Готовый перевод Naruto: This Uchiha Is Too Cautious / Этот Учиха Слишком Осторожен: Глава 524. Удар Небесного Бога

Как только Учиха Кай активировал взрывную печать, раздался оглушительный взрыв. В этот момент он окончательно убедился в одном: у этих ребят действительно не было никакого боевого опыта. Если бы на их месте оказались бывалые шиноби из мира ниндзя, то, столкнувшись с ситуацией, когда враг, способный их убить, вдруг не атакует, а толкает кого-то из их товарищей в их сторону, они бы моментально рассредоточились, даже не думая о том, чтобы поймать этого человека. Все бы поняли, что здесь что-то не так.

«Такой уровень подготовки можно ожидать разве что от неопытных генинов, не знавших ужасов войны. Но даже у них навыки обычно намного хуже. Даже если бы Какаши захотел кого-то спасти, он бы сначала убедился, что сам не пострадает», — Учиха Кай покачал головой. Шиноби не славились добротой, и проявления милосердия с их стороны обычно объяснялись либо личными качествами, либо веяниями времени.

Этим ниндзя Ооцуцуки не повезло — они столкнулись не с теми, кто воспитан на идеалах «любви и справедливости». Их противником оказался настоящий шиноби, закалённый в боях не на жизнь, а на смерть.

Прогремел взрыв, и ниндзя Ооцуцуки даже не успели среагировать. Четверо погибли на месте, трое получили тяжёлые ранения, у одного оторвало руку, и кровь непрерывным потоком капала из обрубка на землю. Невредимым остался лишь старик Ооцуцуки — он изначально держался на расстоянии и всё время был начеку. Эта осторожность помогла ему чудом избежать гибели.

Впрочем, сейчас он выглядел крайне жалко: лицо было покрыто кровью и сажей, а в его Бьякугане читалась такая ярость, что, казалось, она вот-вот материализуется.

Внезапно чакра вокруг него взорвалась, камни под ногами взлетели в воздух, а земля вокруг него растрескалась. Для Учихи Кая этот старик сейчас выглядел как разъярённый биджу, но при этом его раны, кажется, начали стремительно ухудшаться!

«Ты умрёшь!» — в ярости прокричал старик Ооцуцуки. «Я, Ооцуцуки Харухи, за всю свою жизнь не встречал такого подлого и бесчестного человека, как ты! Даже в чистых землях тебе не будет покоя, коварный негодяй!»

«Хех, идиот», — усмехнулся Учиха Кай. Он и не ожидал, что обычное применение взрывной печати окажется настолько эффективным. Что же касается оскорблений этого Ооцуцуки Харухи, то они его совершенно не волновали. За свою жизнь он наслушался достаточно брани и на поле боя, и в деревне. Ему было абсолютно всё равно, что там говорил какой-то покойник при жизни.

«Умри!»

«Стихия Ян: Тридцать Два Удара!»

Когда чакра Ооцуцуки Харухи достигла предела, он без колебаний атаковал Учиху Кая. Разъярённый старик не сдерживался: его ладони превратились в размытое пятно, а в сочетании с Бьякуганом удары были нацелены точно в жизненно важные точки Учихи Кая. Самым опасным было то, что каждый удар ладонью вызывал небольшое искажение пространства вокруг. Усиленные белой чакрой, эти тридцать два удара были куда страшнее, чем восемьдесят четыре удара Хьюги Аи!

«Неплохая мощь», — презрительно заметил Учиха Кай, уклоняясь от ударов. Его глаза медленно вращались, а Киёку в его руке засиял ещё ярче. «Но ты просто идиот, у которого есть сила, но который не знает, как её использовать!»

С этими словами Учиха Кай пошёл в лобовую атаку. По его мнению, скорость ударов этого старика была не такой уж высокой, да и техника была слишком шаблонной. Хотя Кай и не владел Мягким Кулаком, он прекрасно помнил последовательность ударов Хьюги Аи. Этот Ооцуцуки Харухи действовал строго по учебнику, в точности следуя порядку ударов Мягкого Кулака. Несмотря на огромную силу, против опытного шиноби такая предсказуемость была не слишком эффективна!

Киёку в руках Учихи Кая двигался всё более непредсказуемо. Не сводя глаз с Ооцуцуки Харухи, он выждал момент, когда тот нанёс восемнадцатый удар, и атаковал. Лазурное сияние Киёку стало живым, по клинку заплясали электрические разряды. Ловко и точно обойдя кулак Ооцуцуки Харухи, меч устремился прямо к его сердцу!

Лицо Ооцуцуки мгновенно изменилось. Восемнадцатый удар был кульминацией атаки в технике «Стихия Ян: Тридцать Два Удара». Предыдущие удары служили для защиты и лишения противника возможности защищаться, а в момент, когда враг оказывался беззащитен, следовала полномасштабная атака. Этот шиноби с поверхности явно выждал именно этот момент для своей смертоносной контратаки.

