казавшиеся бездонными, молча смотрели на него. Потом она отвела взгляд, словно не видела его, подняла минеральную воду и выпила больше половины, с довольным вздохом.

В это время Шань Чун заметил на губах небольшую ранку, которая покрылась струпьями.

Он был уверен, что вчера его там не было.

Как раз в тот момент, когда он поднял брови, собираясь что-то сказать, молодая девушка, казалось, почувствовала это и повернулась к владельцу магазина за прилавком, сказав:

— Хозяин, почему в вашем магазине так пахнет подонками?

Владелец магазина, который не был китайцем по национальности и не очень хорошо говорил по-китайски, был в полном замешательстве.

— Не беспокойся, это не твоя вина. — Вэй Чжи опустила глаза, пробормотала, протягивая телефон, — Вы подсчитали сумму? Мне сканировать ваш код или вы мой?

Она вела себя так, словно там никого не было.

Шань Чун молча стоял у двери, даже забыв, зачем он пришел в супермаркет.

Он, конечно, знал, что она не появлялась на снежном поле весь день, и не стал активно искать ее утром еще и потому, что считал, что это был третий день ее менструации, а также...

После вчерашнего короткого поцелуя было бы несколько странно притвориться, что ничего не произошло, и пригласить ее на занятия на следующий день.

Он был немного рассеянным, преподавая по утрам, все время думая о том, какой будет первая встреча с Вэй Чжи. Может быть, она покраснеет и будет избегать его, или, может быть, будет смотреть на него и ругаться, но он никак не ожидал, что она будет полностью его игнорировать.

После сегодняшнего занятия Шань Чун добровольно вернул половину денег своему ученику, хотя ему удалось научить его правильной работе с фронтсайдом и бэксайдом, а также горизонтальному соскабливанию плюс 180 за один урок…

Но он действительно был отвлечен.

Этот парень нервно принял три тысячи юаней, которые ему вернул Шань Чун, даже не понимая, почему.

Это было похоже на проклятие.

Так же, как и сейчас, Шань Чун не понимал, почему его игнорируют.

…

После прогулки по супермаркету Шань Чун наконец вспомнил, что он хотел купить, вернулся к кассе и купил пачку сигарет для Бэй Цы.

Вернувшись в отель, он обнаружил на кровати Бэй Цы, который все еще спал, зарывшись в нее головой.

Шань Чонг снял свой зимний комбинезон, после обеда у него не было занятий, и он вообще не был в настроении кататься. Поэтому он повернулся, чтобы пойти в ванную, чтобы вымыть руки и одновременно с этим вымыть защитную маску. Намыливая защитную маску, он поднял глаза и увидел себя в зеркале: необычные темные круги под глазами, нахмуренные брови, он выглядел еще менее доступным, чем обычно.

Он внезапно понял, что имел в виду тот парень, когда дрожащим голосом спросил: «Могу ли я записаться к вам на уроки позже?», получая возврат денег.

Поджав губы, он опустил голову. Пока он отжимал воду, внезапно, без предупреждения, в его голове мелькнула мысль.

С отсутствующим выражением лица он отшвырнул защитную маску, которую пытался выжать, повернулся, вернулся в комнату и пнул ногой прямо в направлении ягодиц все еще крепко спящего человека.

Человек в постели издал звук «мммф», с силой перевернулся и сонно открыл глаза.

Шань Чун наклонился, приподнял одеяло, наполовину закрывавшее его лицо, и спросил:

— Ты вчера еще что-то сказал Вэй Чжи?

Бэй Цы издал звук «ух», его мозг еще не полностью проснулся, он тупо уставился на красивое лицо, нависшее над ним, бесстрастными глазами, моргнул и сказал:

— Нет.

— А мой шлем и защитная маска, которые я оставил в машине Лао Яня, отрастили ноги и пошли обратно сами собой?

— Лао Янь.

— Когда я вчера сел в машину, он едва мог стоять прямо, как он мог принести их обратно? Что именно ты сказал Вэй Чжи?

Хотя его тон не был очень суровым, просто обычный вопрос, Бэй Цы почувствовал, как запоздалый холодок пробежал по его позвоночнику после первоначального замешательства... Он медленно сел, завернувшись в одеяло, нервно поглядывая на Шань Чуна, и спросил ни с того ни с сего:

— Что случилось, она тебя отругала?

