Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 1607. Пока сам не заправишься хозяйством, цены дров да крупы не узнаешь

Глава 1607. Пока сам не заправишься хозяйством, цены дров да крупы не узнаешь

В Поднебесной есть старая поговорка: «Пока сам не заправишься хозяйством, цены дров да крупы не узнаешь». Проверенная поколениями за сотни лет, она стала одной из самых живучих и пронзительных пословиц.

Пронзительности ей добавляет то, что каждый, кто «хозяйством не заправлял», рано или поздно сам оказывается на этом месте и начинает понимать те поступки, которые когда-то вызывали в нём жгучую «обиду и непонимание».

В детстве Ли Е, когда приближался его день рождения, всегда просил отца купить торт. Отец либо бурчал что-то вроде «угу-угу», отмахиваясь, либо одним резким — «Мальчику какой торт? Я вот за свою жизнь ни разу не ел!» — начисто рубил на корню весь его радостный настрой.

И тогда Ли Е в самом деле думал: «Да что тут такого? Какой-то торт, всего десяток юаней. У родителей зарплата семьдесят-восемьдесят в месяц — неужели нельзя потратить немного на день рождения сына?»

Подобных ситуаций было множество. Вот, например, когда в продаже только появились кроссовки — больше ста юаней пара. Зарплата родителей к тому времени уже перевалила за сотню, у других одноклассников они были. Он просил несколько раз — и снова получал отказ.

Тогдашний Ли Е чувствовал жгучую несправедливость: дома ведь вроде бы деньги есть, почему же его маленькие просьбы не исполняют?

Спустя двадцать лет Ли Е всё понял. И ему стало стыдно за ту свою детскую обиду.

Когда его собственная зарплата составляла четыре-пять тысяч, а сын просил игрушку за двести-триста, Ли Е, не задумываясь, отвечал: «Ты что, из помещичьей семьи, что ли?»

Даже если сын заливался горькими слезами и, загибая пальцы, пытался объяснить: «Сорок пять сотен минус двести восемьдесят — всё равно много остаётся!» — Ли Е оставался непреклонен.

Потому что четырёх-пяти тысяч и вправду вечно не хватало!

Дрова, крупа, масло, соль, коммунальные платежи, подарки на дни рождения родне и коллегам... Свой собственный телефон уже с треснувшим экраном, но надо наклеить плёнку и протянуть ещё пару лет. А тут — игрушка за двести восемьдесят! Да неужели без неё умрёшь?

И, вспоминая былую «суровость» родителей, понимал — да всё из тех же соображений!

Зарплата родителей и вправду была семьдесят-восемьдесят. Но с момента её получения она тут же дробилась на множество крошечных долей, чтобы покрыть необходимые траты — одну за другой.

Они сводили концы с концами, пока не выбивались из сил, пока не опускались руки, пока дети в семье не начинали кипеть от злости, а они сами не могли найти слов, чтобы объяснить.

Дун Шаньфа как раз переживал все превратности этого пути — «от простого работника до хозяина» — и его тоже душила та же горечь немоты.

— Господин Дун, когда же наконец придут наши двигатели? Если затянется, не то что о выпуске новой модели после праздника Весны, к следующему лету можем не успеть!

— Не волнуйся, не волнуйся! Если двигатели в дефиците, значит, рынок тяжёлых грузовиков перспективен, раз спрос превышает предложение! Подождём ещё несколько дней. А вы пока подготовьте все остальные этапы производства...

— С производством мы сами разберёмся. Но вот налоги, вода, электричество, новогодние премии рабочим — на всё нужны деньги. Все наши средства уже вложены в проект новой модели. Если она не выйдет на рынок в срок и не начнёт приносить выручку, вам придётся изыскивать средства, чтобы покрыть расходы.

— Эх, да не беспокойтесь! С деньгами я разберусь.

— Хорошо. И ещё один вопрос. Многие специалисты, переехавшие из Пекина, сейчас ропщут и хотят вернуться. Как быть?

— Никак! «Вышла замуж за петуха — следуй за петухом, вышла за пса — следуй за псом». Сколько тут пробыли? Работу толком не сделали, а уже хотят уехать? Никаких возвратов!

***

Прежде чем отправиться на юго-запад, Дун Шаньфа видел своё будущее лишь в радужном свете. В конце концов, если Ли Е смог развить Первый цех с трёхсот человек до нескольких десятков тысяч, то у него, Дуна, с самого начала есть коллектив в тысяч человек — уж он-то точно сможет совершить нечто значительное!

Но действительность нанесла Дун Шаньфа оглушительный удар. Он и представить не мог, что управление предприятием сопряжено с таким ворохом проблем, которые возникают одна за другой.

Раньше, сталкиваясь с трудностями, он мог пожаловаться «наверх», попросить помощи. Если помощь не приходила — он мог «забить» и «лечь на дно».

Но теперь к кому обращаться? Предприятие спустили на местный уровень, а местные власти сами надеются с него «собрать милостыню». Кому жаловаться?

