Готовый перевод Protect Our Patriarch / Защищайте Нашего Патриарха: Глава 2. Нет системы?

Глава 2. Системы нет?

Спустя некоторое время ничего так и не произошло.

Системы нет? Сердце Ван Шоучжэ забилось быстрее. Как жить без системы в новом для него мире? Ван Шоучжэ пытался ещё несколько раз вызвать систему, но в ответ ему была лишь тишина.

От понимания того, что ему не предоставили систему в мире культиваторов и свирепых зверей, которые могут разорвать его и не заметить, он ощутил на сердце лёд. Как он будет «играть» без системы?

«Похоже мне придётся всё делать шаг за шагом, дабы не попасть в просак», — выражение лица Ван Шоучжэ слегка помрачнело, однако вскоре он всё же нашёл в себе силы воспрянуть духом: даже без системы у него были некоторые преимущества.

По крайней мере, после слияния воспоминаний он обнаружил, что хотя в этом мире есть много сильных экспертов, но они не так хороши в развитии материальных условий жизни народа и в степени развитости мышления, как люди с Земли, даже если сравнивать с обычным выпускником университета офисных работников, как он…

Пока он размышлял о своих преимуществах и что они ему дадут в будущем, в комнату вбежал мальчик-слуга Ван Гуй с паникой в голосе: «Патриарх, случилось кое-что серьёзное, шестого дядю хотят избить, он послал меня за помощью».

Шестой дядя?　　

Ван Шоучжэ слегка нахмурился, выуживая воспоминания прошлого владельца тела: ‘Шестой дядя — это дядя Ван Динхай?’

Ван Динхай – кровный дядя Ван Шоучжэ, он занимает шестое место в своём поколении согласно системе родового упорядочивания имён. Его талант весьма обычный, как и культивирование, лишь в одном он был хорош – рыбалка, поэтому он возглавляет рыболовецкий флот, один из бизнесов семьи Ван.

Теперь, когда Ван Динхая хотят избить, в рыболовецком флоте семьи должны произойти изменения, это хорошая возможность понаблюдать за изменениями в мире своими глазами.

«Успокойся, какой смысл в панике? – после этого упрёка Ван Шоучжэ спокойно добавил. – Лучше приготовь карету, поедем посмотрим, что там происходит».

«Слушаюсь, патриарх», — поспешно ответил Ван Гуй и, запыхавшись, побежал готовиться к поездке.

Ван Шоучжэ вышел из комнаты и, полагаясь на воспоминания, медленно пошёл к воротам главной резиденции, по пути осматривая различные архитектурные сооружения и постройки, сверяя их одно за другим с воспоминаниями в своём сознании.

По дороге он случайно увидел свою матушку Гунсунь Хуэй, которая с серьёзным выражением лица торопливо вела нескольких телохранителей семьи к главным воротам.　　

Ван Шоучжэ поклонился Гунсунь Хуэй: «Приветствую матушку».　　

Согласно расплывчатой памяти прошлого владельца тела он в юном возрасте потерял родную мать, после чего Гунсунь Хуэй стала главной женой покойного отца. Из детей у неё только дочь Ван Ломяо, которой в этом году исполнилось восемь лет.

Поэтому, он называет Гунсунь Хуэй матушкой, хотя она не является биологической матерью Ван Шоучжэ. Он сам не был против такого обращения, так как она всегда щедра и хорошо заботится о нём

Как только Гунсунь Хуэй увидела Ван Шоучжэ, она подошла к нему и взяв его за руку спросила с беспокойством на лице: «Чжэ’эр, ты зачем вышел? Уже поел? Тебе лучше?».

Телохранители семьи, стоящие позади, поспешно поклонились Ван Шоучжэ.

«Матушка, со мной уже всё в порядке. Духовная пища, которую Вы приготовили помогла мне восстановить силы. Давайте побеседуем поподробнее немного позже, — Ван Шоучжэ невозмутимо отстранился от её руки и с серьёзным выражением лица спросил, — Матушка возглавила телохранителей семьи, чтобы помочь шестому дяде? Если так, то я составлю компанию матушке».

Лицо Гунсунь Хуэй опустилось, и после некоторого колебания она сказала: «Чжэ’эр, раз уж ты унаследовал пост патриарха, рано или поздно тебе придётся столкнуться со всем этим, а коль ты выздоровел, давай вместе пойдём и посмотрим».

«Хорошо, матушка».

Вместе они вышли из ворот главной резиденции, на которых расположилась табличка со словами «Семья Ван Пинъаня». Черта каждого слова походила на взмывающего дракона, создавая трепет в душе смотрящего на них.

