Готовый перевод Re: Blood and Iron / Перерождение: Кровь и сталь: Глава 69: Весеннее наступление начинается!

Довольно удивительно, что после покушения на жизнь Бруно и пропаганды, изображавшей это как нападение Красной армии. Массовая вербовка способствовала не только укреплению сил российской армии.

Когда новость достигла берегов Германского рейха, десятки тысяч мужчин поднялись на ноги. Они заявили о своем намерении вступить в Железную бригаду и покончить с большевиками раз и навсегда.

На улицах Берлина звучали призывы к войне, ветераны и мирные жители требовали крови марксистов, которые осмелились совершить такой трусливый поступок, как нападение на своего генерала на улицах Санкт-Петербурга.

Естественно, что крики о войне и десятки тысяч людей, вышедших на митинг в ее поддержку, заставили французов попотеть, поскольку они поняли, что им невероятно повезло, что их атаку приняли за атаку Красной армии.

Однако это было далеко от истины. Немецкое правительство прекрасно знало, что за покушением стоят французы. И готовилось к быстрой и жестокой расправе над французским военным руководством.

Но до поры до времени они позволяли людям всего мира верить, что организаторами этого нападения были большевики, поскольку это способствовало достижению текущих целей Германского рейха, которые заключались в прекращении продолжающейся Гражданской войны в России.

В результате в «Железную бригаду» стали принимать все больше и больше членов. Это заставило германскую оружейную промышленность начать производство большего количества оружия, чтобы поддержать число иностранных добровольцев, участвующих в Гражданской войне в России.

Пулеметы, артиллерия, винтовки и гранаты производились для удовлетворения спроса. В то время как Железная бригада создавала учебные центры, где можно было научиться маршировать, стрелять, а также выполнять основные пехотные тактические приемы.

Будь то городская война, окопная война, базовая боевая медицинская подготовка или использование и эксплуатация тяжелого вооружения, такого как пулеметы и артиллерия. В течение нескольких месяцев после ранения Бруно еще 19 000 человек были вооружены, обучены и отправлены в Санкт-Петербург, чтобы сражаться в составе Железной бригады.

Из этих 25 000 человек 15 000 действовали как пехота, а 4 000 были подготовлены для использования в артиллерийских полках.

Это означало, что при нынешних 5 000 пехоты Бруно и 1 000 артиллерии «Железная бригада» теперь имела целую дивизию, состоящую из 4 пехотных бригад и 1 артиллерийской бригады. Таким образом, добровольческое подразделение было переименовано из Железной бригады в Железную дивизию.

Это не совсем соответствовало ожиданиям Бруно. Но в итоге он с радостью принял добровольцев из Отечества в свои ряды. Усиление войск, планировавших атаковать Красную армию под Царицыном, составило 19 000 человек, 400 пулеметов и 144 орудия полевой артиллерии.

Таким образом, общая численность Железной бригады достигла 25 000 человек, 500 пулеметов и 180 75-мм полевых орудий. Бруно также мог бы легко добавить в дивизию минометы, но это было бы излишеством и раскрыло бы миру ценный секрет.

Поэтому он решил просто использовать это оружие. Этого было бы более чем достаточно, чтобы уничтожить всю Красную армию, не говоря уже о 100 000 человек, защищавших Царицын.

К этому добавилась дивизия из России, состоявшая из пехоты, кавалерии и артиллерии. В результате Бруно шел на Царицын с 50 000 человек. Что, хотя и вдвое меньше, чем у противника, имело значительные преимущества перед Красной армией, которой предстояло оборонять занятый ими город.

Проведя остаток зимы в заботах о том, чтобы все было готово для транспортировки этих 50 000 человек в Поволжье, Бруно отдал приказ о походе. Поезда доставили бы большую часть людей и их снаряжение на ближайшую железнодорожную станцию в Царицыне, где остальные люди отправились бы в поход.

Благодаря налаженным железным дорогам путешествие проходило гораздо спокойнее. Бруно молча сидел в своем собственном охраняемом вагоне, наблюдая за проплывающими мимо русскими пейзажами. Это было бы довольно комфортным путешествием, если бы конечным пунктом не было поле боя, расположенное в городе, который должен был быть разрушен в ходе кампании.