А о том, чтобы «забить», и речи быть не может — на него смотрят тысячи работников! Стоит ему лишь сказать: «Я сам бессилен», как в головах рабочих мгновенно зашевелятся мысли:

[Контора скоро рухнет, давайте-ка поживее прибирать к рукам, что плохо лежит!]

— Эх-х...

У Дун Шаньфа, в принципе, ещё оставались связи, чтобы раздобыть деньги. Но он отчётливо понимал: постоянно затыкать дыры займами — путь в никуда, дыры будут лишь разрастаться. Только стабильная, существенная прибыль от производства может обеспечить здоровое функционирование предприятия.

Сейчас же двигатели стали «слабым звеном», и Дун Шаньфа необходимо было решить эту ключевую проблему.

На «спасение утопающего за счёт самого утопающего» от Ли Е Дун Шаньфа отвечать брезговал. Настоящий мужчина хоть «три дня голодай по девять раз на дню», но перед вымогательством не склонится.

Поэтому Дун Шаньфа выбрал путь к источнику проблемы — на Вэйсяньский дизельный завод.

Директор Тань принял Дун Шаньфа вполне учтиво, однако на вопрос о двигателях отреагировал с искренним изумлением.

— Вы утверждаете, что полностью оплатили пятьсот двигателей, но не получили их?

Дун Шаньфа, собрав волю в кулак, подтвердил:

— Совершенно верно. Вот пояснительная записка от заместителя генерального директора «Цзинань хэви трак», Фань Хунци. Взгляните, пожалуйста. Мы действительно внесли полную предоплату.

— Бывает же такое? — Директор Тань взял у Дуна «бумажку», пробежал глазами и рассмеялся. — Господин Дун, товарищ Фань пишет, что часть выплаченных ими нам средств — это ваши деньги за товар. Но они просто возвращали свой долг. Вернули, а потом выписали бумажку без печати... Это же не по правилам!

Дун Шаньфа открыл рот, но слов не нашёл.

Перед поездкой он просил Фань Хунци составить ему компанию, но тот отказался, выдав лишь эту записку.

И вот теперь эту бумажку не признают. Какой там заместитель генерального — пустое место.

В безвыходности Дун Шаньфа предложил:

— Господин Тань, мы отчаянно нуждаемся. Давайте так: по той предыдущей партии разберёмся позже. А сейчас мы внесём наличные — отпустите нам пятьсот двигателей...

— Нету. Реально нет ни одного свободного, — наотрез отказал директор Тань, а затем откровенно признался: — Честно вам скажу — контракты на поставки расписаны на два года вперёд. Внеплановых двигателей сейчас просто не существует.

— Ни одного? — не выдержал наконец Дун Шаньфа. — Но недавно один человек из Пекина заявил, что готов продать пятьсот двигателей. Месяц назад у него их и в помине не было! Как это понимать?..

Директор Тань прищурился и улыбнулся:

— Вы о группе «Цзиннань»? Они действительно наши заказчики. Если они хотят перепродать двигатели вам — это в порядке вещей.

Дун Шаньфа тоже усмехнулся:

— Если «Цзиннань» может купить пятьсот, значит, и нам может продать пятьсот! Мы — старейшее предприятие по тяжёлым грузовикам, а пекинцы занимаются лёгкими. В будущем наши объёмы закупок наверняка будут больше...

— Больше? — Директор Тань серьёзно задумался, а затем спросил Дуна: — А вы сможете закупать по десять тысяч в год?

— ... — Дун Шаньфа остолбенело уставился на директора Тана, чувствуя себя так, будто его принимают за дурака.

Десять тысяч в год! Даже «Цзинань хэви трак» столько не использует. Что это с ним, с этим Танем, приключилось?

Но в голове Дуна вдруг мелькнула догадка, и он невольно выпалил:

— Неужели Ли Е закупает по десять тысяч в год?

Директор Тань не ответил прямо, лишь многозначительно улыбнулся:

— Если сможете закупать по десять тысяч — проходите в бухгалтерию, внесите задаток.

[Идите вы все...! «Цзинань хэви трак» уже взял с меня и задаток, и полную оплату, а вы тоже за своё требуете! Не иначе, все вы хотите ловить рыбу в мутной воде?]

Дун Шаньфа криво усмехнулся:

— Господин Тань, неужели пекинец Ли Е вас разводит на пустые обещания? Их новая модель ещё не прошла все испытания, неизвестно даже, будут ли они использовать ваши двигатели. Смотрите, не попадитесь на удочку...

— На удочку? — Директор Тань посмотрел на него странно. — Я слышал, новая модель «Цзинань хэви трак» официально поступит в продажу на следующей неделе. В наших же вэйсяньских точках продаж уже есть тестовые автомобили. Какой же я мог попасться на удочку?

Дун Шаньфа вскочил с места.

— Что? На следующей неделе? Этого не может быть!

http://tl.rulate.ru/book/123784/10802011