Однако в сочетании с пёстрыми цветами колоннады и белыми фонарями с трепещущим на ветру словом «преподношение» это подчёркивало упадок и депрессивное состояние семьи Ван.

«Патриарх, тётушка Гунсунь, карета готова, — личный мальчик-слуга Ван Гуй прибежал впопыхах, — Снаряжение уже уложено внутрь».

После короткого обсуждения Ван Шоучжэ и Гунсунь Хуэй сели в карету, а остальные четыре телохранителя семьи поехали на желтошерстных лошадях с белыми пятнами, сопровождая карету со всех сторон по пути к перевалу Динпу реки Ань.

По дороге Гунсунь Хуэй рассказала обо всех причинах и следствиях.

Ван Шоучжэ, знающий прошлую и настоящую жизнь, быстро прояснил ситуацию: река Ань — великая река шириной в сотни чжан, водные продукты в ней богаты и своеобразны, что может принести длительную экономическую выгоду за счёт рыболовецкого флота. (п.п.: чжан – 3,3 метра)

Но там, где есть интерес, часто возникают конфликты. В городке Пинъань есть три главенствующие семьи, которые, естественно, не хотят отказываться от большого куска мяса, поэтому понадобилось немало ссор и компромиссов, чтобы поделить реку на три сектора. Границу секторов не разрешается пересекать чужой семье.

Территория реки Ань от перевала Динпу и до скалистого берега принадлежит семье Ван.

Однако в последние годы две остальные семьи постепенно стали расширяться, отчего их аппетит сильно возрос. Поэтому хотя существуют границы вод реки Ань для каждой из трёх семей, но они умудряются засунуть поварёшку в кастрюлю семьи Ван, естественно, делая это намеренно.

Стратегия «обгладывания» осуществляется уже непрерывно в течение долгого времени, и территория и бизнес семьи Ван сокращается год от года. Чем меньше территория, тем меньше ресурсов, а из-за нехватки ресурсов семье становится всё труднее развиваться, вследствие чего они попадают в замкнутый круг.

Что ещё хуже, так это то, что предок Ван Лунъянь, главное оружие семьи Ван, испускает последние крохи жизни. В последние несколько лет она находится в закрытом уединении, и даже сейчас, когда член её семьи попал в беду, она так и не вышла. Из-за этого может пойти слух, что она больше не может сражаться, тем самым усугубив жизнь своей увядающей семьи.

Ван Шоучжэ нахмурился: нынешняя ситуация совсем не оптимистичная.

Главная резиденция семьи Ван построена неподалёку от горы Люпин и реки Ань, всего в десяти ли от перевала Динпу. Дорога ведущая к реке хорошо обустроена и всегда поддерживается в нормальном состоянии. Также у врат перевала дежурят люди семьи Ван. Из-за всех этих факторов карете хватило всего половины большого часа, чтобы прибыть к месту назначения. (п.п.: большой час – 2 обычных часа)

Когда город Пинъань только строился, этот перевал уже был одним из перевалов гарнизона Чаннин. После более чем столетнего развития города Пинъань перевал Динпу превратился в важнейший транспортный маршрут, соединяющий север и юг.

Три семьи Пинъань имели здесь пирсы, магазины и другие объекты инфраструктуры.

Перевал ограждён стеной, высота которой составляет примерно 5-6 метров. Этого хватает, чтобы выдержать натиск небольших свирепых зверей.

Ван Шоучжэ вместе с другими прибыл на перевал и направился прямо к глубоководному пирсу, который стоял на больших деревянных столбах, уходящих под воду на 3-4 чжана. В глубоководной зоне кроме этого пирса есть также ещё два других, которые все вместе образуют причал.

К пирсу были пришвартованы корабли разных размеров: паромы, торговые суда, а также рыбацкие лодки.

Издалека было видно, что в конце одного из пирсов стояли две конфликтующие группы людей. Обе стороны держали в руках палки и другое оружие. В глазах двух групп сквозила ненависть друг к другу.

«Старая шестёрка Ван, храбрости тебе не занимать, раз ты осмелился привести людей и преградить путь мне, молодому господину Юнчжоу. Разве тебе не хватило прошлого раза, когда этот молодой господин выбил из тебя всё дерьмо?» – раздался голос насмешливый голос юноши.

«Ах ты, мелкий сукин сын семьи Лю! — раздался гневный голос мужчины с противоположенной группы. — Думаешь я не понимаю, что ты пытаешься пробраться в воду для внезапной атаки на нас? Будь мужчиной и сразись со мной в честном поединке. Этот отец научит тебя, сукиного сына, как правильно вести себя на людях».

