Мужчина смотрел на свою жену, что так жалко погибла в попытке защитить по крайней мере тех людей, с которыми они жили всё это время. Он не разделял её мнения, но, если она так хотела, он был готов подставить свои шеи этим злодеям для спасения тех, кто принял его и с кем он разделил тяготы жизни. Таковы были его мысли изначально. Он считал, что даже его двоюродный брат не сможет переубедить его, ведь он-то не прожил здесь столько, сколько их семья, и не понимает, что люди почти ничем от них не отличаются. Мужчина верил, что было бы неплохо так закончить жизнь, ведь они с женой уже многим помогли своим. Это была слабая и жалкая точка зрения, ведь он не собирался бороться за собственное будущее и не хотел, как многие свои братья, продолжать эту кровопролитную войну только ради того, что можно было бы обрести банально договорившись. Он хотел лишь увидеть своих повзрослевших сына и дочь, и, просто может быть, даже своих внуков...
Но все эти мысли исчезли, когда она умерла на его глазах. С ней он провёл свою юность, с ней он строил семью, с ней он воспитывал их общих детей, с ней он покинул их родное измерение, отправившись в чуждый им мир, и лишь с ней он мог так думать и жить. Когда она умерла, казалось, умер и он сам. А вернее, лучше бы он сам умер, чем позволил ей так быстро погибнуть. Он слишком поздно это осознал, ему следовало раньше об этом подумать, раньше обнажить свой дух, раньше разорвать этих чудовищ и тогда, возможно, она бы еще была с ним. А сейчас, всё, что в его силах - лишь с запоздало пришедшим пониманием собственной ничтожности убить их. Да, ему следовало просто убить их, а не надеяться на то, что они кого-то там пощадят. Мужчина, нет, этот монстр даже не услышал, что сказал Прометей, да и ему были безразлично, о чем там кричат эти чудища. На языке его родного измерения он, с перекошенным лицом, сам взревел, заглушив их слова:
- Вы убили мою жену! И! Вы расплатитесь за это своей кровью!
Когда облачённая в золотистый свет алебарда, появившаяся в руках одного из этих чудищ, направился к нему, мужчина лишь вытянул руку. Его тело духа, о котором он на годы забыл и которое он так долго прятал, вновь явило себя миру, и его рука превратилась в огромную чешуйчатую лапу с длинными пальцами, которыми он попытался схватить орудие врага. Впрочем, сияющее лезвие без труда рассекло его руку духа, но он лишь отмахнулся ею от этого мелкого чудища, отбросив того в стену ближайшего дома. Затем, его чешуйчатая рука в миг снова оказалась целой, и он начал своё воплощение. Его двоюродный брат рядом, как и он, стал разрастаться до гигантских размеров, облачая себя полным телом духа, и даже его дети, что почти ничего не знали о своём духе, движимые каким-то природным наитием начали обретать свои огромные тела.
Так, монстры, что скрывались в этой деревне, явили инквизиторам свои истинные формы. Огромные, более десяти метров в длину существа раздавили своими массивными телами ближайшие дома вместе со спрятавшимися там людьми. Гигантский ящер, которым стал муж убитой, казалось, взглянул на похороненные под своим телом жизни с жалостью, но только взгляда сожаления они и удостоились, не более. Затем, вытянув свой удлиняющийся хвост, монстр, словно кнутом, взмахнул им в сторону отряда, однако под действием иллюзии удар прошёлся лишь возле инквизиторов, разрушив ряд домов позади и убив тем самым еще больше деревенских жителей. Прекрасная рыжеволосая девушка направила свою булаву в сторону более мелких монстров и закричала:
- Я отвлеку пару крупных своими иллюзиями, а вы расправьтесь с этими двумя, пока у меня еще есть мана!
Прометей, которого ранее отбросил ящер, быстро оказался на ногах и, выругавшись, бросился к менее крупному монстру. Волшебник, не жалея маны, сразу же создал десятки земляных копий, насадив на них более мелких ящера и змею, дабы обездвижить, а двое мечников, хорошо сработавшись, начали разрезать тела на куски. Те части монстров, в которых нет их истинного тела, исчезали, а затем вновь появлялись из воздуха, но Аид и Прометей благодаря усилиям мечников быстро определили, куда нужно атаковать, и со всей силы метнули свои копья, разом убив двоих гигантов. А затем, огромный крокодил, которого отвлекала девушка, казалось, о чем-то догадался, и, открыв свою пасть, с мощью взревел. Неизвестная сила пронзила тела инквизиторов, заставив тех неподвижно застыть, а девушка, что ранее уверенно и с героическим видом держалась против двух монстров, заметно побелела лицом. Она пыталась, как могла, преодолеть пронзившую её тело с криком силу и хоть что-нибудь предпринять, но в миг ящер ударил её своим хвостом со всей силы, отбросив далеко в лес. Словно игрушка, брошенная ребенком, она полетела по воздуху и скрылась в кронах деревьев.
Волшебник, осознавая тяжесть ситуации, попытался использовать последнюю ману для обездвиживания гигантов, однако, словно насмехаясь над бессилием людей, монстры рассекли собственные тела о земляные копья, сразу же затем восстановившись и превратив тем самым героические потуги в пустую трату сил. Затем, ящер увидел тела своих убитых детей. Замерев лишь на миг, он по-животному, как и полагается монстру, неразборчиво взревел, и бросился на обезоруженного Аида, дабы сгрызть его. Безоружный копейщик, конечно, попытался что-нибудь предпринять, призвав сияющий скелет, но гигант, раскрыв пасть, сначала без труда раздавил своими зубами существо из божественности, а затем принялся хрустеть доспехами Аида, схватив и его. Лапами же монстр, словно обрушившаяся гора, наступал на ближайшего к нему Магеллана, Щит которого мерцал от таких мощных ударов.
