Стражники уже выяснили всё, что было нужно, и с возвращением Шарлотта их задача была выполнена.
В эту эпоху в Фалесской Империи обязанности полиции выполняла городская стража, у которой не было строгих правил и чёткой процедуры расследования преступлений.
Другими словами, в ту эпоху к расследованиям относились небрежно, а о профессионализме и речи не шло.
Говорили, что процент раскрываемости преступлений у городской стражи не превышал трёх процентов. Расследование краж в значительной степени зависело от частных детективов, а ограбления, похищения людей и убийства почти всегда раскрывались благодаря частным вознаграждениям.
Лучше, чем в обществе без законов, но ненамного — довольно неприятная картина.
Городская стража поспешно покинула квартиру, усадила Шарлотта в карету и помчалась в сторону своего участка.
Находясь в карете, Шарлотт тихо размышлял: "У меня пропало несколько дорогих украшений стоимостью один-два эскю, но вероятность того, что их взял убийца, крайне мала - скорее всего, меня просто ограбили, воспользовавшись суматохой. Что же касается самого убийства, то леди Менельман ни в коем случае не должна об этом узнать".
Он потёр переносицу. Его сердце было полно тревоги.
Мужчина и женщина пришли вместе, у них произошла ссора, а затем и убийство. Даже не будучи дотошным частным детективом, можно было с лёгкостью предположить, что это дело как-то связано с их личной жизнью.
Шарлотт боялся, что оказался замешан в этой любовной истории в не самом приглядном свете.
У Менельман когда-то был такой жених, как Зигмунд Аксель Робин, поэтому она наверняка питала отвращение к мужчинам-ловеласам и ни за что бы не позволила себе держать в подчинении того, кто был хоть немного похож на её бывшего. Если бы подобная история стала достоянием общественности, то, даже если бы ему удалось выпутаться из этого скандала, он точно потерял бы работу.
Да, он теперь жил не на Земле. Служащие Имперского правительства не были государственными служащими, которых нельзя было уволить просто так. Менельман достаточно было сказать всего одно слово, чтобы Шарлотт лишился своей высокооплачиваемой работы, и даже больше — он бы больше никогда не смог устроиться на государственную службу.
"Пусть это послужит мне уроком. Нужно как можно скорее избавиться от этого цепа, купить жильё в другом месте, переехать из Александрии и разорвать все старые социальные связи".
Шарлотт потёр переносицу, обдумывая, кто ж у него есть в знакомцах.
У "Шарлотта Меклен" было мало связей, а таких людей, кого можно было назвать настоящими друзьями, не было вовсе. Со всеми он состоял в приятельских отношениях. Его родители были коммерсантами, довольно состоятельными, и обладали достаточным капиталом. Возможность учиться в Шеффилдском Университете Шарлотту обеспечило именно финансовое благополучие его семьи.
Сейчас, когда здоровье его отца постепенно ухудшалось, он постепенно передавал бизнес старшему сыну, то есть старшему брату Шарлотта. Брат относился к своему младшему родственнику с большой опаской и несколько раз говорил отцу: «Дай Шарлотту денег, пусть откажется от права наследования». Стоило подождать всего несколько лет, и после смерти родителей Шарлотт мог бы с чистой совестью разойтись со старшим братом и его семьёй и никогда больше с ними не видеться.
Единственной, кто их ещё связывал, была сестра. У них были очень тёплые отношения, но она вышла замуж и уехала далеко, поэтому виделись они теперь редко.
Кроме брата и сестры, у Шарлотта больше не было близких родственников, зато была невеста, с которой они даже назначили дату свадьбы, что несколько усложняло дело.
"Говорят, моя невеста очень недовольна нашим предстоящим браком, и несколько раз пыталась разорвать помолвку. Можно попробовать подлить масла в огонь".
Вскоре карета добралась до штаб-квартиры городской стражи, которая располагалась в отдельном трёхэтажном здании с выходом на улицу. Оно было построено ещё во времена правления предыдущей Династии и хранило на себе отпечаток времени.
Допрос прошёл быстро. Благодаря ему Шарлотт выяснил личности мужчины и женщины, ворвавшихся в его квартиру.
