Готовый перевод Step Down, Let Me Come! / Прочь с дороги! Дело за мной!: Глава 1207. Небо и Земля вновь обновляются

Глава 1207. Небо и Земля вновь обновляются

Шэнь Тан появилась с громом и молнией, а унеслась прочь в спешке и суматохе.

Перед уходом Чу Яо бросил на Цзимо Цю осмысленный взгляд, исполненный глубокого значения.

Молодой верховный жрец с алой точкой киновари меж бровей слегка приподнял уголки губ и вновь склонился над травами, которыми кормил червей Гу. Едва он дважды перевернул их, как по двору пронёсся ветер, сопровождаемый тихим детским смехом. Гунси Чоу одной рукой держал А-Доу, а в другой нёс целую гору новогодних товаров.

— Старший брат, я вернулся.

А-Доу, как раз в том возрасте, когда дети учатся говорить, что-то лепетал в ответ.

У малышки едва прорезалось несколько белых, словно клейкий рис, зубиков, и на уголках её рта повисли прозрачные слюнки. За день она умудрялась промочить больше десятка слюнявчиков. Гунси Чоу поднял руку и убрал барьер, защищавший А-Доу от ветра, после чего швырнул малышку в детскую колыбель, сделанную из [Трупной лозы], и принялся разбирать новогодние покупки.

— Мама только что приходила?

От двора ещё исходил знакомый аромат.

— Ваше высочество только что уехала.

Цзимо Цю достал из-за пазухи два красных конверта с деньгами для отпугивания злых духов — один большой, другой маленький. Большой конверт был ощутимо тяжёлым. Один конверт только что подарила Шэнь Тан, другой приготовил Цзимо Цю. Гунси Чоу и открывать не стал, чтобы понять, какой из них от кого.

— Да я уже взрослый, зачем мне эти деньги для отпугивания злых духов?

Говоря это, он схватил конверт быстрее всех.

Цзимо Цю ответил:

— В твоей комнате ещё есть.

Практика Гунси Чоу достигла критической точки, и до покорения и слияния с тотемом Удань оставался всего один шаг. Цзимо Цю всю ночь изучал записи клана и изготовил несколько видов червей Гу. Если Гунси Чоу сможет полностью их поглотить, то всё должно пройти хорошо. Если бы это было раньше, Гунси Чоу, фанатик боевых искусств, давно бы подскочил и помчался в комнату, но сейчас его остановил А-Доу.

В воздухе распространился отвратительный запах. Гунси Чоу даже не нужно было подходить ближе, чтобы понять, что случилось.

— А-Доу снова наделала… У её сиделки даже пелёнки не успевают сохнуть… — Он ловким движением подхватил на руки А-Доу, только что с усилием завершившую свои дела, и перепрыгнул через стену, чтобы найти служанку, присматривающую за А-Доу.

Днём за А-Доу присматривал он, а по вечерам — кормилица и служанки. Гунси Чоу и Цзимо Цю, хоть и были дядями А-Доу, но всё же не состояли с ней в кровном родстве, поэтому не могли брать на себя всю заботу о ребёнке. Им следовало избегать подозрений, поэтому кормилица и служанка были незаменимы. К тому же оба брата не были женаты и не могли позволить служанкам жить в их доме и нарушать тишину. Если А-Доу писала или какала, Гунси Чоу всякий раз отвозил ребёнка обратно. Сюнь Дин считал это лишним.

— Разве вам двоим нельзя просто переехать и жить в усадьбе? — В доме было мало людей, а гостевые комнаты пустовали. Сюнь Дин и не думал искренне приглашать двух старших зятьёв переехать. Он просто не хотел, чтобы днём не видеть дочь.

Гунси Чоу ответил:

— Неудобно.

— Что может быть неудобного, мы же одна семья?

— Неудобно растить ребёнка старшему брату.

