В какой-то момент он подумал о том, чтобы использовать звезды в качестве свечей, но решил, что не захочет гасить звезды, даже если у него будет такая сила (что в любом случае было невозможно, не говоря уже о том, что об этом смешно думать). Он не мог видеть настоящее небо, поэтому не мог загадать желание на падающую звезду.
Зато он мог загадать желание на звезду-покровителя. Он не знал, есть ли у него такая звезда, но уже решил использовать Сириуса, поскольку он был самым ярким, самым близким и, следовательно, скорее всего, услышит его. Гарри чуть не фыркнул от того, как удрученно это прозвучало в его голове. Он знал, что должен быть доволен тем, что у него есть. Он знал, что есть дети, которым приходится хуже, чем ему, что это эгоистично - желать большего, но он сам был ребенком. В мятежный момент, в краткий приступ самодовольства, Гарри решил, что будет эгоистом и загадает желание для себя, хотя бы на этот раз.
Гарри почти передумал, когда понял, что постоянно желает чего-то с тех пор, как себя помнит. Однако приступ детского эгоизма (как считал Гарри) ещё не прошёл, и он решил, что ничего страшного, если он просто загадает то, чего не желал раньше. В конце концов, нельзя же показаться ворчливым.
Так что да, в свой день рождения он загадает желание на звезду Сириуса. Но что загадать? Он уже загадывал желание о родителях, но они умерли и больше не вернутся. Столько же времени он мечтал, чтобы объявился давно потерянный родственник и забрал его. Он продолжал бы тщетно желать этого утром и потом, но не сегодня.
Что же оставалось? Гарри посмотрел на электрические часы, которые показывали 11:55. Тогда лучше решить побыстрее. Что же ему попросить? Новую одежду? Лучшую одежду? Это было бы вполне разумно, не так ли? Даже для урода. Если бы его родственники хотели жить нормальной жизнью, они бы, конечно, поняли, что не могут позволить ему щеголять в этих отвратительных шмотках? Люди начали бы говорить.
Новая комната? Нет, это было нереально. Кроме того, они найдут и заберут «украденную» звездную карту, если ему придется перевозить свои вещи, как бы мало их ни было, а это было недопустимо. Значит, не новая комната.
Новые очки? Даже он знал, что они никуда не годятся. Не только потому, что они держались на скотче, но и потому, что он не очень хорошо в них видел.
«Я бы хотел...» Похоже, ему в голову не приходило никаких идей, которые могли бы гарантировать хоть какие-то положительные изменения. Он подумал о том, чтобы пожелать именно этого, положительных перемен, но его светлый интеллект решил в кои-то веки заявить о том, что это желание уже было исполнено. Он получил свой первый в жизни подарок на день рождения!
Так он думал, думал и думал...
И когда часы наконец-то пробили 00:00, он решил перестать думать об этом и просто сказать первое, что пришло ему в голову. «Хотел бы я знать, что делать со своей жизнью».
Тишина.
Ничего не произошло.
«Что ж, полагаю, слишком многого я ждал от мгновенного прозрения». пробормотал Гарри, стараясь не говорить слишком громко, чтобы не разбудить Дурслей. Он снова замолчал, и в конце концов до него донесся резкий храп Вернона и Дадли наверху.
Прозрение: момент внезапного и великого откровения или осознания. Это было одно из любимых слов Гарри с тех пор, как он случайно нашел его в словаре.
«С днем рождения Гарри Джеймс Поттер». Имя все еще звучало чужеродно, потому что никто не произносил его, кроме учителей и его самого - раз в год в день рождения. «Гарри Джеймс Поттер...» снова прошептал он, выключая свет и натягивая на себя потрёпанное одеяло. Завтра у него был целый день. Ему нужно было как можно скорее сделать все свои дела, потому что его родственники собирались пригласить кого-то на ужин. Приедет представитель компании, заинтересованной в контракте с Грюннингсом, компанией, в которой работал дядя Вернон и которая производила буры.
Это означало, что завтра не будет времени на библиотеку. Он мог бы поспать как можно больше. «Может быть, сегодня мне снова приснится человек-собака. Или про большого оленя и женщину с рыжими волосами, которая машет палкой на большого оленя и заставляет рождественские огни появляться на его рогах...»
В его голове внезапно пронеслась мысль нарисовать собаку, оленя и смеющуюся женщину для следующего задания по искусству в школе.
Гарри улыбнулся в темноте, погружаясь в сон. Это не было ответом на вопрос, что делать со своей жизнью, но это было начало.
00:00 превратились в 00:01.
«-. .-»
Мало кто знает, что происходит в Отделе тайн, глубоко в недрах здания, принадлежащего Министерству магии Великобритании. Все знают, что там проводятся сверхсекретные исследования, что тех, кто там работает, называют Невыразимцами, и что никто не знает, кем является каждый Невыразимец. Даже сами Невыразимцы редко знают личности друг друга, так же как и каждый отдел не вмешивается в дела других.
Исследования и эксперименты, относящиеся к каждому отделу, проводятся в больших залах, отделенных друг от друга. Дверная комната связывает их воедино. Это странная конструкция, в которой двери всегда двигаются, как на американских горках, когда кто-то хочет куда-то попасть. Это способ гарантировать, что только Невыразимцы знают, как пройти.
В Отделе тайн изучается все, что связано с магией, - от обычных заклинаний до самых глубоких и секретных магий. Величайшие проекты закрыты в глубине Департамента - в Комнате мозга, в Комнате времени, в Комнате пророчества, в Комнате смерти...
Но одна комната всегда оставалась самой загадочной, в ней хранится сила, которую волшебники в своем высокомерии считали способной сдержать, изолировать, чтобы удовлетворить свое любопытство. Мало кто может оставаться в этой комнате сколько-нибудь долго, не изменившись навсегда - не из-за самой силы, а из-за ее интенсивности. Все четверо, побывавшие там за последнее столетие, вышли оттуда, но уже другими. Один вошел в состояние постоянной эйфории и начал видеть и говорить о несуществующих существах, другой потерял магию, третий разрыдался и был помещен в палату длительного пребывания Св. Мунго, а последний просто вышел и отказался говорить до конца своих дней.
http://tl.rulate.ru/book/118977/4794613
Сказали спасибо 0 читателей