Шань Чун ничего не ответил.

Подобный вопрос Бэй Цы подтвердил, что он сказал что-то бессмысленное.

Под устрашающим взглядом мужчины Бэй Цы неловко рассмеялся и снова описал свою вчерашнюю речь об «отцовской любви» Шан Чуна.

Наблюдая, как выражение его лица меняется от молчания к насмешке, а затем от насмешки снова к молчанию...

Бэй Цы посчитал, что ему следует сначала извиниться за ложную передачу приказов, поскольку остаться в живых было важнее.

— Я был неправ, я преклоняюсь перед тобой. Мне не следовало давать ложные приказы. Но есть одна вещь, которую я должен подчеркнуть: я не говорил эти вещи, чтобы вызвать проблемы... Разве тебе не нужно держаться от нее на расстоянии?

У нее уже есть жених.

Принуждение неизбежно приведет к катастрофе.

— Не обязательно, чтобы все было настолько тщательно, чтобы мы даже не могли поговорить, верно? — Шань Чун колебался.

— Она даже не хочет с тобой разговаривать?

— Мм.

Бэй Цы воскликнул:

— Черт! Хотя она обычно кажется мягкой и кроткой, когда это важно, она может быть безжалостной.

— У нее всегда был вспыльчивый характер.

Теперь она даже не покажет ему своего гнева.

Просто полностью его проигнорировала.

Подумав об этом, мужчина вздохнул.

«…»

...Скажем так, даже когда врач Сингла позвонил Шань Чуну и спросил, не хочет ли он поучаствовать в оформлении заказов на протезирование в этом году, Бэй Цы не услышал, как Шань Чун вздохнул.

Он просто молчал, вел множество занятий непрерывно в течение многих дней, обучая самых разных людей, пока сам не заболел.

Это было все.

Этот вздох окончательно прогнал его сонливость.

Завернувшись в одеяло и сидя, скрестив ноги, Бэй Цы наклонил голову и внимательно наблюдал за выражением лица мужчины:

— Может, мне пойти и уточнить, что ты ничего не говорил, это все мои выдумки?

— Поможет ли это, если ты скажешь это сейчас? — Шань Чун холодно посмотрел на него. — Ты не просто сплетничаешь... Ты создаёшь сплетни. Я не хочу это коментировать.

Хотя его тон был не очень хорошим, Бэй Цы понял, что мужчина не обвинял его.

Просто сейчас, когда он почувствовал, что на самом деле нет способа справиться с этой девушкой, его мозг внезапно закоротился от братской преданности, желания помочь, и праведности, заставившей его слишком много думать.

Шань Чун знал, что тот не пытался создать проблемы.

Бэй Цы позвонил Вэй Чжи в присутствии Шань Чуна и честно сказал, что все его вчерашние слова были выдумкой, что Шань Чун не заинтересован в воспитании дочерей и не обладает горами отцовской любви.

На другом конце провода повисла тишина, длившаяся более десяти секунд.

Молодая девушка спросила, прихлебывая лапшу быстрого приготовления:

— Что случилось, внезапная исповедь? На этот раз он действительно что-то тебе сказал, да?

Бэй Цы посмотрел на Шань Чуна, который спокойно посмотрел в ответ.

Бэй Цы все понял и попытался вызвать к себе сочувствие:

— Да, это я во всем виноват, предок, я прошу прощения, я говорил глупости... Это не имеет никакого отношения к брату Чуну, не игнорируй его.

— Вчера это не ты прижал его голову, чтобы поцеловать меня. Главная причина, по которой его называют мерзавцем, ничуть не изменилась, верно? — раздался с другого конца провода приглушенный голос Вэй Чжи. — Теперь я не хочу ни с кем из вас разговаривать.

Она сразу повесила трубку.

Бэй Цы уставился на телефон и поднял брови, собираясь сказать: «Ты прав, у нее довольно вспыльчивый характер»…

Подняв глаза, он обнаружил, что самая холодная в мире машина была успешно повержена самыми мягкими и наименее агрессивными словами молодой девушки.

…

На следующий день состоялся отборочный этап Кубка мира FIS по сноуборду Big Air на Алтае.