«Старая шестёрка Ван, не вини меня за то, что я смотрю на тебя с высока, хоть ты уже и старый пёс, но мозгов у тебя как кот наплакал, — снова раздалось фырканье молодого человека, — внезапная атака из-под воды — одна из тактик войны, где ты видел, чтобы перед войной кто-то обсуждал какая тактика запрещена? Ха-ха, верно говорят, что некоторые люди с возрастом деградируют! Почему бы тебе не свалить из Пинъаня? Зря только еду своей семьи переводишь».

Люди из окружения юноши разразились хохотом и стали повторять его слова: сваливай из Пинъаня, сваливай из Пинъаня!

На перевале Динпу собралось множество путешественников и торговцев, которые сейчас собрались посмотреть на происходящее, высказывая всевозможные комментарии.

Сегодняшний конфликт двух сторон несомненно распространится по округе через их рты. Как проигравшая сторона в конфликте, семья Ван из Пинъаня также станет посмешищем, предметом разговоров в городе после ужина, нанося ущерб её репутации.

«Сукин сын семьи Лю, — лицо мужчины покраснело от злости, — ты перегнул палку. Твой шестой отец сразится с тобой!»

«Старая псина семьи Ван, давай нападай, если у тебя есть яйца!»

Ещё немного и конфликт перерастёт в вооружённый бой.

«Стоп! — Гунсунь Хуэй, видя обострившуюся ситуацию, поспешно вышла в центр противостояния, чтобы остановить его. — Ван Динхай, Лю Юнчжоу, умерьте свой пыл, и мы спокойно поговорим».

Опасаясь, что матушка может пострадать, Ван Шоучжэ махнул рукой и четыре телохранителя семьи Ван бросились на защиту Гунсунь Хуэй. Он же, не отставая, продолжил наблюдать за всем происходящим холодным взглядом.

Память подсказывала ему, что юношу, одетого в цзиньчжуан, с коротким клинком, висящим на поясе, и выглядящего несколько сомнительно, зовут Лю Юнчжоу, согласно системе старшинства в именах он унаследовал «Юн» рода Лю. [1] [2]

Ходят слухи, что этот юноша хорош в сражениях на воде, в особенности прекрасно умеет нырять в воду. Однажды он с коротким клинком в руке нырнул, чтобы убить стокилограммового свирепого зверя первого ранга, Красночешуйчатого Угря. В свои двадцать три года он стал известен за пределами городка Пинъань, заполучив славу гения семьи Лю.

Вторым говорившим был весьма худой загоревший мужчина. Судя по его внешности он большую часть своей жизни проводит на воде. Голова и обе его руки были испещрены шрамами, а тело было обёрнуто холщовой тканью из-за чего он выглядел немного жалко.

Это шестой дядя Ван Шоучжэ — Ван Динхай, который отвечает за рыболовный промысел в личных водах семьи Ван. Он хорош не только в сражениях на воде, но и в рыбалке, а также является тем человеком, кто поймал Духовного Краснохвостого Жёлтощёка, которого Ван Шоучжэ ел сегодня.

«О, это же госпожа Гунсунь из семьи Ван, — молодой человек по имени Лю Юнчжоу, небрежно улыбаясь, сложил руки в знак приветствия, после чего снова взглянул на Ван Динхая и презрительно произнёс, — старая шестёрка Ван, я думал у нас с тобой небольшой конфликт, а ты вон что, позвал даже свою невестку, чтобы она тебя поддержала. Юнчжоу восхищается тобой, но ему одновременно стыдно за тебя».

«Ты…» — тёмное лицо Ван Динхая стало чёрно-красным.

......

[1] - Cистема старшинства в именах – как я понял для каждой фамилии есть набор иероглифов, один из которых обязан быть в имени члена данной семьи. Выбирают же иероглиф согласно его поколению, в котором он родился. Такое до сих пор практикуется. Оно пошло из Древнего Китая, когда верили, что некоторые иероглифы имеют магическую силу и если он будет в твоём имени, то он принесёт тебе удачу и силы.

[2] - Одеяние цзиньчжуан – вид одежды для мастеров боевых искусств. Оно создаётся так, чтобы не стеснять движения человека при сражении. Такой вид одежды часто встречается в играх, книгах, фильмах и сериалах, где участвуют мастера боевых искусств. Прикрепляю пример данного одеяния:

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://tl.rulate.ru/book/115296/4587613