«Неужели он знает мою технику?» — промелькнула мысль в голове Ооцуцуки Харухи.

К сожалению, у него не было времени размышлять об этом. Единственное, что он мог сделать — это срочно изменить траекторию своей атаки. Он понимал, что должен сначала отразить удар меча противника, иначе его сердце будет пронзено раньше, чем он сможет нанести свой удар!

«Какая коварная змея!»

Харухи развернул ладони, создавая защитный барьер, и начал стремительно вращаться. Окутанный белой чакрой, он превратился в сияющее кольцо. В этот момент Киёку столкнулся с барьером, раздался оглушительный металлический звон, и во все стороны полетели искры.

Увидев это, Учиха Кай холодно усмехнулся. Хотя боевой опыт этого старика оставлял желать лучшего, а использование техники ладоней было слишком шаблонным, нельзя было не признать, что его чакра и реакция были на высоте.

«Но какая разница, насколько ты быстр?» — тихо пробормотал Учиха Кай. Странный узор в его правом глазу начал медленно вращаться. В одно мгновение скорость Ооцуцуки Харухи резко снизилась. Возможно, для обычного наблюдателя он всё ещё двигался с невероятной скоростью, но для Учихи Кая его движения стали очень медленными.

На самом деле Учиха Кай никогда не избегал использования своих глазных техник, просто всегда взвешивал необходимость их применения. Когда у него был только Мангекё, использование техник против противников с огромными запасами чакры ускоряло процесс слепоты. Когда он приблизился к обретению Вечного Мангекё, он стал менее осторожен в использовании силы своих глаз. Однако расход чакры был подобен бездонной пропасти, поэтому он не прибегал к этому без крайней необходимости.

Теперь, достигнув уровня Вечного Мангекё, он всё ещё тратил много чакры, но и восстанавливался гораздо быстрее. Если бы сейчас ему пришлось сражаться с Четвёртым Райкаге, вряд ли бы он почувствовал дискомфорт в глазах уже через десяток секунд.

На самом деле, когда он сражался с пятью главами кланов, он вполне мог бы использовать свои глазные техники. Но он этого не сделал. Хотя он знал, что с помощью этих техник быстрее закончил бы бой, его Сусаноо только-только достигло полной формы, да и то «недоросшей» и «бескрылой». Ему нужно было развивать и другие свои способности, поэтому он решил сражаться, используя Сусаноо.

«Впрочем, теперь, спустя три года, мне уже не нужно тренировать Сусаноо», — подумал Кай.

За эти три года Учиха Кай достиг невероятного прогресса во всех аспектах!

Глядя на Ооцуцуки Харухи перед собой, Учиха Кай выбрал подходящий момент и, не колеблясь, слегка изменил угол атаки Киёку. В следующее мгновение клинок беспрепятственно вонзился в сердце Ооцуцуки Харухи!

Харухи замер, с недоверием глядя на Учиху Кая, на его кроваво-красные глаза со странным узором. Кажется, он наконец вспомнил, где видел упоминание о подобных глазах. Однако он не смог произнести ни слова. Его глаза широко раскрылись, голова безвольно повисла, и дыхание остановилось.

«Старейшина Харухи!» — воскликнул раненый ниндзя Ооцуцуки, у которого была оторвана рука, не в силах сдержать крик отчаяния.

Чвак!

Имаи Кента одним ударом меча сразил очередного ниндзя Ооцуцуки и с напряжением посмотрел на последнего, самого сильного из оставшихся противников. На самом деле, сражаясь с этими ниндзя Ооцуцуки, Имаи Кента испытывал некоторые сомнения, главным образом потому, что у него не было никакой информации о противнике. Но раз уж он оказался здесь, нечего было и думать об отступлении. Вместо того чтобы ломать голову над всякой ерундой, лучше было сосредоточиться на прямом столкновении!

Поэтому в момент встречи он сразу же использовал технику Стихии Воды, чтобы рассеять часть марионеток противника. Использование водных техник там, где не было воды, не представляло для Имаи Кенты никакой сложности. Однако он заметил, что водные атаки не слишком эффективны против этих марионеток.

Поэтому он решительно отказался от Стихии Воды и начал использовать Стихию Огня. Хотя его огненные техники были не самыми сильными, ведь эта стихийная природа чакры была приобретена им в ходе тренировок, а не врождённой, как вода и земля, он всё же освоил эти техники. К тому же, он позаимствовал некоторые огненные техники клана Учиха из хранилища техник.

Кента постоянно поддерживал своё сенсорное восприятие активным, поэтому прекрасно знал, что происходит на другом участке поля боя. Он видел, как Учиха Кай одной огненной техникой сжёг всех марионеток, и это натолкнуло его на мысль — почему бы и ему не сделать то же самое?

