Вечер того же дня застал Гарри с первым посланием из Гринготтса, доставленным королевским филином. Гримджоу, управляющий банком, просил его явиться по «домашнему делу». Недоумевая, Гарри отправился в банк.
— А, мистер Поттер, рад видеть вас в таком серьезном виде, — проговорил Гримджоу, приветствуя Гарри в своем кабинете. — У меня есть... интересная информация, которая, уверен, вас затронет. Думаю, нам стоит обсудить это подробнее.
После того, как им подали прохладительные напитки, Гримджоу протянул Гарри кусок пергамента, похожий на юридический документ. Гарри рассеянно пробежался глазами по заголовку, гадая, что за чепуха на этот раз — очередная юридическая пропаганда? Подтвердив заголовок, он спокойно покачал головой, полностью закрыв глаза, и продолжил пить сок, не переставая улыбаться. Медленно, как бы пережевывая, его мозг обрабатывал информацию. И вдруг все встало на свои места. Мгновенно открыв глаза, Гарри снова быстро просмотрел заголовок. Широко раскрыв глаза, он выплеснул весь сок на стол.
— БРАЧНЫЙ КОНТРАКТ? МНЕ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ТРИНАДЦАТЬ! — выкрикнул Гарри, забыв обо всех манерах, подобающих лорду.
Гримджоу сохранял на лице хищную ухмылку, пока Гарри продолжал читать пергамент. Договор был составлен лордом Эдвардом Слизерином в 1503 году для леди Гринграсс. Из-за ее безвременной смерти договор не был выполнен. Пять десятилетий спустя род Слизеринов прервался, пока один Гарри Джеймс Поттер не возродил его.
— Прежде чем ты спросишь, контракт железный, и нет, ты не можешь выкупить его, — сказал Гримджоу, уловив угрюмое выражение лица Гарри.
— Я хочу знать, как именно я происхожу из семей Слизерин и Эвенингшейд, — пробормотал Гарри.
— Я думаю, что могу тебе помочь, — ответил Гримжоу. — Нам также нужно обсудить последствия ритуала очищения, который ты проводил в последний раз, будучи здесь. Ритуал наследования показал, что твой покойный дед, некий мистер Себастьян Эванс, был из рода Эвенингшейд. Твоя бабушка, по совпадению, была Слизерином Сквибом. Слияние двух мифических родословных сделало твою мать, Лили Эванс, магически чистокровной, хотя она и не проявляла никаких родовых способностей. Я подозреваю, что добавление крови Поттеров-Певерелл привело к постоянной активации способностей кровной линии, которые начнут проявляться у тебя в этом году и полностью проявятся к моменту твоего совершеннолетия. Смею утверждать, что к своему совершеннолетию ты станешь могущественным волшебником, мистер Поттер.
Гарри слушал объяснения Гримжоу, размышляя о том, что скажет Салазар, о том, каковы способности кровного родства и проявит ли он их. Но одна мысль не давала ему покоя — мысль о той, с кем, как он знал, был помолвлен. Она была печально известна в школе как холодная, садистская стерва, которая могла почти заморозить людей своим ледяным взглядом. Она славилась тем, что проклинала своих женихов направо и налево, причем в самых неудобных местах. Он удивлялся иронии судьбы — быть Лордом Слизерина, в то время как его невеста, леди Дафна Гринграсс, была известна как Ледяная королева Слизерина.
Дафна Гринграсс, известная всем студентам Хогвартса и даже преподавателям как Ледяная королева Слизерина, наслаждалась шоколадным лакомством, которое она спрятала в своем тайнике. И она, и ее младшая сестра Астория были сладкоежками и обожали все шоколадные детища мира волшебников и Маглов. На первый взгляд их трудно было бы отличить друг от друга. Роскошные вороные волосы достались Дафне от отца, а ледяные голубые глаза — от матери. Астория, напротив, имела каштановые волосы от матери и лесные глаза от отца. Рост обеим сестрам достался от отца, но Дафна оказалась немного выше своей сестры. Обе были стройны, наделены физической силой и сообразительностью. В то время как Астория «Тори» Гринграсс была такой же теплой и кипучей, как и любой другой общительный Пуффендуй, Дафна носила стоическую, холодную, равнодушную маску с мрачным чувством юмора на публике.
— Куини! — неожиданно прокричала Астория на ухо Дафны, заставив Ледяную королеву вскрикнуть в самой женской манере. — Тебя зовет папа, — кротко закончила Астория, пытаясь исчезнуть и избежать гнева Дафны.
Дафна же смотрела на Асторию так, словно хотела, чтобы та испарилась на месте. Как только слова сестры прозвучали в ее голове, она направилась в кабинет отца.