Сюнь Дин не поверил своим ушам и с сомнением посмотрел на Гунси Чоу:

— Ребёнка? У старшего брата на стороне есть незаконнорожденный сын? — Род Гунси не одобрял подобное поведение, достойное презрения.

Гунси Чоу:

— Я имел в виду червей Гу…

В доме повсюду были черви Гу, выращенные старшим братом. Слуги не разбирались в этом и могли легко заразиться и пострадать.

Сюнь Дин: «…»

Но больше всего ему поднимало кровяное давление то, чем Гунси Чоу время от времени кормил дочь. Сначала он подумал, что это детские лакомства, но, присмотревшись, понял, что эти «лакомства» извиваются. Это же была белая нефритовая личинка! Даже если эта личинка выглядела очень красивой, источала нежный аромат орхидей и вызывала аппетит, она всё равно оставалась жирной личинкой!

Гунси Чоу закатил глаза:

— Невежда.

Сюнь Дин:

— …

Гунси Чоу окинул Сюнь Дина оценивающим взглядом, в котором, как и много лет назад, сквозило пренебрежение. Затем он произнёс слова, способные нанести удар прямо в сердце:

— Если бы не ты, этот никчёмный биологический отец, который не может предоставить хорошие гены, разве у А-Доу были бы такие плохие задатки? Врождённый недостаток можно компенсировать только приобретённым путём. Пока кости ещё не сформировались окончательно, её ещё можно спасти.

Гунси Чоу тихо добавил:

— Тебе очень повезло.

Он хмыкнул:

— У меня раньше и такого не было.

Клан Гунси очень ценил Гунси Чоу, но в клане были и другие подходящие люди того же возраста. К тому же, во время нескольких серьёзных потрясений на пути переселения клана было утеряно много ценных вещей. Верховный жрец, умевший изготавливать червей Гу, был уже стар и не имел достаточно сил, а количество изготавливаемых им червей Гу было ограничено. Насколько помнил Гунси Чоу, он ел их всего один-два раза в месяц.

А-Доу сейчас могла есть червей Гу с рисом. Всех червей Гу, выращенных старшим братом, можно было отдать ей, и даже у самой невзрачной на вид можно было спасти задатки. К тому же задатки у А-Доу не были такими уж плохими, как говорил Гунси Чоу — она была типичным представителем «середнячков», не хуже других, но и не лучше.

Сюнь Дин: «…»

Гунси Чоу не собирался вредить А-Доу, но каждый раз, когда он видел, как А-Доу пережёвывает этих личинок, его бросало в холодный пот — эта картина была слишком тяжёлой для восприятия. Он даже задавался вопросом, неужели это и вправду так вкусно?

Кормилица сменила А-Доу пелёнки.

Сюнь Дин подошёл к А-Доу и принялся её развлекать, при этом обманывая и говоря за спиной у Гунси Чоу:

— А-Доу, дай папочке попробовать.

А-Доу не понимала, что ей говорят взрослые.

Однако, увидев, что большая голова наклоняется к ней, да ещё и открывает рот, она протянула свою белую пухлую ручку ко рту, достала из него наполовину пережёванную, влажную личинку Гу и сделала вид, что даёт её Сюнь Дину.

Сюнь Дин указал на другую её руку.

— Папочка хочет съесть вот это.

В её руке была ещё целая.

А-Доу дала чёткий ответ — она засунула целую личинку в рот, а повреждённую отправила обратно, не дав Сюнь Дину даже половинки.

Решай, что тебе больше нравится.

Сюнь Дин: «…»

Позади раздался безжалостный смех Гунси Чоу.

Сюнь Дин: «…»

Будучи единственным зятем в клане Гунси, Сюнь Дин не мог переспорить второго зятя, он мог только с улыбкой принимать насмешки и попутно выспрашивать, как в этом году планируется провести новогодний банкет…

Гунси Чоу:

— Как было в прошлые годы, так и будет в этом.