Не колеблясь ни секунды, Имаи Кента применил технику «Великое Огненное Уничтожение». Эта техника не отличалась особой сложностью, но её потенциал был поистине ужасающим. Для шиноби с таким огромным запасом чакры, как у него, это было идеальное оружие!

И действительно, он с лёгкостью сжёг марионеток с помощью огненной техники. Затем, ни секунды не сомневаясь, он бросился в самую гущу сражения, оказавшись в окружении ниндзя Ооцуцуки. С его точки зрения, этих белоглазых можно было просто считать членами клана Хьюга и сражаться с ними соответствующим образом!

Однако его поразило то, что Бьякуган противников оказался невероятно сильным — они мгновенно обнаружили семена, которые он тайно разместил. Но помимо этого...

Помимо этого, у них, похоже, не было никаких других преимуществ?

Имаи Кента и в страшном сне не мог представить, что эти люди с огромными запасами чакры, невероятно острым зрением Бьякугана и мощными атаками окажутся настолько неопытными в бою. Более того, когда несколько из них окружили его, они то и дело оставляли в своей обороне зияющие бреши!

Поначалу он думал, что это какая-то хитрая тактика, пока не решил проверить свою догадку, нанеся удар мечом. Противник тут же рухнул замертво. Только тогда Кента осознал, что это не тактика — эти ребята просто были невероятно глупы!

«Это просто...» — Имаи Кента не знал, смеяться ему или плакать. Он впервые столкнулся с подобной ситуацией. Вспоминая прошлые битвы, когда даже против одного генина нельзя было терять бдительность, когда он привык к бесконечным уловкам и хитростям противников, он чувствовал себя немного не в своей тарелке, столкнувшись с такими неумелыми врагами.

Впрочем, чувство неловкости быстро прошло. Поняв слабость противника, он перестал сдерживаться. Особенно после того, как заметил, что Учиха Кай уничтожил большую часть врагов с помощью взрывных печатей, Имаи Кента и вовсе перестал церемониться. За несколько минут он расправился почти со всеми, кроме стоявшего перед ним мужчины средних лет.

«Ты силён», — лицо этого мужчины было необычайно серьёзным. «Твоя чакра впечатляет как качеством, так и количеством. Однако твои методы слишком коварны. Против такого подлого противника я буду сражаться в полную силу!»

«Знаешь что?» — Имаи Кента с недоумением уставился на стоящего перед ним человека. Спустя некоторое время он тяжело вздохнул: «Я всегда думал, что мой красноглазый друг — псих, а мой белоглазый друг — безумец. Теперь я вижу, что и среди белоглазых встречаются психи!»

«Я полностью разгадал твою тактику. Без этих семян как ты сможешь использовать свои странные пространственные техники?» — чакра вокруг этого ниндзя Ооцуцуки среднего возраста начала стремительно расти. «Твоя судьба уже предрешена. Даже если я умру, я уничтожу такого коварного негодяя, как ты!»

«Да, и разве это не ускорит твою смерть?» — Имаи Кента покачал головой. «Действительно, ваши глаза в какой-то мере противодействуют моим техникам, но...»

Чакра Имаи Кенты тоже начала бурлить, и он сложил печати руками. Внезапно в воздух взметнулся странный поток чакры.

«Откуда тебе знать, что я полагаюсь только на один вид техник? Ты слишком недооцениваешь меня! Стихия Дерева: Техника Убийства Шипов!»

Под воздействием чакры из земли вырвались бесчисленные ветви, которые, словно обладая собственным сознанием, устремились к мужчине средних лет.

Ниндзя Ооцуцуки слегка нахмурился, а в следующее мгновение его скорость резко возросла, и он оказался прямо перед Имаи Кентой.

«Стихия Ян: Разрывающая Пространство Ладонь!»

Полностью игнорируя ветви, мужчина нанёс удар ладонью в сторону Имаи Кенты. Сила удара была такой, что даже одежда Кенты заколыхалась от потока воздуха.

«Хм, Стихия Дерева: Стена Леса!» — видя это, Имаи Кента даже не пошевелился, а просто изменил печати руками.

Мгновенно перед ним возник деревянный щит, который в последний момент отразил удар ладонью!

Однако этот щит продержался недолго и был разбит следующим ударом противника. Это немного удивило Имаи Кенту, но лишь немного. Воспользовавшись моментом, пока противник не успел восстановить равновесие после удара и всё ещё двигался в его сторону, Кента без колебаний нанёс ему сильный удар ногой.

Однако его противник двигался с невероятной скоростью, особенно его руки, окутанные белой чакрой такой силы, что даже Имаи Кента почувствовал холодок по спине.

«Сейчас! Стихия Ян: Удар Небесного Бога, пятая форма!»

(Конец главы)

http://tl.rulate.ru/book/112673/4773799