Правила для сноуборд-биг-эйра довольно просты: либо два забега-лучший результат (лучший результат из двух заездов), либо три забега-лучший результат (лучшие два результата из трех заездов). Каждый заезд оценивается на основе ряда критериев, включая обычную/переключающуюся стойку райдера, сложность трюка в воздухе, дальность полета, качество выполнения и т. д., а окончательный рейтинг определяется общим количеством очков в соответствии с форматом соревнования.

Одно небольшое особое правило заключается в том, что независимо от того, насколько хорошо выполнены воздушные трюки или насколько высоко качество их выполнения, если при приземлении допущена ошибка и райдер не сохраняет равновесие, то оценка за заезд сразу же обнуляется и считается недействительной.

Так что даже на Олимпиаде, самом крупном международном соревновании, часто случается так, что в формате «трёх забегов» после всех заездов у чемпиона может оказаться только два действительных результата и он не будет иметь выбора.

Лыжный спорт действительно стал популярным за последние два года, даже в эту холодную зиму, наряду с официальными СМИ и различными самостоятельными СМИ, было довольно много зрителей...

Когда Шань Чун прибыл, трибуны уже были заполнены.

В это время Лао Янь помахал ему рукой:

— Сестра!

Голос юноши, похожий на щенячий, был ясен, уши Шань Чуна дернулись, он повернул голову и увидел Цзян Наньфэн, сидящую несколькими рядами дальше, а рядом с ней Вэй Чжи, опустив голову, играющую со своим телефоном.

Она не подняла глаз.

Он чувствовал, как что-то безмолвно перекатывается у него в груди, но хорошо это скрывал, естественно отводя взгляд.

Лао Янь отправился на поиски Цзян Наньфэн, Бэй Цы увидел своих товарищей по команде и подошел поприветствовать их, а остальные люди также разбрелись по округе, находя тут и там друзей.

Наконец, в одиночестве остался только Шань Чун, который выбрал место в первом ряду, расположенное сбоку от места большого прыжка.

Соревнование началось быстро.

На это соревнование приехало много известных спортсменов, от Японии до Кореи и Канады. Насколько важны квалификационные баллы Зимней Олимпиады? Даже после пятнадцати дней карантина эти люди все равно приехали.

Среди них был даже Хирано Юто, который в настоящее время занимает первое место в рейтинге мировых сноубордистов по биг-эйру. У него уже было 963 очка, и если бы он хорошо выступил в этом соревновании, он мог бы напрямую увеличить свои очки и обеспечить себе место на зимних Олимпийских играх в Пекине.

По совпадению, именно благодаря присутствию этих известных спортсменов рейтинговые очки на этом соревновании были весьма значительными.

Шань Чун сидел в углу, люди уже заметили его. Несколько представителей СМИ с камерами хотели подойти, но были тут же отброшены одним взглядом этого человека: теперь все в мире поняли, что он в плохом настроении.

Мужчина подпер подбородок рукой, лениво наблюдая за соревнованием.

Первые несколько прыгунов оказались мелочью, а самым зрелищным оказался прыжок с fscork1440, в ходе которого парень приземлился без падения.

Он посмотрел несколько, немного разозлился на качество прыжков и увидел Дай Дуо. Сегодня тот был одет в ярко-красный снежный костюм, стоя там, довольно привлекая внимание...

Так же, как и его личность, как у ежа.

Вероятно, потому, что он был местным спортсменом, когда он стоял на старте, раздались даже аплодисменты.

Пристегнув доску, он отправился в путь.

Обычная стойка, fsquad1800. Движения красной фигуры от захвата доски до поворота были плавными и чистыми, представляя собой параболический поворот.

Когда Дай Дуо собирался приземлиться, Шань Чун поднял брови.

В следующую секунду его сноуборд с силой ударился о снежную поверхность, в снежной пыли нос доски поднялся почти на 30 градусов, а центр тяжести полностью опустился на бедра!

Он проехал вперед несколько метров, затем под гром аплодисментов встал и, возвращаясь к обычному движению на доске, лениво помахал зрителям.

— Приземлившись вот так, прижав хвост так сильно, он имеет наглость быть довольным.

Сзади раздался голос мужчины средних лет. Шань Чун не обернулся, но понял, кто это.

Ван Синь стоял позади него, скрестив руки на груди, таинственно появляясь, как призрак:

— Если он не выдержит первой попытки, я буду смеяться до упаду.