Но Бруно давно научился наслаждаться простыми вещами в жизни, пока есть возможность, и такими мирными моментами, как этот. Поэтому он просто молча курил и наслаждался видом. Он надеялся, что ему больше никогда не придется любоваться этим видом.

Потому что Бруно знал: если это случится, значит, он вернется в эту часть России с той же целью, что и сейчас. Война.... А это было то, что он, по понятным причинам, считал нежелательным.

Конечно, он также знал, что это было почти неизбежно. Через десять лет он увидит именно этот пейзаж. При условии, что царь и его армия не сгинут к тому времени, когда он доберется до Царицына. Поэтому Бруно было любопытно, как изменится местность к тому времени. И изменится ли вообще.

В конце концов, ничто не остается неизменным вечно. Именно об этом думал Бруно, пока поезд добирался до конечной остановки. Там он вышел из вагона, надел свой большой плащ и грузовое снаряжение, прикрепил шлем и зашагал по русской деревне в начале весны.

Вдалеке поднимались клубы дыма, несомненно, от заводов, на которых в этот момент производилось оружие и боеприпасы для Красной армии. Оружие и боеприпасы, которые вскоре будут использованы против Бруно и его людей.

Но Бруно это не волновало. Вместо этого он ждал прибытия остатков своей армии. Что, несомненно, займет немало времени. В связи с этим Бруно решил временно поселиться в местном трактире.

Как командир этой армии, он должен был прибыть раньше остальных своих людей. Таков был менталитет Бруно. Он должен был первым прибывать на каждое поле боя, на котором он оставил свой след, и последним покидать его опустевшие земли.

Таковы были идеалы, к которым он стремился. Практичность часто мешала столь возвышенным намерениям. Например, если, не дай Бог, врагу удастся одолеть его и его армию, то ему, как генералу, чье значение для войны было гораздо выше, чем у рядового солдата. У Бруно не было бы другого выбора, кроме как эвакуироваться при первой же возможности.

Большевистским командиром, выбранным для руководства Красной армией в Царицыне, был не кто иной, как молодой Яков Свердлов. Яков был большевистским революционером и лидером, получившим командование Красной армией в Царицыне после гибели Леона Троцыка от рук Бурно. Он был на несколько лет моложе Бруно, на данный момент ему было 25 лет. И был архетипичен для царской антикоммунистической пропаганды. Поскольку он происходил из известной еврейской семьи. Его отец был гравером, подделывавшим документы для большевиков. Он также был атеистом и антирелигиозным. Тем самым он только подливал масла в огонь, который царская пропагандистская машина использовала для борьбы с большевистской революцией. Из шести его братьев и сестер пятеро в той или иной степени участвовали в революции, причем их родители тоже принимали в ней участие.

Откровенно говоря, Бруно просто решил бы, что шестые братья и сестры виновны, и повесил бы их всех в конце войны, если бы им удалось дожить до этого времени. У молодого человека не было настоящей военной подготовки.

Но из-за того, что его семья занимала видное место в большевистском движении, а также из-за того, что он не вовремя заговорил, ему поручили разобраться с Прусским Волком и его походом на Царицын.

Из безопасного Царицына он смотрел вдаль, наблюдая, как проходят недели, и вражеская армия начинает строить свои укрепления за городом. Вокруг Царицына была вырыта сложная система траншей. В них были установлены полевые орудия разного размера и мощности.

Кроме того, царские траншеи были заполнены сотнями пулеметов. Это еще больше укрепляло мысль о том, что немецкий рейх потратил годы на накопление такого оружия. Неизвестно, сколько пулеметов было на вооружении немецкой армии, но, судя по тому, что они смогли отправить 500 для поддержки дивизии якобы добровольцев, их должно быть очень много.

Из-за того, что противник настолько подготовился к этой осаде, Яков сильно нервничал. Прибегая к чрезмерной выпивке, он наблюдал и ждал, когда начнется первая атака. И вот в полночь, когда все мирно спали в стенах города, эхо артиллерийских выстрелов разбудило жителей Царицына.

360 орудий разного калибра сотрясали Царицын своим обстрелом. И так будет продолжаться всю оставшуюся ночь. К моменту восхода солнца на востоке десятая часть города лежала в руинах.

http://tl.rulate.ru/book/115614/4896821