— Семья Гринграссов была проинформирована об изменении обстоятельств. Будет уместно, если ты лично свяжешься с лордом Гринграссом и попросишь о встрече с ними. Это будет знаком чести с твоей стороны, а также сообщением о том, что ты сделаешь им приятное, организовав место встречи в соответствии с их пожеланиями, — просто и в то же время устрашающе сказал Гримжоу. — Я бы также посоветовал тебе пометить письмо знаком кольца Слизерина и адресовать его лорду Слизерину, потому что жениться должен Гаррисон Джеймс Слизерин, а не Поттер.
Гарри сделал все, как ему было сказано, и усмехнулся про себя тому, что, по его мнению, было почти удачной шуткой, когда Слизерины поняли, кто такой лорд Слизерин.
Сайрус Гринграсс был крепким, внушительным мужчиной лет сорока, который в течение последних десяти лет нес знамя Нейтральной партии под своей фамилией в Визенгамоте. Те, кто был знаком с ним лично, знали, что он немногословен, и мало кто (кроме его семьи) мог расстроить этого тихого, наблюдательного человека. Однако лучшие из нас иногда должны съедать свои слова, и в то утро лорд Гринграсс получил письмо из Гринготтса. Дафна вошла в кабинет отца и с прямым лицом стояла там, ожидая его указаний. Увидев ее, Сайрус кивнул, чтобы она села на диван рядом с ним, и протянул ей письмо.
— Мне очень жаль, Дафна! — произнес Сайрус.
Глаза Дафны расширились от такого ответа отца. Она быстро открыла письмо и прочитала его. В выражении ее лица чередовались гнев, страх и любопытство. Гнев — потому что она была обручена со старым, больным ублюдком, и ее свободная жизнь должна была закончиться. Страх — потому что она знала, кто, по слухам, является наследником Слизерина. Любопытство, потому что она знала, что Темный Лорд якобы мертв, а о Харрисоне Слизерине она никогда не слышала. Может ли он быть сыном Темного Лорда? Впрочем, Темный Лорд никогда не отличался семейственностью. Ей стало интересно, кто же этот новый Лорд.
— Что нам делать, отец? — голос Дафны дрожал, отражая ее беспокойство.
— Контракт железный, моя дорогая. Ничего не поделаешь, — ответил Сайрус, его слова звучали с горечью, но в них проскальзывала и едва уловимая надежда. — Я, однако, заметил кое-что… особенное в этой ситуации.
— Особенности? — Дафна нахмурилась, пытаясь разглядеть проблеск оптимизма в словах отца.
— Да! Никто никогда не слышал, чтобы Темный Лорд восседал на троне Слизерина. Все знают лишь о его предполагаемом наследстве, о том, что он якобы был потомком Слизерина из-за способности говорить на Змеином языке. Во-вторых, никто никогда не слышал о Слизерине Харрисоне. Потомок этой семьи не появляется из ниоткуда. И, в-третьих, и это самое главное, он сразу же потребовал аудиенции с нами.
— Потребовал? — Дафна перебила отца, ее голос был полон недоверия. — Не слишком ли это странно и… скромно для того, кто носит титул Слизерина?
Сайрус кивнул, подтверждая ее опасения. — Однако мы должны подготовиться. Кем бы ни был этот Лорд, он придет на ужин. Будь на высоте, и мы посмотрим, как сложится ситуация.
— Да, отец, — Дафна ответила послушно, но в ее глазах читалось несогласие.
Гарри, облачившись в мантию, которая, по его мнению, соответствовала случаю, готовился к визиту. К обеду он должен был быть в Садах Гринграсс. Купив букет нарциссов, — он усмехнулся, осознавая иронию ситуации, — Гарри с двойным вздохом активировал Портал, который должен был доставить его к месту назначения.
Наступило время обеда, и оно было долгожданным. Услышав звонок в дверь, Дафна элегантно направилась к ней и распахнула ее. Она была потрясена, увидев элегантно одетого Гарри Поттера, стоящего на пороге с ухмылкой на лице. Дафна уставилась на него, не в силах поверить своим глазам.
Гарри поднял руки, чтобы вручить ей букет нарциссов. Дафна продолжала смотреть на него, ошеломленная. Гарри решил пожелать ей доброго дня. Дафна все еще смотрела на него, будто завороженная. Гарри поднял бровь, недоумевая. Дафна все еще смотрела на него.
Если бы Дафна была Гермионой Грейнджер, она бы удивилась, почему Гарри Поттер стоит у ее двери. Если бы Дафна была Гермионой Грейнджер, она бы поинтересовалась, где находится таинственный сын Темного Лорда. Если бы Дафна была Гермионой Грейнджер, она бы воскликнула, что Золотой мальчик никак не может быть лордом Слизерина.
Но Дафна не была Гермионой Грейнджер, поэтому она просто стояла в благоговейном ужасе, прежде чем промолвить:
— Черт возьми!
— Дафна! — воскликнула ее мать, потрясенная тем, что ее дочь внезапно стала использовать ненормативную лексику. Она быстро подошла к двери и, увидев посетителя, воскликнула: — Черт возьми!
http://tl.rulate.ru/book/109636/4094158
Сказали спасибо 19 читателей