Прометей быстро понял, что такими темпами их всех убьют. Гиганты, как раса, банально слишком сильны для того, чтобы новички могли иметь с ними дело. На миг он подумал о том, чтобы воспользоваться магией и сбежать, однако, спустя мгновение, ощутив сильную жажду избавиться от этих мерзостей, передумал. Его магия была создана не для того, чтобы в первой же миссии он сбегал от жалкой пары монстров. Совсем нет, он должен с её помощью убивать. Он убьёт их и тем самым докажет, что смерть не страшна, ведь именно он обладает властью над ней. Рассеяв оружие, Прометей наложил на себя ускорение, и, когда мир вокруг него стал казаться практически статичным, быстро бросился к ящеру, после чего вновь созданной алебардой отрубил этому монстру голову. Убить этим его, конечно, нельзя, но так он смог по крайней мере освободить Аида и временно ослепить монстра.
Затем, создав при помощи божественности в воздухе зеркала, Прометей принялся вытягивать из них тьму, превращая её в огромные цепи и колья, дабы пригвоздить к земле крокодила, который уже открыл пасть для пожирания Венадия. Божественности критически не хватало - её было всего треть от всех его сил - но он быстро достал флягу со святой водой и осушил её, пока заклинание ещё действовало. Наконец, только когда пасть крокодила была стянута цепями, а сам он надёжно обездвижен, заклинание подошло к концу и мир вокруг вновь стал двигаться с нормальной скоростью. К Аиду, истекающему кровью и с сильно помятым доспехом, сразу же подбежал волшебник, дабы исцелить тело и восстановить почти уничтоженный Щит веры, а затем лидер быстро встал на ноги и поспешил к брошенному ранее копью, не теряя предоставленной Прометеем возможности. Магеллан же, вместо того чтобы отбегать от монстра, проявил смелость и принялся яростно разрывать тело врага при помощи техник эфира, дабы выиграть еще хоть немного времени.
Венадий, увидев, как монстр, что должен был вот-вот убить его, оказался прикован к земле цепями из тьмы, на секунду, по неопытности своей, остолбенел, но после оглушительно громкого крика Аида пришёл в себя и тоже побежал к ящеру, дабы помочь Магеллану. Даже вновь призванный копейщиком сияющий скелет бросился к ящеру и принялся резать его, но тело монстра были просто слишком огромным, и только лишь эфирные техники Магеллана позволяли отсекать гиганту конечности. Прометей, увидев это, недовольно поморщился от того, насколько трудно иметь с этими монстрами дело, но затем вновь рассеял алебарду и принялся творить заклинания, пока от его маны не осталась лишь половина. Созданные им незримые диски разрубили монстра на пять частей, после чего Магеллан довершил дело, оставив только небольшой, почти с человека размером кусок. Наконец, Аид вновь со всей силы метнул копьё, прикончив врага. Остался последний.
Когда все об этом подумали, послышался грохот цепей. Там, где должен был быть крокодил, стоял лишь обычный человек, что с презрением и ненавистью вглядывался в инквизиторов. А затем, с усмешкой, он вновь начал превращаться в гиганта. Хотя все бросились к нему, этот монстр был намного опаснее ящера - с твердым, едва поддающимся клинкам телом, с огромной, полной клыков пастью и мощными лапами. Хотя надежда одолеть его теплилась, но, когда монстр всего несколькими ударами почти забил насмерть обессиленного волшебника и неопытного Венадия, остальные начали понимать, что только лишь втроем с таким противником не справятся. Но, к счастью, прежде чем Прометей сквозь горечь решился-таки бросить это дело, рыжеволосая девушка примчалась прямо из леса и помогла своими иллюзиями разобраться с крокодилом. Как только монстр пал, прежде чем кто-либо успел что-то сказать, Прометей замахнулся на пришедшую инквизиторшу алебардой и со всей силы ударил покрытым сиянием клинком. Немного шокированная такой благодарностью за помощь девушка, однако, не показала никаких признаков того, что ощутила удар.
- Кажется, она не монстр. Ну, я имею ввиду, монстры тоже могут быть хороши в иллюзиях, верно? Божественность у меня закончилась, так что если кто-то сомневается - ударьте посильнее меня.
Хотя Прометей не собирался шутить, каждый, услышав его слова, залился смехом. Нет, он, конечно, сделал всё по уставу и правильно поступил, проверив подоспевшего товарища, но, когда это случилось уже после боя, отряд нашёл это очень забавным и даже сама девушка едва держалась на ногах, почти что свалившись со смеху. А затем, под всеобщий смех, Магеллан громко закричал:
- Мы выжили!
Облегчение, что каждый испытал от этих слов, было неописуемым. И правда, все выжили. Они смогли выжить против гигантов. Даже Прометей, что ранее стоял в замешательстве, широко улыбнулся под шлемом от этих слов и закричал сам в ответ:
- Да. Мы выжили!
Каждый член отряда по очереди воскликнул "Мы выжили!", словно бы желая распробовать эти слова на вкус. Само по себе их выживание в этой битве похвально. Даже Прометей, пока думал об этом, не чувствовал желания убивать или доказывать своё превосходство над смертью. Ведь он уже сделал всё что нужно - он выжил.
http://tl.rulate.ru/book/107834/4665576
Сказали спасибо 0 читателей