Говорят, когда флаг Короля Пиратов замаячил на рейде Порта Минфост, крупнейшего порта Империи, один из Адмиралов Имперского Флота от страха наложил в штаны.
В то время в Порту Минфост стояло на ремонте не более двадцати боевых кораблей, а Объединённый Пиратский Флот, возвращавшийся с моря, насчитывал три сотни больших и малых судов. Масштаб флотилии и её мощь позволяли пиратам с легкостью стереть с лица земли этот великий порт Империи, а затем, двигаясь вдоль побережья, уже через неделю взять штурмом столицу — Страсбург.
Каждый житель и купец этого шумного портового города был в отчаянии, считая, что пришел конец света. Найти в себе мужество сражаться могли не более половины всех солдат гарнизона.
Но когда над флагманом Короля Пиратов и его эскадрой взвились белые флаги, Порт Минфост охватило безудержное веселье. Люди радовались, как в самый главный праздник, толпы горожан высыпали на улицы, пели песни и танцевали.
Цимолман Робин привел свой флот обратно в Империю и вновь обрел славу! За какие-то пару лет его репутация успела взлететь до небес, стремительно рухнуть в бездну и вновь подняться на невиданную высоту, до которой ему, казалось, не суждено было добраться даже с его талантами! Его короткая жизнь уже стала легендой в Империи.
В тот год слава Цимолман Робина сравнялась со славой его предка Сарацеса Робина, жившего пять столетий назад. Его считали самым непокорным человеком своего времени, чьё имя навеки будет вписано в анналы истории.
Встретившись с Цимолманом Робином, Император, смеясь, произнес:
— Проси что угодно, кроме трона! Любую награду!
И тогда Цимолман Робин попросил то, чего от него никто не ожидал. Он отказался вернуться в свой род и испросил у Императора фамилию Аксель, превратившись из Цимолмана Робина в Зигмунда Акселя Робина! А после того, как его флот вернулся в Империю, Зигмунд Аксель Робин, словно бы выполнив все свои жизненные цели, странным образом изменился.
Ранее, до мятежа, он был человеком немногословным, погружённым в учебу, считавшим любые развлечения ненужными. Он отличался самодисциплиной, консервативностью и строгостью. Наставники так описывали его: «Его распорядок дня точен, как часы, а жизнь аскетична, как у святого. Кажется, он не видит ничего, кроме учебы и поиска истины!» Однако, вернувшись в Империю, Цимолман будто сбросил с себя все маски и за считаные дни превратился в самого искусного ловеласа Империи.
Менельман Су Мэй, легендарная старшая сестра Шарлотта, некогда была невестой Цимолмана. Однажды она решила навестить свою мать и увидела, как он усердно «трудится» над её телом...
Эта сцена показалась леди Менельман страшным оскорблением. Разгневанная до предела Первая Роза Империи тут же выхватила меч, намереваясь вызвать этого мерзкого ловеласа на дуэль.
Целый день Шарлотт смотрел на то, на что ему не следовало бы смотреть. Он прекрасно понимал, почему леди Менельман сожгла те документы. Если бы эта история не получила столь широкой огласки, Шарлотт даже задумался бы, не способна ли его новоиспечённая наставница убить, чтобы скрыть правду. С её происхождением и положением в обществе убийство пары-тройки Секретарей Первого Класса сорок первого Ранга не считалось бы серьезным преступлением.
Дуэли так и не случилось: Зигмунд Аксель Робин, доведя Леди Шелли до пика блаженства, вскочил на ноги, вышиб окно и с невероятной скоростью скрылся из виду.
Имперская Роза просто не успела остановить этого распутного мерзавца.
На следующий день Менельман Су Мэй сделала публичное заявление о разрыве помолвки и намерении сразиться с Зигмундом Акселем Робином на дуэли не на жизнь, а на смерть. И, как и полагалось, у ног прекраснейшей Имперской Розы преклонялось немало преданных дворян, готовых бросить вызов её бывшему жениху. За один день Зигмунд Аксель Робин получил сотни вызовов на дуэль. Где бы он ни появлялся, его тут же окружали претенденты и предлагали скрестить мечи.
Зигмунд, будучи потомком благородного рода, прекрасно владел мечом, и в своей свирепости и жестокости он, пожалуй, даже превосходил самого знаменитого из своих предков. Несколько уличных дуэлей Аксель выиграл, однако во время восемнадцатого поединка один из претендентов его разозлил, и он убил его прямо на улице.
После этого случая он не щадил никого из своих противников. Он вышел победителем из ста пятнадцати дуэлей и убил сто пятнадцать дворян, нажив себе врагов среди большей части знатного общества Империи - бросить ему вызов решались только отпрыски дворянских семей, выходцы из высшего света.
Эта серия громких дуэлей получила название «События Первой Розы». Она обозначила собой поворотный момент в жизни Зигмунда Акселя Робина и начало его падения.
Цимолман будто в одночасье стал невменяемым. Ему было мало одержать победу над претендентом на дуэли — почти после каждого поединка он пытался соблазнить какую-нибудь родственницу поверженного противника: мать, тётю, кузину, старшую сестру... А если таковых не находилось, в ход шли младшие сестры, кузины, а то и вовсе дочери друзей семьи...
Так из представителя высшего света Империи он превратился в заключенного, которого обвиняли в двухстах пятидесяти семи преступлениях: убийстве, изнасиловании, поджоге, разбое, краже, похищении людей, угрозах и так далее.
Он даже побил рекорд Империи по количеству совершенных преступлений! Если бы не его былые заслуги, Император не стал бы семь раз подписывать указ о помиловании, и сам Цимолман Робин уже давно болтался бы в петле.
Шарлотт, немного передохнув от изучения документов, вдруг подумал, что вот это, чёрт возьми, была жизнь! По сравнению с этим Акселем, даже он, получивший второй шанс прожить жизнь, был слишком скучным, обыденным и неинтересным.
Сейчас Зигмунд Аксель Робин томился в Тюрьме Килмэйнама и ждал, подпишет ли Император восьмой указ о помиловании или же его ждёт смертный приговор.
Шарлотт потер переносицу — ему больше не хотелось заставлять себя пить этот местный чай. Он решил завтра купить другой — например, цветочный, который привозили из Королевства Тонгли. Мужчина поставил чашку на стол, разделся и забрался в постель. Вскоре Шарлотт уснул глубоким сном.
Следующим утром, когда первые лучи солнца осветили спальню, Шарлотт открыл глаза.
Спал он просто прекрасно. Встав с кровати, он наспех умылся, переоделся и положил грязную одежду в пакет у двери.
Служанки в Апартаментах Союза Сбережений забирали одежду, оставленную постояльцами у дверей, стирали, гладили и возвращали обратно. Стоимость этих услуг включалась в арендную плату, которую собирали раз в месяц.
Приведя комнату в порядок, Шарлотт, не успев разобраться с женскими вещами, быстро вышел из квартиры — ему нужно было решить кое-какие рабочие формальности.
К его великому сожалению, век информационных технологий ещё не наступил, и все рабочие процессы выполнялись вручную.
http://tl.rulate.ru/book/117359/4668627
Сказали спасибо 0 читателей