Готовый перевод Rebirth and Rise: The Campus Business Woman / Перерождение и Становление Величайшей Бизнес Леди: Глава 1229. Мы будем добиваться справедливости до конца

Глава 1229. Мы будем добиваться справедливости до конца

— Здравствуйте, сударыня.

Раз уж её узнали, Гу Нин, естественно, не стала прятаться и вежливо поздоровалась.

— Ай! Это правда вы! Госпожа Гу! Вы просто потрясающая, вы — гордость нашего Города F! В таком юном возрасте начали своё дело и добились такого успеха.

Женщина пришла в неописуемое волнение — наконец-то она увидела ту самую легендарную девушку-вундеркинда.

Впрочем, она знала о делах Гу Нин не так много; если бы ей были известны другие её достижения, наверняка была бы ещё взволнованнее.

— Спасибо за похвалу, сударыня, — вежливо поблагодарила Гу Нин.

— И правда, талантливые дети всегда бывают в чужих семьях, — вздохнула женщина.

Что и говорить, эта истина остаётся неизменной во все времена!

Гу Нин обменялась с женщиной ещё парой любезностей, обошла магазин, попрощалась с Ван Суфэнь и ушла.

Чу Пэйхань и остальные заканчивали учёбу в половине шестого, сейчас было почти пять часов, поэтому Гу Нин поехала ждать их прямо у школы.

Когда она подъехала к школьным воротам, было около пяти, но не успела она пробыть там и минуты, как увидела свою классную руководительницу Чжан Цюхуа, которая поспешно выходила из школы. Лицо Чжан Цюхуа было встревоженным и очень недовольным.

Судя по всему, что-то случилось.

Чжан Цюхуа всегда хорошо относилась к Гу Нин, поэтому Гу Нин не могла остаться в стороне. Она сразу вышла из машины и направилась к ней.

— Учитель Чжан, что-то случилось? Вам нужна моя помощь?

— спросила Гу Нин.

Чжан Цюхуа, увидев Гу Нин, опешила:

— Гу Нин? Ты вернулась?

— Да. Завтра уже выхожу на занятия, — ответила Гу Нин. Чжан Цюхуа ещё не ответила на её вопрос, поэтому Гу Нин спросила снова: — Учитель, вы выглядите очень встревоженной. Что-то произошло? Вам нужна моя помощь?

Чжан Цюхуа на мгновение заколебалась, но, вспомнив о способностях Гу Нин и понимая, что ей действительно нужна помощь, рассказала:

— Моя дочь поссорилась в школе с одноклассницей, её толкнули на землю, она ударилась головой. Её только что отправили в Центральную больницу, так что мне нужно срочно туда поехать и узнать, как она.

Чжан Цюхуа была очень встревожена — она ещё не знала, насколько серьёзно положение.

— Тогда я отвезу вас, — предложила Гу Нин.

— Спасибо, что согласилась, — не стала отказываться Чжан Цюхуа, потому что поймать такси было неизвестно сколько времени.

Затем Чжан Цюхуа сразу села в машину к Гу Нин, Гу Нин завела двигатель и быстро поехала в Центральную больницу.

Гу Нин вела машину очень быстро; в обычное время Чжан Цюхуа наверняка испугалась бы такой скорости, но сейчас ей хотелось, чтобы можно было ехать ещё быстрее — она очень хотела поскорее увидеть дочь.

Поскольку Гу Нин всё время превышала скорость, они добрались до Центральной больницы минут за десять.

Как только вышли из машины, Чжан Цюхуа сразу позвонила учительнице своей дочери, чтобы спросить, доехали ли они. Учительница, когда звонила Чжан Цюхуа, тоже только что выехала, поэтому не могла приехать так быстро.

Действительно, Гу Нин и Чжан Цюхуа приехали первыми, а дочь Чжан Цюхуа с учительницей ещё не подъехали.

Они прождали почти пять минут, прежде чем те прибыли.

Эти пять минут для Чжан Цюхуа были настоящей пыткой!

Дочери Чжан Цюхуа было четырнадцать лет, она училась во втором классе средней школы.

Поскольку состояние дочери было не слишком серьёзным, скорую не вызывали — её привезли прямо на школьной машине.

