Глава 2. Голос
Живи жизнь день за днем и долго проживешь.
Сюй Цзиньнин в который раз порадовалась, что она человек спокойный, чувствительный, а еще – буддистка.
Она не стала выходить наружу, когда проснулась. Она лежала на кане с утра до полудня, пока не услышала, как семья Сюй возвращается домой, и не почуяла соблазнительный запах куриного супа.
Сюй Цзиньнин погладила пустой живот. Запах был великолепен.
В этот момент Чжан Айлян открыла дверь в ее комнату, вошла и увидела проснувшуюся Сюй Цзиньнин.
– Ниннин, если ты проснулась, вставай и пойдем есть куриный суп.
– Хорошо, – не стала отказываться Сюй Цзиньнин.
На ней была надета серо-синяя рубашка и штаны со множеством заплаток. Это все были вещи настоящей владелицы тела.
По сути, хотя ей и полагалось вести жизнь богатой дочери из–за статуса родителей, ее приходилось нелегко.
А что касается Сюй Фанфан, то она получала всю любовь семьи Сюй, настоящих родителей первоначальной владелицы, ее братьев и сестры. Хотя она и жила в деревне, ее еда и одежда были лучшими среди ее сверстников.
Сюй Фанфан ушла, но она оставила одежду.
Эти вещи были куда лучше, чем те, что были у изначальной владелицы тела, но изначальная владелица не хотела надевать их,
Сейчас это была Сюй Цзиньнин, но Сюй Цзиньнин тоже не хотела носить чужую одежду.
Одевшись в свое и выйдя наружу, она услышала голос старшего брата:
– Мама, дай мне тоже куриную ногу. Может быть, Сунь Чжицин пойдет со мной на свидание после того, как съест ее.
Сюй Цзиньнин закатила глаза и пожаловалась в своем сердце:
[Неужели Сюй Сяндун так глуп? Хватит лизать собаку!*]
[Сунь Чжицин использует его, чтобы он дарил ей еду и питье и помогал с работой. На самом деле ей нравится тот парень Фу из образованной молодежи. Как ей мог понравиться кто–то вроде брата?]
*п/п «Если A нравится Б, но Б не нравится A, и A по–прежнему готов сделать для Б все, что угодно, мы скажем, что A облизывает собаку. Человек, который так поступает – ничтожен, и в конце концов у него ничего не останется (ни денег, ни любовника). Это интернет-идиома, над такими людьми принято смеяться»
Сюй Сяндун, который разламывал куриную ножку и был весь в предвкушении, резко переменился в лице. Какие еще собаки?! Он быстро развернулся к семье:
– Кто это сейчас обо мне говорил?
Его голос спугнул Сюй Цзиньнин. Но… Она же не говорила, она просто жаловалась в своем сердце.
К тому времени Сюй Сяндун осмотрелся и, наконец, остановил взгляд на Сюй Цзиньнин. Голос, который он слышал, правда был похож на голос этой маленькой новой девочки, но тут заговорил отец Сюй:
– Сяндун, ты спятил? Никто сейчас про тебя не говорил.
Сюй Сяндун умолк. Отец никогда бы не стал ему лгать, но он только что собственными ушами слышал голос Сюй Цзиньнин. Могло ли ему показаться?
Сюй Сяндун нахмурился, но больше не сомневался и продолжил делить курицу с Чжан Айлян.
– Мама, дай я возьму эту ножку, – с этими словами он упихал одну из ножек поглубже в миску, которую держал в руках. В этот момент Сюй Цзиньнин снова поглядела на него.
Куриный суп восхитительно пах, а мягкая куриная ножка казалась невероятно вкусной.
Сюй Цзиньнин вспомнила, что в новелле говорилось, что кулинарные навыки Чжан Айлян не имели себе равных. Ах, сам запах этого куриного супа был гораздо лучше того, что она когда-либо пробовала в 21м веке.
А уж куриные ножки…
Может, в 21м веке она бы на них и не взглянула, но сейчас…
[Эти ножки так чудесно выглядят. Запах супа тоже непревзойденный, я так хочу его попробовать… Мама умеет готовить лучше всех на свете.]