«…»

«Нет, ты не будешь смеяться до упаду, ты просто так разозлишься, что ударишь его и сломаешь себе пальцы.»

Шань Чун даже не взглянул на него, а лишь сказал глубоким голосом:

— Если хочешь поспорить, выбери другой день, а сегодня дай мне немного покоя.

— Я здесь не для того, чтобы спорить, мы спорили столько лет, это помогло? Ты не устал, а я устал.

Ван Синь посмотрел на холодный и благородный профиль мужчины. Пока Дай Дуо ждал своего результата, он даже не повернул лицо к таблу:

— Я просто пришел посмотреть, здесь ли ты, и если бы ты был, с каким выражением лица ты смотрел бы соревнования.

Пока Ван Синь говорил, неподалеку на табло показали счет первого забега Дай Дуо.

По стобалльной системе подсчета очков его frontside quad 1800 уже был самым сложным среди всех спортсменов, выполнивших свой первый заезд. Несмотря на серьезные недостатки в приземлении, судьи дали высокую оценку 83,5.

На тот момент, когда уже было завершено две трети первого круга, а нескольким лучшим спортсменам еще предстояло выступить, Дай Дуо временно занимал первое место.

Когда рейтинг был опубликован, на трибунах царило волнение.

Все бурно аплодировали.

Шань Чун символически дважды хлопнул в ладоши и опустил их. Его лицо не выражало никаких эмоций или иных выражений, его глаза были подобны мертвой воде.

Ван Синь не был обескуражен. Будучи уже в зрелом возрасте и приближаясь к старости, его величайшей добродетелью было терпение, поэтому он подумал и спросил:

— Если, согласно плану, следующим трюком Дай Дуо должен быть bstriple1620, есть какие-нибудь предложения?

— Предложение таково, если он хочет снова приземлиться на заднюю кромку, тебе лучше подумать, какой трюк использовать в третьем заходе, чтобы обеспечить себе очки. — Шань Чун откинулся назад, — Почему он не может избавиться от этих плохих привычек после стольких лет?

— Кто знает, мы пробовали его бить, ругать, чему мы его учили? Ты знаешь, мы могли бы научить даже свинью или корову, но...

На открытом стадионе Ван Синь выступил с речью, доставая сигарету и закуривая ее.

Он протянул его Шан Чуну, но тот отмахнулся.

Мужчина средних лет задумался на мгновение и сказал:

— Я в последнее время ищу помощника тренера.

Шань Чун бросил на него равнодушный взгляд.

Ван Синь улыбнулся:

— Интересно?

Шань Чун отвернулся, вернувшись к своей прежней холодности и лени:

— Нет, спасибо, номинальная должность не приносит многого.

Ван Синь опешил, а затем понимающе рассмеялся:

— Тебя действительно волнуют только деньги... Ты совсем не скучаешь по большому трамплину? А? Ты прыгаешь на нем уже пять, шесть, семь или восемь лет. Как выглядит канатная дорога на горе Чанбайшань, А Чун? Ты все еще помнишь ее?

«…»

Прошло так много времени с тех пор, как кто-либо называл его этим именем. Все называли его «Брат Чонг» или «Шань Чонг», или просто его имя. В его памяти только родители и Ван Синь называли его «А Чонг».

Мужчина опустил глаза и ничего не сказал.

Только кончики его пальцев, лежащие на колене, невольно дернулись, когда он услышал «гора Чанбайшань». Его губы плотно сжались, сохраняя молчание.

Точно так же, как он сказал за обеденным столом в тот день:

«Слишком низко, чтобы наклониться, слишком высоко, чтобы дотянуться.»

Тайно отрабатывал прыжки, даже зная, что, скорее всего, уже никогда не сможет вернуться к соревнованиям.

Самое трагичное — это не прожить жалкую жизнь, а заранее видеть конец своей судьбы и продолжать мечтать о несбыточном, тщетно пытаясь сопротивляться.

Он чувствовал себя жалким.

— Не хочу об этом говорить, это раздражает. Ван Синь, ты знаешь ситуацию моей семьи.

— Я просто хочу предложить вам иногда думать и о себе.

— Быть ​​человеком - значит иметь родителей, братьев и сестёр. Жить только для себя - значит навлекать на себя небесное наказание.

— Это не человек, это Будда.

