Готовый перевод Rebirth and Rise: The Campus Business Woman / Перерождение и Становление Величайшей Бизнес Леди: Глава 13: Первый день в школе

Глава 13. Использовать лицо, чтобы опустить планку

На неделю Гу Нин выдавали сто юаней карманных денег. Хотя сумма казалась небольшой, для такой семьи, как у Гу Нин, это было неплохо. К тому же этих ста юаней ей вполне хватало.

Когда Гу Нин выходила из дома, Гу Мань дала ей сто юаней.

Хотя у Гу Нин были свои деньги, показывать их пока было нельзя, поэтому она взяла те, что дала Гу Мань.

Гу Нин не поехала на автобусе, а побежала в школу.

Из-за слабого здоровья ей нужно было укреплять организм. Поэтому теперь каждый день, если не было дождя или других обстоятельств, она бегала в школу.

Третья старшая школа города F была обычной муниципальной школой.

Всего в городе F было пять старших школ, и все, кроме Первой, считались обычными.

Дорога, на которую автобус тратил двадцать минут, заняла у Гу Нин полчаса бега.

Её физическая форма была настолько плохой, что эти полчаса вымотали её до предела. Она несколько минут приходила в себя, прежде чем почувствовала себя лучше.

Гу Нин хотела стать сильнее, но понимала, что в спешке каши не сваришь. Поэтому она не давила на себя слишком сильно: когда нужно — была жёсткой, но когда нужно — давала себе отдых.

Поскольку Гу Нин вышла рано, до утреннего чтения оставалось ещё двадцать минут, и она решила позавтракать.

Она купила паровую булочку и стакан соевого молока, ела на ходу и не успела пройти и половины пути, как всё съела.

— Гу Нин?

Едва она вошла в холл учебного корпуса, как услышала своё имя. Голос был мужской, с ноткой неуверенности.

Гу Нин слегка нахмурилась. Благодаря унаследованной памяти она смутно узнала этот голос. Подумав мгновение, догадалась, кто это — Цинь Чжэн.

Она повернулась на звук и действительно увидела Цинь Чжэна.

Ростом около метра восьмидесяти, в белой футболке и джинсах, с красивыми чертами лица и солнечной аурой — он нравился многим девушкам.

Но то, как он поступил с Гу Нин, вызывало лишь отвращение.

— Что-то случилось? — голос Гу Нин был ровным, лишённым эмоций, а выражение лица — совершенно спокойным, словно перед ней стоял незнакомец.

Впрочем, так оно и было. Хотя она унаследовала память Гу Нин, в душе она оставалась Тан Айнин. Кроме семьи Гу Мань и Гу Цин, все остальные были для неё чужими.

Даже те, кто носил фамилию Гу, её не волновали.

Хотя именно Цинь Чжэн напрямую привёл к смерти прежней Гу Нин, она больше не была той девушкой. В её сердце не осталось ни ненависти, ни обиды, и она не собиралась ни мстить, ни сводить счёты.

Разумеется, при условии, что они сами не полезут к ней. Если же они начнут искать неприятности на свою голову — пенять будут только на себя.

Увидев, что это действительно Гу Нин, Цинь Чжэн очень удивился. Разве она не попала в аварию? И довольно серьёзную. Но сейчас выглядела совершенно здоровой.

От удивления он даже не заметил её холодного тона и спросил:

— Ты... в порядке?

Хотя Цинь Чжэн не любил Гу Нин, он чувствовал свою ответственность за то, что она попала в аварию, и в душе испытывал некоторую вину.

— И что? — спросила Гу Нин.

— Что? — не понял Цинь Чжэн. — Что значит «и что»?

— Пф, — Гу Нин не удержалась от насмешливого фырканья. Она смотрела на Цинь Чжэна как на идиота и безжалостно съязвила: — Я говорю, господин Цинь, у вас что, глаза вытекли? Если нет, то вы должны видеть, что я стою здесь целая и невредимая. Разве я похожа на ту, с кем что-то не так? Или у вас проблемы с интеллектом? Проблемы с интеллектом — не беда, беда — когда ты их выставляешь напоказ. Даже если вам надоела однообразная жизнь, не нужно опускать планку собственным лицом! Опускайте сколько хотите, но меня в это не впутывайте!

— Ты...

Услышав это, лицо Цинь Чжэна мгновенно потемнело. Он был в ярости от унижения и одновременно потрясён переменой в Гу Нин. Такая острая на язык — это была совсем не та замкнутая, нелюдимая и косноязычная Гу Нин, которую он знал раньше.

Неужели авария так сильно изменила человека?

Да, душа изменилась, а с ней — и характер.

— Я что? — притворно-невинно переспросила Гу Нин, ничуть не раскаиваясь в сказанном.

— Хорошо сказано! — вдруг раздался довольно звонкий женский голос. — Некоторые люди именно так и опускают планку — собственным лицом, строя своё счастье на чужом горе. Поступают подло, но при этом, мать их, ещё и гордятся этим. Просто глаза выжигает!

Девушка, говорившая это, была в школьной форме, с длинными прямыми волосами. У неё были очень красивые черты лица, классическое «семечко», большие круглые глаза, изящный маленький носик и тонкие губы — выглядела она довольно мило.

Но её внешность совершенно не вязалась с поведением. Она шла вразвалку, говорила грубо — типичная «трудная» девушка.

До утреннего чтения оставалось десять минут, и в корпусе было много учеников. Слова девушки сразу привлекли всеобщее внимание.

Цинь Чжэна в выпускном классе знали многие: он был симпатичным, хорошо учился, состоял в классе для одарённых и слыл приличным человеком.

По крайней мере, в глазах посторонних. Каков он на самом деле, знали только его близкие друзья да Гу Сяосяо.

Будь он порядочным, не стал бы ради ухаживаний за Гу Сяосяо соглашаться на такие аморальные условия.

Впрочем, те ребята были из богатых семей, избалованные мажоры, и в истории Цинь Чжэна с Гу Нин не видели ничего предосудительного. Напротив, находили её забавной и наблюдали за ней как за спектаклем.

Только Му Кэ предупредил Гу Нин.

Никто, кроме этих людей, не знал, что Цинь Чжэн встречался с Гу Нин, — он запретил ей рассказывать об этом. Это была всего лишь игра.

Если бы кто-то узнал, что у такого, как Цинь Чжэн, есть девушка — замкнутая, плохо учащаяся и из бедной семьи, — это было бы позором.

— Чу Пэйхань, ты...

Будучи униженным на публике и видя подозрительные взгляды окружающих, Цинь Чжэн, конечно, пришёл в ярость. Его лицо стало отвратительным.

Но возразить он не мог.

Ведь он и сам знал, что поступил непорядочно и был не прав.

Услышав имя «Чу Пэйхань», Гу Нин невольно нахмурилась. Она слышала это имя — в школе оно было на слуху.

Правда, известность была дурной: опоздания, прогулы, уходы с уроков, драки — выговоров у неё было не счесть.

По идее, такую ученицу должны были исключить, но она, как назло, училась хорошо — входила в первую сороковку параллели.

К тому же поговаривали, что её семья знакома с директором, поэтому, сколько бы выговоров она ни получала, исключение ей не грозило.

— Пф, я никого по имени не называла. Хотите примерять на себя — пожалуйста, только не срывайте зло на мне, — презрительно фыркнула Чу Пэйхань, всем своим видом показывая пренебрежение.

(Конец главы)

http://tl.rulate.ru/book/12184/239337