Готовый перевод Food: Random stalls, customers chase me for ten blocks / Магазин уличной еды. Покупатели преследуют меня на протяжении десяти кварталов: Глава 38: Он что, сменил профессию и стал продавать баоцзы?

Увидев недоумённый взгляд отца, Чжан Минъюань объяснил:

— Просто я подумал, что имя «Линь Чжоу» ему очень идёт.

Вот если бы я ставил свою палатку в новом месте каждый день, тогда меня звали бы Линь Тянь, а его — Линь Чжоу!

— Глупости говоришь, — нахмурился отец. — Линь Чжоу — хороший друг твоего отца. Встретишь его — называй дядей!

Чжан Минъюань: …

Улыбка с лица не исчезла, просто слегка сменила форму.

Допив последнюю ложку каши, он поднялся из-за стола.

— Ладно, я поехал на работу.

— Постой! — Чжан Цзяньцзюнь строго посмотрел на сына. — Я ведь ещё не спросил, как прошло свидание!

Взгляд у него был красноречивый: уже взрослый мужик, а всё один — не стыдно?

Все мои старые друзья уже нянчат внуков. У некоторых внуки уже в школу ходят — возят, встречают, живут полной жизнью.

А он... ходит в горы, играет в шахматы, да чай пьёт.

Стоит собраться с товарищами на рыбалку — разговор сразу о внуках, потом непременно кто-то спросит:

— А твой сын женился?

Вот и не хочется ни с кем встречаться.

Хорошо хоть познакомился с Линь Чжоу — молодым, интересным парнем. Иначе жизнь была бы ещё скучнее.

— Нормально, — уклончиво ответил Чжан Минъюань. — Всё зависит от того, как девушка посмотрит на это.

Он поспешно сбежал, оставив отца одного.

Чжан Цзяньцзюнь — старый вдовец — остался дома. Он ел кашу медленно, смакуя каждый глоток, и не мог не восхищаться.

Если бы к ней добавить баоцзы, которых он не попробовал на прошлой неделе, — получился бы идеальный завтрак.

Какая вкуснятина! Даже наш повар готовит хуже.

Хорошо, что утром аппетита не было — поел мало, зато сейчас может спокойно насладиться миской каши.

Но чем больше ел, тем сильнее тревожился: ведь кашу принёс сын с горы, а завтра-то, может, уже не достанется.

Попробовав такое, обратно на обычную еду не вернёшься.

Раз уж всё равно каждый день поднимаюсь в горы — почему бы завтра не лечь пораньше и не встать с рассветом, чтобы самому сходить на гору Циньхуан?

Пусть не в четыре утра, как Линь Чжоу, но в шесть вполне можно.

Подняться, съесть миску каши — прекрасно!

Чем больше думал, тем больше радовался.

Решено! Завтра утром — сюрприз для Линь Чжоу!

А тем временем, в восемь вечера.

В парке Хуагошань по-прежнему стояла группа людей, ожидающих, когда Линь Чжоу появится со своим ларьком с баоцзы.

Но на привычном месте — пусто.

Зато рядом, где раньше жарили шашлыки, теперь продавали… баоцзы.

Хозяин соседней палатки с жареными шпажками смотрел на пару из шашлычного ларька во все глаза.

Вот это поворот! Раз прежний торговец баоцзы не пришёл, они решили занять его место!

Интересно, вкус хотя бы похож?

Два дня без баоцзы — и он уже буквально страдал. Решил: купит парочку на пробу, вдруг окажутся неплохими.

Все, кто три дня подряд ждал на площади, были настоящими фанатами баоцзы Линь Чжоу.

Каждый день покупали у него — хозяина-то знали в лицо.

Поэтому, увидев знакомый паровой ярус, все обрадовались: ура, Линь Чжоу вернулся!

А потом пригляделись — и застопорились.

Это же та пара с шашлычного ларька! Он что, сменил профессию и теперь продаёт баоцзы?

Толпа, уже бежавшая к палатке, замерла в нерешительности.

Как-то неудобно — вроде бы не их продавец, а все уже окружили прилавок.

Первые подошедшие обменялись смущёнными взглядами с парой за прилавком.

— Баоцзы хотите? — бодро заговорила хозяйка. — Есть с мясом, с овощами и грибами, с горчичной зеленью и с красной фасолью! Всё свежее, овощи с утреннего рынка. Очень вкусно!

Отступать было неловко, и народ остался.

Ну, баоцзы и баоцзы — вдруг тоже хорошие.

— Тогда дайте два с мясом и два с горчицей, — сказал мужчина впереди очереди. — Сколько с меня?

— С мясом — по три юаня, с горчицей — по два.

Народ переглянулся.

Не то чтобы дешево, но заметно меньше, чем у прежнего торговца.

Неужели и вкус хуже?

Было уже восемь вечера, а Линь Чжоу так и не появился.

Все поняли: сегодня его палатка не откроется.

Два дня без баоцзы — тоска!

Вот люди и решили: хоть какие-то, но баоцзы.

Аромат свежего теста быстро распространился по площади, и очередь стала расти.

Только вот хозяин шашлычного ларька, глядя на толпу, вовсе не радовался.

Он-то первым попробовал баоцзы, сделанные женой.

Вкус… ну, обычный. На уровне недорогой булочной.

Если бы не пробовал баоцзы Линь Чжоу — ещё сказал бы, что вкусно.

Но теперь, после тех, идеальных…

Сравнение просто убийственное.

Все постоянные клиенты Хуагошаня знали это чувство.

Да, они стояли в очереди — но стоило откусить, и разница станет очевидной.

Жена же ничего не подозревала.

Увидев столько покупателей, сияла от счастья:

Я же говорила, что на баоцзы можно заработать!

Многие знали, что у входа в парк была знаменитая палатка с баоцзы.

Теперь её нет — и они заняли место.

А если прежний хозяин вернётся, всегда можно снова жарить шашлыки.

Главное — заработать, пока можно!

Надо признать, деловая хватка у женщины была.

Она посмотрела на очередь и поняла, что людей всё равно меньше, чем раньше у Линь Чжоу.

Зато можно покричать погромче — привлечь новых.

— Баоцзы! Горячие, ароматные баоцзы! С мясом, с зеленью, с фасолью — на любой вкус! Всё свежее, только из пароварки!

Она и рупора не использовала — просто кричала от души, голосом, который перекрывал весь парк.

Крик подействовал. Несколько прохожих подошли, заинтересовались.

Даже тётушки, танцевавшие на площадке под музыку, услышали.

— Слышишь, баоцзы продают! — остановилась Ван Чуаньцзюань, прервав танец.

Она прислушалась, и через секунду снова послышался тот же голос:

— Баоцзы! Горячие баоцзы!

— Точно! — воскликнула Ван Чуаньцзюань. — Всё, хватит танцевать! Это же наш продавец баоцзы!

Не раздумывая, схватила сумку и побежала к перекрёстку.

О боже, два дня палатка не открывалась — а сегодня снова работает!

Услышав это, остальные тётушки тоже бросили танцы.

Кто-то схватил сумку, кто-то просто сорвался с места.

И вся толпа пожилых дам ринулась к перекрёстку, напоминая стаю боевых бабушек, бросившихся на распродажу яиц.

Прохожие только глаза выпучили, провожая их ошарашенными взглядами.

http://tl.rulate.ru/book/115236/8141645