После того, как Ван Синь закончил говорить, Шань Чун замолчал.

На соревновании появилось еще несколько участников. Когда Хирано Юто, занимающий в настоящее время первое место в рейтинге FIS, вышел на сцену с bstriple1980, он преподал всем присутствующим урок.

Несмотря на то, что он не был местным спортсменом, он получил восторженные аплодисменты от всех присутствовавших любителей зимних видов спорта.

— Как дела у Шань Шань?

Под аплодисменты Ван Синь спокойно наблюдал, как рейтинг Дай Дуо в первом раунде опустился на второе место.

— Отлично.

— Хорошо, — улыбнулся мужчина, засунув руки в карманы. — Во время Нового года мы с Дай Дуо навестим ее и привезем твоим родителям кое-какие новогодние подарки.

Шань Чун задумался на мгновение и сказал:

— Лучше не надо, эти двое ссорятся, когда встречаются, моей маме приходится их разнимать, это так раздражает... Она столько раз на это жаловалась.

Ван Синь не ответил, просто улыбнулся.

Стоя там в сгорбленной позе, он наблюдал, как все спортсмены завершают свой первый раунд.

После того, как финишировал последний спортсмен, Дай Дуо временно занял третье место, вполне удовлетворенный этим результатом. Он отбросил свое ругательное настроение, оглянулся на Шань Чуна и его широкая рука тяжело похлопала его по плечу.

— А Чонг, как ты и сказал, мы рождаемся людьми. Люди живут одну жизнь, не обязательно быть богатыми и знатными, не обязательно добиваться славы и успеха… Жизнь очень коротка, пролетает в мгновение ока. Тебе следует делать то, что ты хочешь.

Он помолчал.

— Не спрашивай о результате.

…

Ван Синь ушел.

Шань Чун сидел на своем месте, тупо глядя на прыжок, но его разум был в тумане, и он не знал, о чем думает.

Было просто не по себе.

Он не мог вспомнить, когда в последний раз сидел и нормально разговаривал с Ван Синем...

Возможно, тот день, когда он объявил о своем уходе на пенсию.

Первые два года после выхода на пенсию Шань Чун все еще поднимал тему прыжков, но после большой ссоры с родителями, он не осмеливался упоминать об этом ни слова...

Шань Чун задумался.

Он по привычке поднял руку, чтобы достать сигарету, но потом вспомнил, что не купил новую пачку после того, как в последний раз докурил...

Он вдруг почувствовал раздражение.

В этот момент возле его уха раздался знакомый голос, произнесенный довольно вежливым тоном.

— Могу ли я задать вопрос?

Шань Чун сохранил позу неудачной попытки дотянуться до сигареты и не двинулся с места.

На самом деле, с того момента, как молодая девушка прокралась, он заметил ее. Его взгляд оставался прикованным к полю соревнований впереди, мысли блуждали о разных вещах, но на самом деле его внимание полностью переключилось... Его глазные яблоки слегка двигались в глазницах, он осторожно взглянул на нее один раз и издал звук «мм».

«Не пытаюсь казаться крутым.

Просто боюсь снова сказать что-то не то и прослыть подонком.»

Вэй Чжи села рядом с ним, несколько прядей ее волос были заплетены в маленькие косички, остальные свободно падали.

Ее длинные ресницы дрожали.

— Просто поболтать...

— Хорошо.

— Вчера днём и сегодня утром я не игнорировала тебя намеренно... Ну, я делал это намеренно, я просто немного злилась.

— Все в порядке.

— О, тогда я только что издалека увидела Ван Синя... Твой тренер тебя отругал?

— Нет.

После недолгого молчания Вэй Чжи опустила голову, ломая голову над темами, словно бедный актёр который уже десять минут говорит на сцене о несущественных вещах, но не может войти в роль и настолько истощил свои слова, что стал лысым.

Она только что увидела Ван Синя. С того момента, как он пришел и ушел, мужчина все время сидел с напряжённой спиной, пока наконец он не потерял присутствия духа, поэтому...

Она немного беспокоилась за него.

Проклятие.

Она влюбилась в кого-то, не получила этого человека, но раскрыла в себе весь потенциал доброты и мягкосердечия.