[Сюй Сяндун, если ты сам не хочешь курицу, дай ее мне. Почему ты готов отдать ее Сунь Чжицин? Если ты дашь ее Сунь Чжицин, она тут же не моргнув глазом передаст ее Фу Мэйвэню. Ну почему ты должен отдавать курицу ему? Я твоя биологическая сестра.]
Эти две фразы услышали независимо друг от друга Чжан Айлян и Суй Сяндун.
Чжан Айлян очень удивилась. Разве не странно? Ниннин точно ничего не говорила вслух, отчего же она услышала, как девочка хвалит ее готовку?
Хотя, конечно, готовит она действительно хорошо.
Но как же она могла это услышать? Может, у нее проблемы с ушами и ей послышалось?
В то же время Сяндун тоже ясно услышал, что сказала новая девочка. Эта фраза и та, что до нее, их точно сказала Сюй Цзиньнин, а его отец зачем-то помог скрыть это от него.
Сюй Сяндун яростно посмотрел на девочку и приготовился заговорить.
Голос продолжал:
[Ух, у тебя такой характер, но ты все равно не видишь, когда другие тебя используют. Сунь Чжицин цепляется не только за тебя, но и за Чжао Хонсина из деревни. Каждый раз она, чай зеленый, прикидывается милой и что-то просит у тебя или у него, а ты просто дурак и этого не видишь. Только и знаешь, как помогать ей.]
[Не то, что Чжао Хонсин, он знает, как менять одни хорошие вещи на другие. Если я верно помню, сегодня в семь вечера Чжао Хонсин и Сунь Чжицин должны встретиться в лесу под горой. Чжао Хонсин принесет ей персик, а взамен она его поцелует.]
Сюй Сяндун потемнел, еще суровей взглянул на Сюй Цзиньнин, тощую и болезненную девочку, а та невинно посмотрела на него в ответ.
Он понял, что когда он слышал голос, ее губы в самом деле не двигались.
Но он в самом деле ее слышал!
Если… если она не говорила, что же тогда он слышал?
Могла ли это быть… слова из ее сердца?
Сюй Сяндун в шоке задумался. Что она говорила? Как могла его Сунь Чжицин в самом деле быть таким человеком?
Могла ли нежная и чистая Сунь Чжицин увлечься этим дешевым Чжао Хонсином? Более того, хотя сама она ничего не говорила вслух, по ее поведению Сюй Сяндун знал, что он ей нравится. Так как она могла принимать подарки от него, если на самом деле ей нравится Фу? Он нравился многим девушкам из деревни и из образованной молодежи, но с чего бы ему нравиться Сунь Чжицин?
Сам факт того, что он мог слышать сердечные мысли маленькой девочки Сюй Сяндуна больше не волновал. Он еще раз ожег ее взглядом, развернулся и ушел из дома с полной миской куриного супа и здоровенной куриной ножкой.
– Сяндун, поешь с нами!
– Не могу, уже почти полдень, Сунь Чжицин должно быть проголодалась. Я сначала отнесу ей миску супа и ножку.
Уходя, Сюй Сяндун все еще слышал слабый голос Сюй Цзиньнин:
[Мой суп с куриной ножкой, прощай, затуманенные любовью мозги полностью отключаются, когда на сцену выходит зеленый чай…]
Сюй Сяндун фыркнул: он в жизни не слышал про затуманивание любовью или зеленый чай. Что там говорит эта девочка, это ложь, а его Сунь Чжицин очень хороша!
Семья Сюй жила в доме из кирпича, редкость в деревне. Его построили несколько лет назад. Хотя он не был большим, он был очень новым и качественным.
В середине была главная комната, с выходами на север и юг, слева и справа от нее было по две комнаты, так называемые левое и правое крылья.
Еще у дома было две пристройки, одна с печью – то была кухня, а вторая – кладовая для всякой всячины, под которой был вырыт подвал.
В восточном крыле было две комнаты, в большой жили сам Сюй Айгуо и Чжан Айлян. Старшая сестра, Сюй Фанхуа, жила в меньшей комнате. В большой комнате западного крыла жили двое братьев. В оставшейся комнате обитала настоящая дочь, Сюй Фанфан.
Сейчас там поселилась Цзиньнин.
http://tl.rulate.ru/book/106248/3998845
Сказали спасибо 50 читателей