Моника сжимала в руке маленький предмет, пробираясь сквозь бесконечный тёмный туман. Она не знала, верный ли это путь, но продолжала идти, цепляясь за утешительную мысль: значок в её ладони – знак того, что Куратор, ценивший её, всё ещё защищает. Это давало силы двигаться дальше, преодолевая страх перед неизвестностью.
Она сделала глубокий вдох, отогнала тревогу и шагнула вперёд с новым решинием.
Шаг за шагом...
И вдруг –
– Это место...
Тьма начала сгущаться, обретая форму. Вдали проступили размытые чёрные очертания.
– Не может быть...
Что-то в них было пугающе знакомым.
– Этого не может быть!
Моника бросилась вперёд. Перед ней открылся пейзаж, который она видела сотни раз, но теперь он казался чужим и мрачным.
– Архив Акаши...
Глаза, привыкшие к темноте, подтвердили догадку.
[Архив Акаши]
Это было место, где когда-то царствовал Куратор – её кумир. Тот, кого она потеряла.
– Как странно...
Но всё было не так, как она помнила. Прежде сияющий и полный жизни, Архив теперь погрузился во мрак. Казалось, его покинули сразу после смерти Куратора.
Сердце защемило.
Вдруг впереди замерцал туманный свет. Он принял форму человека, и раздался знакомый голос:
– Вот это неожиданность.
– !
Моника замерла, медленно повернув голову.
– Посетитель, отзовись.
Перед ней стоял ОН.
Тот самый мальчик – её кумир. Настоящий, живой, а не просто фрагмент кода из игры.
– Я Хранитель этого Архива. А ты кто? – Он сидел на краю стола, раскачивая ногами, и улыбался.
У Моники перехватило дыхание.
Она пыталась говорить, но слова застревали в горле. Хотела сказать, что думала, будто он погиб, что скучала... что любит его.
Но – молчала.
Мальчик наклонил голову, подперев подбородок рукой.
– Моника, да?
Тук-тук!
Сердце бешено забилось.
ОН ПРОИЗНЁС ЕЁ ИМЯ!
Даже в игре это не было настолько... реальным.
Фигура мальчика растворилась в дымке, а через миг он уже стоял прямо перед ней.
– Эта аура... Храбрость? Ты – Апостол Храбрости?
Он поднял руку, лёгким движением коснувшись её подбородка.
– Так... Ты пришла почтить мою память?
– М-м...
Мальчик кивнул, словно читал её мысли. От него исходил лёгкий сладковатый аромат, от которого щёки Моники запылали.
– Понимаю. Ты помнила и скорбела обо мне. Спасибо.
Он положил ладонь ей на голову – лёгкое, почти невесомое касание.
– Эхе-хе...
Моника замерла. Обычно она бы взорвалась: *"Как ты смеешь!"* – но сейчас... просто тонула в этом моменте.
– Но вот что любопытно... – Мальчик вдруг нахмурился. – Почему в твоих воспоминаниях у меня роман с мужчиной?
– ...Ч-что?
– Я не люблю мужчин.
На его лице мелькнуло отвращение.
– Кто-то распространяет эту ложь обо мне... Непростительно.
– Нет, я не это имела в виду!
В голове у Моники всё смешалось.
– Мне нужно найти, кто это придумал, – прошептал он.
– Подожди!
Она отпрянула.
Если он узнает правду... если увидит ВСЁ... возненавидит ли её?
Мысль об этом была невыносимой.
– Э-это просто броманс!
– ...Броманс?
Он приподнял бровь.
Моника в обычной жизни с радостью бы объяснила тонкости понятия «броманс», но сейчас её язык будто присох к нёбу.
Мир рушился.
В отчаянии она выпалила:
– Это всё из-за моего мужского аватара в игре! И... и эти ужасные люди из Ассоциации Заместителей Кураторов – это они всё выдумали! Я проникла туда, чтобы разоблачить их!
Ложь лилась рекой, хотя сама она была вице-президентом этой Ассоциации.
– Правда?
– Да! И эти слухи – чистая клевета!
Мальчик посмотрел на неё, потом тихонько рассмеялся.
– Не волнуйся. Я чувствую твою искренность.
– ...Ч-что?
– Это место – моя ментальная тюрьма. Сюда могут войти только те, кто испытывает ко мне сильные чувства.
– Тюрьма... ?
Он развёл руками, а Моника огляделась.
– Особенно... тёплые эмоции. Ты одна из немногих.
– Значит... я люблю тебя сильнее, чем другие фанаты?
Щёки горели.
– ...Ну... – Мальчик замялся. – Можно назвать это любовью, но больше похоже на... обожествление. Эта энергия питает моё возрождение.
*"Моя любовь становится частью его..."* – Мысль кружила голову.
Он вздохнул:
– Если бы ты не была Апостолом другой Звезды, я бы взял тебя к себе.
– Я немедленно откажусь от Храбрости!
– Стоп. Ты хочешь, чтобы Смелость объявила мне войну?
– ...А.
Переманить Апостола – дело серьёзное.
###
– Это всё равно что объявить войну.
– Всё хорошо. Мне достаточно твоей преданности.
Мальчик нежно провёл пальцем по её щеке.
– Но у меня есть одна просьба.
– Что угодно! Просто скажи!
– Ложные слухи обо мне мешают моему возвращению.
– ...Мешают?
– Чем больше люди искажают правду, тем дальше я от своего возрождения. Это оскверняет мою истинную сущность и затягивает моё возвращение в мир.
*Стук.*
Сердце Моники сжалось, будто на него опустилась каменная глыба.
Неужели всё, что она делала, будучи вицеF>– торой, на самом деле вредило ему?
Мальчик, теперь казавшийся уставшим, медленно опустил руку.
– Так вот... не могла бы ты остановить тех, кто распространяет обо мне эту чепуху?
– Я... Я справлюсь!
– Правда?
– Да! Как вице-президент Ассоциации Помощников Хранителей, я могу собрать сотни людей одним словом!
– Подожди... но ты же внедрилась туда? Что-то тут не так...
– Главное – решить проблему. Остальное неважно, – он устало покачал головой. – Тогда я доверяю это тебе.
– Конечно... Всё будет так, как ты хочешь.
– Хорошо. Когда ты покинешь это место, рядом с тобой окажется мой Апостол.
– ...Твой Апостол? – от одной мысли о том, что она встретит того, кто тоже удостоен его доверия, Монику обдало жаром.
– Следуй его указаниям. Справишься?
– Конечно! Полагайся на меня!
– Отлично. Тогда я на тебя надеюсь. – Мальчик осторожно коснулся её лба. – Если всё получится, возможно, мы ещё увидимся.
– П-правда?!
– Да. Так что постарайся.
**Вспышка!**
Сознание Моники погрузилось во тьму, словно оборвалась киноплёнка.
А затем – резкий возврат в реальность.
Она стояла в храме. Перед ней – юноша с золотыми волосами, протягивающий руку.
– А, ты очнулась. Рад познакомиться, Моника Бар. – Его голос звучал спокойно и тёпло. – Я – Риан, Апостол [Архива].
http://tl.rulate.ru/book/128221/5934453
Сказали спасибо 3 читателя