Ее рука, лежащая на колене, слабо сжалась, и, сделав глубокий вдох, она почувствовала, что раз уж она уже пришла, то не стоит тратить время впустую, и можно сразу перейти к делу.

— Тогда могу я задать еще один вопрос?

— Я не говорил тебе молчать.

— …Я думаю, что некоторые вещи лучше узнать у тебя лично.

Вэй Чжи неосознанно прикусила губу, прикусила рану. Боль заставила ее сжать шею и зашипеть...

Это привлекло внимание мужчины, и она тут же повернула голову в сторону склонов.

— Бэй Цы сказал, что в тот день ты сделал это просто из жалости. Он что, выдумал это, чтобы обмануть меня?

Спросив об этом, она нервно и пристально посмотрела на мужчину, но в отчаянии обнаружила, что заставила его замолчать.

Она ждала довольно долго.

Ее ладони начали потеть.

И в этот момент она не знала, что Шань Чун понял, что означает подтверждение этого вопроса.

Если бы это было раньше, он мог бы сказать, что это ложь, но в этом не было особого смысла. «Просто знай, что я тогда потерял голову, извини...»

Но когда эти небрежные и уклончивые слова достигли его губ, голос Ван Синя внезапно снова появился в его сознании.

Те жизненные уроки, которые дал ему мужчина, обобщенные после того, как ему исполнилось тридцать и приблизилось к сорока.

[А Чонг, люди живут одну жизнь, не обязательно быть богатыми и знатными, не обязательно добиваться славы и успеха… Жизнь очень коротка, пролетает в мгновение ока.]

[Делай то, что хочешь, и не спрашивай о результате.]

«Говори то, что хочешь сказать, делай то, что хочешь сделать, люби того, кто тебе нравится, ты должен это делать.

И не спрашивайте о результате.»

Он был очень нетерпелив, когда слушал это. Но теперь, когда он внезапно вспомнил об этом, его грудь неожиданно наполнилась так, что готова была лопнуть в одно мгновение.

Он вдруг вспомнил, что ему всего лишь двадцать семь.

Что делать людям в этом возрасте, если даже работая с девяти до пяти, задавленный жизнью, он все равно должен выбирать какие-то побочные пути, которые, на первый взгляд, обречены на провал?

Никто не лишал его прав на простую жизнь.

На самом деле, у него было много дел, с которыми он еще не справился как следует.

Но сейчас он вдруг почувствовал, что, возможно, сумеет разрешить одно из них: например, решив стать человеком без морали, очень низкого качества.

«…»

И тут он услышал свой собственный слегка хриплый голос.

— Ммм, он тебе солгал.

Краем глаза он заметил, как она повернула голову.

Эти миндалевидные глаза с черными зрачками, казалось, мерцали звездным светом даже среди бела дня. Она слегка приподняла свой маленький круглый подбородок, глядя на него:

— И что?

В ее голосе слышалось едва сдерживаемое напряжение.

Не получив ответа, она подняла руку и легонько толкнула его в плечо.

— Так?

Голос молодой женщины звучал гнусаво, как избалованное кокетство, а также как удушье от чрезмерной нервозности.

Он повернул голову, бесстрастно глядя на нее, и в тот момент, когда их взгляды встретились, он увидел, как мерцающие звезды в ее глазах превратились в бесконечный Млечный Путь.

— Ты говоришь, — она пристально посмотрела на него, — Человек, о котором ты упоминал за столом позавчера, это была я?

Он помолчал.

Наконец медленно кивнул.

Она не упустила ни одной детали его кивка, ее горло дернулось, она даже немного задохнулась.

— Хм?

— Это ты.

Она подняла руку и по-детски потерла глаза.

— И что?

— Никогда не было никого другого. Человек, который мне нравится, это ты.

Позади них на соревновательном поле участник соревнований совершил прыжок с трамплина на 1800, идеальное приземление, бурные аплодисменты и восторженный свист, раздавшийся из зрительских рядов, почти заглушивший голос мужчины.

Громкие крики ликования были подобны грому, так как никто не знал, кого именно они чествуют.

Она слегка прищурила глаза, которые теперь превратились в полумесяцы, и сдавленно рассмеялась. Слезы покатились и затуманили ее зрение, она сильно прижала тыльную сторону ладони к глазам...

— Я тоже... Ты мне тоже нравишься.

http://tl.rulate.ru/book/130216/6008021