Готовый перевод I, Uzumaki Naruto, Want To Unify The Ninja World / Я, Узумаки Наруто, хочу объединить мир ниндзя: Глава 49

– Общество Красного Солнца, Кира, опять твои уловки, – сквозь зубы процедил Дандзо. – Твои иллюзии, превращения – все это фальшь. Хочешь трагичную историю? Я могу сочинить тебе любую. Но ложь останется ложей. Неужели думаешь, остальные трое поведутся на это?

Голос Шимуры Дандзо звучал убедительно. Он, корень Конохи, всю жизнь провел во тьме, научившись выдавать черное за белое. Его правило было простым: *«Пока я бесстыден, меня не заставят краснеть»*.

– О? Раз ты говоришь, что это фальшь, значит, так и есть? – Наруто усмехнулся.

В одно мгновение его фигура дрогнула, и он оказался перед Дандзо, сжимая его горло одной рукой и поднимая в воздух.

*Пф!*

Половина одежды и бинтов старика разорвалась, обнажив бледные, как у мертвеца, руки. На одной из них зиял Шаринган – кроваво-алый, пугающий.

– Внимательно посмотрите, шиноби Конохи! Не говорите, что не знаете, что это за глаз.

– Почтенный старейшина деревни, откуда у тебя рука с Шаринганом? Думаю, вы уже догадываетесь.

– Сколько ниндзя клана Учиха погибли за эти годы «при загадочных обстоятельствах»? Сколько «случайно» умерли во время миссий? Сколько раз секретные маршруты Конохи внезапно оказывались раскрыты вражескими деревнями?

– Шимура Дандзо, четыре года назад я сказал: ты – раковая опухоль Конохи. Сколько жизней шиноби погубил ты? И даже не думаешь раскаяться?

Голос Наруто был ледяным, в глазах горела месть. Его слова ударили по всем присутствующим. Особенно ослепительной казалась рука с Шаринганом. Даже ниндзя из отряда «Корень», привыкшие к жестокости Дандзо, не могли сдержать учащенного сердцебиения. В их сердцах поднималась ярость.

– Я не ошибаюсь! Все ради блага деревни! Я – корень Конохи! Моя любовь к ней не слабее, чем у других! – Дандзо пытался вырваться, но не мог. Оставалось только упрямо твердить свое.

– Любить деревню – значит ослаблять ее изнутри? Любить – значит уничтожать первый клан Конохи? Любить – значит подставлять своих же?

– Что ты понимаешь?! Клан Учиха готовил мятеж! Я лишь предупредил его! Разве это неправильно?!

– Ты убивал Учиха одного за другим, подставлял клан, следил за Анбу, использовал любые грязные методы, а потом обвинял других в сопротивлении. Смешно.

– Ты даже не знаешь, что Восстание Девятихвостого устроили люди с Шаринганом! Они управляли Девятихвостым, из-за чего деревня понесла огромные потери! Мы лишь приняли меры! – Дандзо шипел, изо всех сил цепляясь за оправдания.

– Много у кого в мире есть Шаринган. Вот, смотри, – Наруто указал на человека в маске Мадары. – Если уж искать виновного в Восстании, то он. Ты признаешь это, Дандзо?

– Ты просто указываешь на первого встречного! Где доказательства?! Кто тебе поверит?! – Дандзо засмеялся, набираясь уверенности.

– Без доказательств ты не веришь. Но где доказательства, что Учиха виновны? Почему ты решил, что они должны умереть?

Пока они говорили, человек в маске Мадары напрягся. Его зрачки сузились.

*[Это тот, кто убил Вайт Зецу и украл награду за Какузу? Общество Красного Солнца, Кира?]*

*[Он – угроза. Его нужно устранить.]*

Но раз его уже заметили, оставалось лишь наблюдать.

– Дандзо, ты спокоен, потому что это клон. Если он умрет – что с того? – Наруто вдруг отпустил старика, даже поправил ему одежду.

Потом холодно посмотрел на Сарутоби Хирузена.

– Третий Хокаге, ответь мне. Какое наказание полагается за убийства ниндзя деревни и эксперименты над людьми?

Хирузен вздрогнул. Вопрос повис в воздухе. Даже ниндзя Анбу уставились на него, ожидая ответа.

Обычных шиноби за малейшие провинности сурово карали. Правила были четкими. За десятилетия истории Конохи многие поплатились жизнью за нарушения.

– Если простой ниндзя оступится – его накажут. А если ошибется высший чин – ему простят и нальют три бокала? Ты это имеешь в виду, Сарутоби Хирузен? – Наруто подошел ближе, глядя на худого старика.

Дандзо вдруг понял что-то, и его лицо исказилось.

Хирузен вздохнул.

– А если я и правда прощу Дандзо?

– Тогда что? – Наруто поднял голову, окидывая взглядом всю Коноху.

– Ты видел Восстание Девятихвостого. Но есть вещи куда страшнее. И ты, Сарутоби Хирузен, точно не захочешь их увидеть.

Его голос был спокоен, но в нем звучала непоколебимая уверенность. Хаки невероятной мощи ударило во все стороны.

Абсолютная власть.

http://tl.rulate.ru/book/115661/4528304