Новогодний банкет — это, по сути, семейный ужин, где все собираются вместе, чтобы повеселиться. В предыдущие два года они были на поле боя, и на это не обращали внимания. Но в этом году прибавилось потомство — А-Доу, и семейный банкет не должен быть небрежным. Сюнь Дин сказал:

— В прошлые годы в канун Нового года А-Лай устраивала банкет для гостей…

«Гости» — это, по сути, знакомые лица.

Личные войска, оставшиеся у Гунси Чоу, несмотря на то, что большинство из них разбрелись по разным сторонам, завели свои семьи, но были и одинокие. Гунси Лай, опасаясь, что они придут в уныние, каждый год устраивала новогодний банкет, чтобы всем было весело, и выплачивала остаток годовой премии. Атмосфера была довольно хорошей. В этом году ситуация была особенной, и Гунси Лай не знала, стоит ли это делать, поэтому попросила Сюнь Дина в свободное время спросить мнение двух старших братьев — она сама не пришла спрашивать, потому что была занята. В конце года нужно было свести слишком много счетов.

Сюнь Дин подумал, что ему тоже очень жаль — в канун Нового года отец сидел в налоговом ведомстве и сводил счета, жена тоже уезжала сверять счета, а ему оставалось только уповать на А-Доу и страдать от злобных нападок второго зятя Гунси Чоу.

Гунси Чоу отмахнулся рукой:

— Делайте как обычно.

Он был готов пойти на компромисс.

Для мира Новый год был большим событием, но для Гунси Чоу это был обычный день, разве что немного более шумный. Настоящим большим днём для клана Гунси был день рождения богов. Да, раз в четыре года.

Сюнь Дин всё ещё что-то нерешительно бормотал, и Гунси Чоу не понравилось, что из него не вытянешь ни слова. Сдерживая порыв избить зятя в канун Нового года, он спросил:

— Если что-то на уме, говори быстро!

Сюнь Дин достал целую пачку свитков с рисунками.

Гунси Чоу не понял:

— Что это значит?

Сюнь Дин ответил:

— Свахи принесли рисунки в усадьбу.

Мозг Гунси Чоу не сразу это воспринял:

— Какие рисунки?

— Дети чиновников, присмотрев кого-то, просят сваху принести рисунок, чтобы узнать мнение семьи. Если всё складывается хорошо, то следуют все необходимые процедуры, если нет — пробуют другую семью. Э-э, не смотрите, что второй брат редко появляется на людях, но для свах ты — вот кто! — Сюнь Дин показал жест «самый лучший». Если бы местонахождение Гунси Чоу не было тайной, свахи давно бы стоптали порог усадьбы, а рисунки заполнили бы весь дом.

Сюнь Дин подумал, что Гунси Чоу не интересуется свиданиями вслепую. Но второй зять внезапно поднял один из рисунков. Открыв свиток, он увидел не только портрет женщины/мужчины, но и информацию о семье, личных предпочтениях и тому подобном.

Э-э, тут есть и мужчины, и женщины…

Глаза Сюнь Дина чуть не вылезли из орбит.

Неужели Гунси Лай родила А-Доу, и у этого второго зятя, который открывал глаза только для того, чтобы сражаться и тренироваться, появилась мысль о создании семьи?

Гунси Чоу спросил:

— А есть среди них те, кто умеет драться?

Сюнь Дин подсознательно ответил:

— Э-э, нет…

Гунси Чоу с разочарованным видом бросил свиток обратно на место и равнодушно произнёс:

— Ни одного, кто умеет драться! Сплошные обыватели! Никчёмные красотки! Если найдёшь того, кто умеет драться, сообщи мне, а остальным откажи.

— А?

— Не хочу тратить время.

Слабые не могли зажечь огонь и вскипятить его холодную кровь. Он был змеёй, и слишком слабого противника можно было рассматривать только как добычу, чтобы набить живот, а не как партнёра, с которым можно переплетаться и существовать вместе. Между ними была огромная разница.