Когда выходили из машины, дочь Чжан Цюхуа держалась за лоб, её поддерживала учительница — молодая женщина.

— Цзяи...

Увидев дочь, Чжан Цюхуа сразу бросилась к ней, Гу Нин последовала за ней.

— Мама...

Увидев мать, Тао Цзяи сразу расплакалась от обиды:

— Мама, меня оклеветали. Я не писала любовных писем Ван Шаоцуну, но они мне не поверили, избили меня, толкнули...

Однако у Тао Цзяи была повреждена не только голова — на лице явно виднелись следы от нескольких пощёчин.

Увидев это, не только Чжан Цюхуа пришла в ярость, но и Гу Нин тоже разозлилась, вспомнив, что случилось с Цзян Синьюэ.

Гу Нин видела, что состояние Тао Цзяи не слишком серьёзное, поэтому не стала сразу её лечить — это дело нельзя было так оставлять: сначала нужно было зафиксировать травмы и добиться справедливости.

— Это просто вопиющая наглость! Сначала пойдём проверим травмы, а потом обязательно добьёмся справедливости, — возмущённо сказала Чжан Цюхуа. Для неё дело было не только в деньгах на лечение, но прежде всего в человеческом достоинстве и чести.

Если так необоснованно унижать человека и не уладить это должным образом, это может оставить тень в душе Тао Цзяи, сделать её, и без того замкнутую и неуверенную, ещё более отчуждённой, а это легко могло повлиять на её дальнейшую жизнь.

Однако, услышав это, учительница Тао Цзяи тут же начала отговаривать:

— Учитель Чжан, я понимаю, что ученица Тао Цзяи пострадала несправедливо, но у той стороны очень влиятельная семья. Поэтому я советую вам всё хорошенько обдумать, прежде чем действовать.

Очевидно, эта учительница была из тех, кто судит о людях по их положению.

— Разве можно травить людей только потому, что у них влиятельная семья? Вы, как учительница, когда ученицу обижают, не только не защищаете её, но и советуете пострадавшей терпеть?

Чжан Цюхуа была человеком строгим и принципиальным, она не смотрела на людей сквозь призму предрассудков и ненавидела, когда сильные обижают слабых. Поэтому слова той учительницы, естественно, вызвали у неё возмущение.

Однако та учительница, услышав это, не разозлилась, а лишь холодно усмехнулась и сказала с насмешкой:

— Учитель Чжан, я желаю вам добра. Если вы не хотите принять мою доброту, это ваше дело. Но я не осмелюсь ссориться с теми людьми.

— Правда? Тогда мы будем добиваться справедливости до конца, — заговорила Гу Нин. Она знала, что у Чжан Цюхуа нет связей, и даже если она захочет добиться справедливости, у неё вряд ли получится. В конце концов, общество таково — имея только праведное сердце, не переспоришь высокопоставленных чиновников и богатые семьи. Если бы эти чиновники или богатые семьи были разумными, они бы не пользовались своим положением для притеснения других.

Поэтому Гу Нин решила помочь Чжан Цюхуа в этом деле.

Она никогда не была инициатором того, чтобы сильные обижали слабых, но если кто-то хотел использовать власть, чтобы решить вопрос, она должна была ответить тем же — у неё для этого были и сила, и связи.

— Учитель Чжан, оставьте это дело мне. Неужели они могут прикрыть небо одной рукой?

— успокоила Гу Нин Чжан Цюхуа.

Чжан Цюхуа знала о способностях и связях Гу Нин, поэтому понимала: если Гу Нин возьмётся за это дело, оно обязательно решится, и она больше не волновалась.

— Гу Нин, тогда я прошу тебя о помощи, — Чжан Цюхуа не могла отказаться от помощи Гу Нин, потому что тоже знала: хотя она и ненавидит тех, кто пользуется своим положением, общество очень реалистично, и без связей действительно ничего не добьёшься!

Услышав слова Гу Нин, учительница Тао Цзяи восприняла их с пренебрежением. Она считала, что Гу Нин — всего лишь ученица, что она может сделать? И ещё говорит «оставьте это дело мне»? Просто хвастовство.

(Конец главы)

___________________________________________

Стервятник старается, приятного чтения!

http://tl.rulate.ru/book/12184/2630972