Это была семейная пара по фамилии Янг-Миллз. С господином Янг-Миллз он знаком не был, зато с леди его связывали весьма... Предосудительные отношения. Как господин Янг-Миллз узнал о близких отношениях жены и Шарлотта, как заявился к нему домой, как в ходе ссоры и потасовки убил свою жену — это была уже другая печальная история.
Хорошо ещё, что в тот момент Шарлотт бродил по оружейному рынку, иначе всё могло бы кончиться гораздо хуже.
Городская стража записала показания Шарлотта в качестве дополнительных материалов дела, отправила их в архив, выпустила ордер на арест мистера Янг-Миллз — и на этом посчитала дело закрытым.
Обычно за информацию, указанную в ордерах на арест, выдаваемых городской стражей, не полагалось вознаграждения, да и среди добропорядочных граждан редко находились те, кто горел желанием помогать городской страже ловить беглецов.
И в Фалесской Империи, и в других странах, и даже во времена правления прошлых Династий, случалось так, что ордер на арест, выпущенный несколько десятилетий назад, находили у ничего не подозревавшего преступника дома, который всё это время спокойно жил и работал как ни в чём не бывало. Такие новости не были редкостью.
Так абсурдно выглядела правовая культура той эпохи.
Покинув участок городской стражи, Шарлотт чувствовал себя совершенно разбитым, и хотя он не был подозреваемым в этом деле, настроение у него было подавленным. Он и представить себе не мог, что его новая жизнь окажется такой запутанной: только-только получил повышение и прибавку к жалованию, как тут же оказался втянут в историю с убийством.
Вернувшись в Апартаменты Союза Сбережений, он дал присматривавшей за его квартирой служанке Мэри два септима чаевых, что по тем временам было весьма щедрыми чаевыми, а потом, с помощью управляющего, поспешно переехал в квартиру из двух комнат на четвёртом этаже.
Перебравшись в новую квартиру, мужчина устало улёгся на диван, перевёл дыхание и почувствовал голод. Он взглянул на небо, сияющее в одном из окон, понимая, что в такое время ему не удастся найти ни одного работающего магазина, поэтому ему пришлось снова готовить то же самое, что и несколько дней назад.
Вкус был по-прежнему неописуемым.
Поев, Шарлотт лёг на кровать и машинально потянулся за дневником, но тут же отложил его в сторону. Он знал, что дневник прежнего владельца этого тела поможет ему лучше понять, кем он стал, но близость к вещам, связанным со злым Богом, пугала его до дрожи. Его терзали противоречия.
Он принялся серьёзно размышлять, решив как следует спланировать свою жизнь в этом мире.
"Завтра нужно будет попросить у леди Менельман ещё один выходной. Сначала продам цеп, перееду, а потом куплю одежду".
Всю одежду, на которой остались пятна крови - как свою, так и женскую - Шарлотт, переезжая, оставил служанке Мэри, поэтому сейчас у него не было ни повседневной одежды, ни обязательного для мужчины парадного костюма.
Думая о переезде, Шарлотт невольно начал вспоминать всё, что знал о Верхних Семи Районах.
Цены на жильё в Валле де Ваз были слишком высокими, а жить дальше в Александрии он точно не мог, так что эти два района он сразу же вычеркнул из списка. Ещё три района Шарлотт даже не рассматривал - они находились слишком далеко от Марна, где он работал, и добираться до него было бы очень неудобно.
После недолгих раздумий у Шарлотта осталось всего два варианта: два больших района, расположенные между Валле де Ваз и Марна — Алькатрас и Пикардия.
Взвесив все за и против, первый вариант он без раздумий отверг: Алькатрас находился в непосредственной близости от Валле де Ваз. Цены на жильё там были довольно высокими, да и добираться до Тюрьмы Килмэйнама было далековато. В Пикардии цены на жильё были ниже, да и до работы ему было добраться легче.
Так что Шарлотт решил, что завтра, продав цеп, отправится прямиком отправится в Пикардию, в Бюро недвижимости — узнает, нет ли там подходящих вариантов.
http://tl.rulate.ru/book/117359/4668639
Сказали спасибо 0 читателей