Сюнь Дин: «…»

С такими критериями отбора Гунси Чоу суждено до конца жизни остаться холостяком!

Шэнь Тан, желая поскорее исполнить свою мечту о создании семьи, неслыханно для себя пропустила всех остальных на своём пути и первой отправилась к Ци Шаню, но, к её сожалению, и там её ждала неудача. Дома у Ци Шаня была только Ци Мяо, которая усердно проверяла сотни конвертов с деньгами для отпугивания злых духов.

Все эти деньги предназначались для девочек-младенцев в благотворительном приюте.

Шэнь Тан пришла в хорошем настроении, но ушла разочарованной. Перед уходом её окликнула Ци Мяо:

— Отец сейчас в «Новом рассвете».

— В каком ещё «Новом рассвете»? Что это за место?

Правительница не могла знать всё.

Ци Мяо попросила слугу проводить Шэнь Тан.

Проще говоря, [Новый рассвет] — это развлекательный клуб, за которым стоят люди из знатных семей. Многие высокопоставленные чиновники любили здесь отдыхать и развлекаться. Ци Шань, будучи главой канцелярии, естественно, был объектом активного привлечения со стороны владельца [Нового рассвета].

Шэнь Тан возмутилась:

— Почему не привлекли меня?

Разве её, правительницы, недостаточно высокопоставленной?

Шэнь Тан остановилась и, повернув голову, спросила у Чу Яо:

— Кстати, в этом [Новом рассвете] не занимаются ли чем-нибудь серым или жёлтым? Если да, то у нас будут поступления на Новый год.

Стоит провести рейд по борьбе с преступностью и проституцией.

Чу Яо ответил:

— Скорее всего, нет.

Шэнь Тан с любопытством спросила:

— Почему?

На лице Чу Яо появилось странное выражение:

— Полагаю, Сюй Вэньчжу не хватит смелости, прикрываясь знаменем государыни, поступать лицемерно…

Шэнь Тан: «…»

[Новый рассвет] был одним из личных владений Шэнь Тан. За ним стоял клан Сюй. Многие чиновники предполагали, что это бизнес, с помощью которого правительница собирает деньги через клан Сюй, поэтому, естественно, относились к нему с уважением. К тому же, цены там были не слишком высокими. Никто и не догадывался, что сама хозяйка ничего об этом не знает.

Шэнь Тан доверяла Сюй Цзе и редко проверяла счета. Если открывался какой-то новый бизнес, если все официальные процедуры проходили нормально и это был законный бизнес, Шэнь Тан не вмешивалась. Кто бы мог подумать, что это всё принадлежит ей самой.

Шэнь Тан: «…»

Из-за того, что в канун Нового года прекращалось делопроизводство, чиновники могли отдохнуть и связаться с родственниками и коллегами. И [Новый рассвет] был отличным местом для проведения банкетов и вечеринок. Бизнес в эти дни шёл очень хорошо.

Шэнь Тан без труда нашла место, где находился Ци Шань.

— Юаньлян.

Открыв дверь во двор, несколько человек обернулись.

Цинь Ли в рассеянности облил себя водой.

Он холодно вытер лицо и, воспользовавшись тем, что Ци Шань не был готов, схватил его за затылок и окунул в воду. Его действия были решительными и быстрыми. Тяжёлый предмет упал в воду, подняв огромную волну.

— Молодой наставник Цинь, какое у вас жестокое сердце. — Зная, как он боится воды, он так безжалостно окунул его в воду, словно боялся, что тот не утонет в канун Нового года. Упавший в воду Ци Шань превратился в Вэньци и рассеялся. Оказалось, это был клон. Настоящий Ци Шань спрятался за спиной Шэнь Тан, пользуясь её авторитетом, и насмехался над Цинь Ли.

Цинь Ли ответил:

— Ты, лживая сволочь, жульничаешь!

Шэнь Тан, которую Ци Шань вытолкнул вперёд в качестве щита: «…»

Хотя она и не знала, чем Ци Шань провинился перед Цинь Ли, в канун Нового года действительно не стоило создавать конфликты:

— Гунсу тоже здесь?

Увидев прибытие Шэнь Тан, Цинь Ли и остальные отложили свои дела и встали, чтобы отдать ей честь. Шэнь Тан оглядела всех присутствующих. Боже мой, кроме Цинь Ли здесь была ещё семья Хэ Синя из трёх человек, временно проживавший в резиденции Ци Шаня Тань Мэнъюань, Нин Янь, Ли Вань и Кан Ши…

Шэнь Тан: «…»

Когда это Ци Шань успел наладить отношения с людьми?

— Сейчас не двор, не нужно столько церемоний… — Шэнь Тан жестом показала всем, чтобы они занимались своими делами и не портили атмосферу из-за её появления:

— Я пришла к… вам…

Когда все были в сборе, Шэнь Тан было неудобно говорить, что пришла только к Ци Шаню. Она воспользовалась тем, что все были в сборе, и раздала конверты с деньгами для отпугивания злых духов. Это избавило её от необходимости совершать несколько поездок.

Тань Тин, выросший до таких лет, впервые получил такой конверт с деньгами для отпугивания злых духов, и не удержался от смеха:

— Шэнь Цзюнь, неужели и Тань Моу тоже положено?

Шэнь Тан не моргнув глазом ответила:

— Всем положено.

Нельзя было так, чтобы всем раздали, а Тань Тин остался без конверта. В таких случаях нельзя проводить различия, нужно относиться ко всем одинаково.

— Что вы тут делали до этого? — Темой она переключилась очень резко.

Ци Шань ответил:

— Устраивали соревнование по рыбной ловле и делились на команды.

Ему по жребию достался Ли Вань. Цинь Ли был мастером рыбной ловли, и рыба за рыбой выстраивались в очередь, чтобы клюнуть на его наживку. Ци Шань, видя, что проигрывает, начал жульничать и злонамеренно мешать команде Цинь Ли. Он знал, что Цинь Ли придёт в ярость, и заранее поменялся с клоном местами.

Шэнь Тан потеряла дар речи:

— Не умеешь проигрывать?

Ци Шань вытаращил глаза и упрямо ответил:

— Кто сказал, что я не умею проигрывать?

— О, умеешь. — Просто не можешь удержаться от того, чтобы не нагадить, верно?

Шэнь Тан в очередной раз заподозрила, что Ци Шань в прошлой жизни был кошкой. Его подлый вид был квинтэссенцией кошачьей сущности. Несмотря на то, что Ци Шань жульничал, Цинь Ли всё равно имел слишком большое преимущество и выиграл чемпионат по рыбной ловле. Ци Шань в ярости пнул садок с рыбой обратно в пруд.

Шэнь Тан ещё не забыла цель своего визита.

Она хотела, чтобы Ци Шань слепил ей одного!

— …С телом Гунси Чоу и лицом верховного жреца! В канун Нового года нельзя ни в чём себе отказывать, ведь так?

Ци Шань не ответил так охотно, как обычно. Он лишь поднял глаза и посмотрел на Чу Яо, стоявшего позади Шэнь Тан. Они быстро обменялись взглядами. Шэнь Тан долго ждала ответа и поторопила:

— Юаньлян?

Ци Шань нахмурился и настороженно спросил:

— Госпожа, зачем вам это?

Шэнь Тан с подозрением ответила:

— Сменить скин… Разве нужна причина?

Ци Шань: «…»

В новом году Шэнь Тан, как и хотела, получила возможность испытать новый скин. Она протянула руку и коснулась упругой грудной мышцы, полюбовалась своим лицом, отражённым в воде, и похвалила мастера по созданию скинов, поставив ему высший балл.

http://tl.rulate.ru/book/109723/7594540